Науа-Ацтек

      Высокая болотная трава надёжно скрывала лежащего Кумби.       Слухи о людях неизвестного племени, которые влезли на земли натчез, стали появляться ещё неделю назад, но теперь чернокожий видел их собственными глазами.       Насколько он знал, разведку соседние племена, как правило, проводили далеко не всегда, здесь и так все всё друг про друга знают и небольшой грабительский налёт здесь напоминает чем-то бедуинский набег на оазис враждебного племени. То есть, сколачивается банда, определяется лидер и лавина грабителей врывается в оазис.       А здесь что-то другое: странно, совершенно не в местном стиле, одетые воины занимают высоты, высматривают что-то, затем идут дальше. Больше всего их заинтересовало расположение стоянки Сизых Волков, племени, где приютили Кумби.       Поведение чужаков совершенно не вписывалось в местные реалии, поэтому чернокожий решил проследить за ними немножко подольше. Определённо, это разведчики, а следовательно, за ними стоит чья-то армия.       Особо не разговаривая между собой, неизвестные обследовали местность, а затем направились в обратный путь. Кумби скрытно последовал за ними. Разведывать разведчиков.       Шли они недалеко: примерно в пятнадцати километрах к западу располагался военный лагерь. Точнее ЛАГЕРЬ. Огромное пространство было уставлено палатками и шатрами, между ними сновали вооруженные воины, переносились грузы, конвоировались привязанные к длинной жерди пленные...       Часть пленников привели к некоему деревянному постаменту, на котором прямо сейчас украшенный цветными перьями мужик вырезал очередной жертве сердце. Рядом с постаментом уже лежало несколько десятков окровавленных жертв, которым другой пернатый мужик сноровисто отрезал головы каменным ножом.       Это войско жестоких язычников - вот какой вывод сделал Кумби. И его новые попутчики по тернистому и длинному пути жизни должны узнать об этом.       Обратно чернокожий шёл быстро, так как теперь не нужно следить за возможными остановками вражеских разведчиков.       Вернувшись в деревню Бормочущий ручей, Кумби тут же направился вигвам к военному вождю.       - Плохой человек... Не человек, воин... Плохой воин... - начал подбирать слова Кумби. - Нет, злой воин... Нет, не злой... А, точно, вражеский воин, много. В сторону заката, мало идти.       - Авойели или Атакапа? - вождь, известный Кумби под именем Антимэн, насторожился и встал со шкур.       - Не походить. - покачал головой чернокожий. - Чужаки. Совсем.       - Сколько? - уточнил вождь.       - Эм... - Кумби начал вспоминать цифры. - Тысячи. Очень много.       - Не может быть! - не поверил ему Антимэн. - Ты плохо говоришь на натчез - поэтому ошибся с числом вражеских воинов.       Дела с языком у Кумби продвигаются ни шатко, ни валко, просто продвигаются. Он уже здесь полтора месяца, заприятельствовал с некоторыми из этих дикарей, а чтобы оправдывать своё существование он подрядился тренировать местный молодняк следопытству. Ну и в разведку время от времени ходил. Исключительно на добровольных началах.       Так-то он натчез не особо нужен, просто их впечатлило, что он в одиночку перебил отряд преследователей от чокто, а следовательно является могучим воином. Конечно, их настораживает странный цвет кожи, но не сказать чтобы сильно.       - Отправить другого разведчика. - предложил Кумби. - Почему ты не отправить вообще кого-то?       - Зачем? - спросил в ответ вождь. - Мы ни с кем сейчас не воюем, топор войны с чокто захоронен на священном холме. Больше никто не должен приходить с войной.       - Это не чокто. - покачал головой Кумби. - Это чужаки. Много чужаки.       - Сотня? Ты хотел сказать сотня? - уточнил Антимэн.       - Тысячи. - ответил Кумби. - Не ошибиться.       - Я вышлю разведчиков. - решил Антимэн.       - Выслать. - согласился Кумби. - Но поторопиться. Они узнать о поселении, их... ходить... Как сказать человек, ходить и тихо смотреть на вражеский земля?       - Лазутчик. - отвлечённо сообщил ему вождь, в это время думающий о чём-то своём.       - Их лазутчик приходить близко-близко к поселение, видеть сколько воин, знать, сколько человек. И знать, что защита нет. Скоро их много воин быть тут. Поторопиться. Надо.       - Поторопимся. - заверил чернокожего вождь.       Кумби же привычно откланялся по всем правилам мавританского этикета, чем вызвал недоумение у Антимэна, а затем направился в свой вигвам. Там он собрал все свои немногочисленные пожитки и посоветовал сделать то же самое принявшей его вдове, Украшенной мехами, или Кэсе. У Кэсы двое детей, оставшиеся от погибшего в прошлую стычку с чокто мужа. Никаких плотских отношений у него с ней не было, но их и не предполагалось: старейшины решили, что не пристало ему в мирное время жить как в походе, ухаживая за собой самостоятельно. До обзаведения собственной женой, коих натчез по ситуации брали в походах на соседние племена, Кумби выделили Кэсу, которая готовит ему еду и поддерживает очаг в вигваме. Жаловаться грешно, поэтому Кумби не стал.       Примерно два часа чернокожий сидел как на иголках, а потом по поселению пробежались посыльные воины и донесли до всех новость, что нужно срочно брать только самое ценное и следовать за вождём - враги очень близко.       Кумби опасался, что придётся ждать часами, пока всех уговорят, пока все соберут вещи, но... Селянам на сборы потребовалось совсем немного времени, где-то меньше часа.       Вигвамы были оперативно собраны и распределены между жильцами, посевы безжалостно выкорчеваны. То, что нельзя было унести - уничтожили.       - ... вождь принял такое решение. - услышал Кумби разговор двух стариков, которые пересыпали зерно из льняного мешка по кожаным торбам. - Я долгого пути не вынесу, придётся по дороге отойти и помереть...       - Это да... - признал второй старик. - Такова жизнь...       - А можно ведь не тратить чужого времени и уйти сейчас? - вдруг озарился первый старик.       - Давай. - согласился второй старик. - Но надо ведь ещё жену с собой брать?       - Ага... - ответил на это первый старик. - Придётся...       Костры не тушили: как можно дольше враги должны считать, что в поселении кто-то обитает.       Кумби пронаблюдал как процессия простых жителей медленно уходила из своих домов. Хмыкнув он дал знак Кэсе, которая кивнула в ответ и повела своих детей вслед за остальными.       Иногда жизнь подкидывает такие обстоятельства, что их невозможно преодолеть. И остаётся только одно: бежать. Чернокожий подумал, что, видимо, это его судьба.

//Лагерь ацтеков. Шатёр военачальника//

      - Боги удовлетворены? - спросил Намакуикс I у собравшихся в походном шатре жрецов.       Сам он не особо любил жертвоприношения, считая, что пленные могут принести куда большую пользу, чем лечь обглоданными костями в яме для отходов. Но обстоятельства вынуждали его потакать желаниям жрецов, которые всё ещё сохраняли своё влияние среди простых воинов.       - На сегодня крови достаточно. - степенно кивнул Толтекатл, главный жрец бога Тонатиу. - Но наши покровители будут недовольны, если завтра мы не принесём достаточно жертв. Не знаю, насколько долго будет длиться их терпение... Знамения...       - В селении, которое мы атакуем завтра, достаточно людей. - прервал его Намакуикс. - Боги будут удовлетворены.       К несчастью, когда они бежали из Теночтитлана, к ним прибилась группа жрецов, хотя без них было бы намного легче в пути. Не пришлось бы вечно останавливаться на захваты местных жителей и ритуалы жертвоприношения.       Эти бесконечные остановки замедляли их путешествие на север, но это ладно, главное - эти края не могли прокормить тридцать пять тысяч воинов.       Решение нашлось быстро: в пищу пошли принесенные в жертву пленные. Многие сотни отловленных дикарей умерли на деревянном алтаре, который уже насквозь пропитался кровью и почернел. С одной стороны, жречество хоть как-то смогло оправдать каннибализм, но с другой стороны Намакуикс не нуждался ни в каких оправданиях своих решений: он здесь военачальник, а под его началом находится большей частью армия, а не только непонятливые граждане. Едят человечину и будут есть, пока не встретятся нормальные места, которые не будут напоминать бесплодную пустыню или гнилые болота.       Намакуикс решил, что в будущем нужно будет разобраться со жречеством, которое всё ещё живёт по-старому. Но времена изменились, изменились земли, изменилось всё.       Завтра будет взят примерно десяток мелких селений, их припасы будут использованы для удовлетворения вечного голода войска, а кровь жителей утолит вечную жажду богов. Само собой, обескровленные жители тоже не "пропадут даром"...       Намакуиксу меньше всего нравилась в этом сверхдальнем походе резкая смена климата. В самом начале был привычный климат, затем становилось жарче, а следом температура начала падать, стало душно, влажно, а потом начались эти проклятые болота, где даже организация лагеря становится той ещё неразрешимой задачей.       Но, по словам кое-как допрошенных местных, дальше на восток будет больше плодородных земель, племён тоже будет больше, они будут крупнее местных и вообще, бесчисленные стада неких "бизонов", кои являются очень крупными парнокопытными животными, виделись очень перспективными...       Надо просто больше внимания уделять разведчикам, чтобы местные не успевали сбежать, как иногда случается. Дикари ничего не могут противопоставить его несокрушимому войску. Надо просто добраться до плодородных земель...       - Всё будет хорошо... - пробормотал для Намакуикс, когда его шатёр покинули жрецы.

//Метцтитлан. Район "ОсКорп"//

      Ирепан привычно разбирал завалы из бумаг. Да-да, именно из бумаг. От пергамента потихоньку удаётся избавляться, так как производство бумаги наладить всё же удалось, пусть и процент брака пока ещё слишком высок. О торговой реализации речи ещё не идёт, но внутренний аппарат корпорации успешно переходит на более удобную сероватую бумагу.       "Со стеклом не было столько проблем..." - мысленно посетовал Ирепан, протирая лоб салфеткой.       С уезда Освальда в таинственную Европу, где он собирался выполнить какое-то секретное задание и "устроить всё наилучшим для нас образом", прошло всего полтора месяца, а корпорация всё ещё не рухнула. Механизм работал надлежащим образом, на местах люди знали, что нужно делать, от Ирепана всего лишь требовался определенной степени контроль.       Проблемы, конечно, случались... Например, было обнаружена недоработка Оса с закупкой партии железной руды у города Уэйпочтлана, в договоре с которым недостаточно чётко прописаны обязанности уэйпочтланцев. Удалось договориться с наименьшими потерями, правда, Ирепану пришлось согласиться на наценку для предстоящей поставки.       Но это всё ерунда. "Не ерундой" являлся затеянный правителем города поход на Теночтитлан. Там образовалось какое-то правительство из выжившей знати, но оно совершенно не нравилось Хуицилихуитлу IV, поэтому корпорации поступил заказ на две тысячи комплектов бронзовых доспехов. К счастью, Освальд предвидел такое развитие событий, поэтому на складе сейчас лежало полторы тысячи комплектов бронзовой брони, в связи с чем фактически необходимо изготовить всего пятьсот комплектов.       Переход на сталь решили пока не осуществлять. Бронза заполняет все потребности, гораздо легче производится и в некоторых местах совершенно незаменима. Например, в угольных шахтах, где накапливается взрывающийся газ. Бронза не даёт искры, поэтому взрывы редки, хотя шахтёры иной раз и умирают от удушения рудничным газом (1). Тем не менее, несмотря на эпизодически случающиеся взрывы и инциденты с удушениями, без угля Метцтитлан больше не может: дровами что-либо греть и топить запрещено, поэтому в город массово завозится каменный уголь и болотный торф, которые частично уходят на государственные медные котлы, где кипятится питьевая вода для дворца и дворцового района, а остальное дёшево распродаётся населению.       Часть угля также идёт и на металлургию. Сталь всё-таки Метцтитлан получает, но в куда меньших количествах, чем бронзу и чистую медь. Сталь идёт в основном на инструменты. Топоры пользуются высоким спросом, но куда большей популярностью пользуются сельскохозяйственные инструменты, такие как мотыги, бороны и штыковые лопаты. Бронзовыми инструментами, которые производятся не легко, а очень легко, рынок уже насытили, а дорогие стальные инструменты может позволить себе далеко не каждый, отсюда и низкий спрос, а следовательно и слабое развитие железоделательной отрасли.       Тем не менее, Освальд говорил Ирепану, что рано или поздно на сталь переходить придётся, и лучше рано, чем поздно.       И все деньги, которые зарабатывает "Освальд Корпорейшн", как её любит называть Ос, проходят через Ирепана. Ни одному господину из любого города и не снились такие суммы... Даже один комплект из стальных панциря и шлема, который по заказу Хуицилихуитла IV изготовили в мастерской, обошелся городу примерно в трёхэтажную виллу в дворцовом районе. Почему Ирепан знал это? Потому что правитель расплатился этой самой виллой.       В отсутствие Оса Ирепан единолично принял решение о строительстве дополнительного торгово-складского здания вместо этой непрактичной виллы старого стиля.       Освальд велел ни в чём особо не отказывать правителю, поэтому помимо пятисот комплектов бронзовой брони ему также будет предоставлена бронзовая броня на двойку коней и колесницу. Видимо, Хуицилихуитл IV собирается лично поучаствовать в войне, но не просто так, а с роскошью и комфортом.       Кузнецы заказ правителя приняли и получили на него высокий приоритет выполнения. Ирепан понимал, что от Хуицилихуитла IV, если что-то вдруг, даже Освальд не спасёт...       Торговля процветает, процветает даже несмотря на суровые налоги. Все прекрасно понимают, что именно район "ОсКорп" является градообразующим и фактически обеспечивает своим существованием благополучие города Метцтитлан. Инструменты и оружие из Метцтитлана знают далеко на юге, даже в загадочной стране сапотеков. О метцтитланском стекле мечтают даже на Кубе. Ирепан знал по крайней мере одного испанца, который живёт сейчас на Кубе и мечтает остеклить свой дом "почти невидимыми" стёклами - Панфило де Нарваэс.       К слову, именно этот самый Панфило и является тем самым щитом, который ограждает Мексику от вторжения испанцев.       Первичный страх перед эпидемией, которая уже пошла на спад, прошёл. Сейчас испанцы бьют по Империи Инков, которых тоже сильно подкосила эпидемия гриппа, оспы и кори. Но когда-нибудь они обратят своё внимание на север. Панфило так божится и клянётся своему руководству, что на севере настолько ничего нет и опасно, что ему позавидуют лучшие актёры городских театров. Но прекрасно понимают, что вечно это продолжаться не может. Лучше всех это сейчас понимает Хуицилихуитл IV, который дал приказ на строительство ряда фортов на побережье, чтобы встретить возможных захватчиков как положено.       То, что война будет - неоспоримо. Победит ли в ней Метцтитлан?       У испанцев сталь, могучий флот, порох, кавалерия, тактика, стратегия, боевой опыт... Честно, в глубине души, Ирепан сомневался, что их можно победить. Не в текущей ситуации, не наличным войском, где доминирует обсидиан в качестве оружия и плетённые жилеты в качестве брони. Нужно что-то ещё...

//Куба. Дворец губернатора//

      Диего Веласкес де Куэльяр был напряжён. Должность губернатора Кубы из расслабляющего почётного поста начала превращаться в изнуряющую каторгу. То, что Кортес в конце концов потерпел смертельное поражение, с одной стороны радовало, с другой, если смотреть на вещи непредвзято, печалило.       Эрнан, пусть в Аду его почаще переворачивают на сковороде, был уверен, что на севере его будут ждать несметные богатства. Не оправдались его ожидания... Жаль, конечно, Хуана (2), но, видимо, такова его судьба...       Панфило, человек, которого создал Диего, заверяет, что у дикарей ничего ценного нет, поэтому туда в ближайшее время соваться бессмысленно. И Диего верил своему человеку.       До сегодняшнего дня. Но об этом он подумает чуть позже.       Из Европы прибыл пакет писем.       В первом письме говорилось о том, что восстание Кастилии ещё продолжается, но в Валенсии уже всё спокойно. Это хорошо.       Второе письмо пришло лично от короля. Он выражал беспокойство уменьшившимся количеством золота, которого нужно гораздо больше. Это плохо.       Третье письмо было от старого товарища из Италии. Он жаловался, что берберские пираты совершенно потеряли страх и атаковали его владения в Корсике, утащив широко известного в узких кругах Испании и Франции Бертольдо Бенвенуто, а также десяток различных его помощников и пару местных красоток. Товарищ предлагал поддержать деньгами идею создания эскадры для атаки на берберское побережье. Диего счёл, что это нежизнеспособная идея, поэтому решил ответить на письмо как можно позже.       Четвертое письмо было не из-за океана, а отсюда, из Индии, опять от Бартоломе де лас Касаса. Этот наивный поп просил перенаправить письмо с его жалобами прямой депешей к королю. Как всегда, претензии к другим конкистадорам, которые просто делают свою работу.       Этот Касас строит замок из песка: пытается бороться за права индейцев, хочет, чтобы их признали как полноценных людей, но остальные против. И не то чтобы Диего никак не мог на это отношение повлиять... Мог бы... Но...       Энкомьенда (3) была введена ещё при совместном правлении Католика и Католички, поэтому будет очень неосмотрительно дерзить их сыну, пытаясь отменить их решение касательно ведения дел Нового Света.       Касас потерпел настоящее поражение в Каракасе, которое подробно расписал в своём длиннющем письме. Внимательно прочитав содержимое письма, Диего понимающе хмыкнул и сложил письмо в рулон, который скрепил сургучом и печатью и положил в стол. Не надо королю отправлять эту явно излишнюю и бесполезную информацию...       В землях недалеко от Каракаса Касас основал новую индейскую колонию, где проповедовал и наставлял: учил этих дикарей жить как люди. Владельцам соседних участков эта практика ну очень не понравилась, поэтому они отправили своих рабов на земли Касаса с наказанием поднять восстание.       И сейчас, после бегства с собственной земли, Бартоломе де лас Касас не придумал ничего лучше, чем жаловаться королю.       А королю недосуг: восстание Кастилии и Валенсии, проблемы в Италии, проблемы с наследными землями во Фландрии... Ещё и денег хронически не хватает, если судить по недвусмысленному приказу увеличить поставки золота и серебра любой ценой.       Диего видел перспективным в решении этой проблемы освоение юга. Империя инков очень богата, но чтобы попасть туда необходимо как-то пробраться через горы и джунгли. Писсаро обивает пороги его имения уже второй месяц, но только сегодня Диего примет положительное решение.       Возвращаясь же к де Нарваэсу...       Он подлый лжец.       Из Европы пришли сведения, что он снюхался с берберами и сейчас занимается бесчеловечной работорговлей христианами. Диего проверил поступившую информацию: слухи о нечистоплотности Панфило ходят уже долгое время, но Диего не сомневался в своей креатуре, считая слухи лишь завистливой клеветой.       Но, как выяснилось, Панфило наживается на работорговле, выгодно, чуть ли не по весу золотом, сбывая северным язычникам европейских мастеров...       "Можно же было сказать мне..." - сокрушенно подумал Диего. - "Мы бы обязательно договорились..."       Его не особо волновала этическая и религиозная сторона вопроса. Его волновали огромные деньги, которые просто проплыли мимо.       - Антониу! - громко позвал он своего секретаря.       - Да, господин? - в кабинет вошел смуглый и низкорослый португалец.       - Вызови ко мне Писарро. - приказал ему Диего. - Скажи, что его затее будет дан отказ, но взамен неё будет предложено кое-что гораздо более интересное...       - Будет сделано, господин. - поклонился Антониу.

//Каравелла "Святая Исидора"//

      Ос вышел на палубу и с удовольствием потянулся.       Уже полтора месяца длится их путешествие, осталось, по примерным расчётам капитана, около двух недель и они войдут в порт Виго. А оттуда можно попасть куда душа пожелает.       У Освальда есть кое-какой план, базирующийся на весьма обрывочных знаниях истории Европы. И если удастся воплотить хотя бы двадцать пять процентов задуманного, то... Даже эпидемия гриппа покажется не таким уж и сильным анахронизмом.