Недосягаемость

Мы сидели за столом, родители клацали вилками и ножами, Миша сидел поодаль от Николь, не знаю, специально ли или же так получилось. Егор, сидящий рядом, как-то странно смотрел на парня, а тот, в свою очередь, своими зелёными глазами, с какой-то хитростью, поглядывал на него. Что происходит? Они что-то задумали? В дверь позвонили и все тут же обернулись на звук. — Я открою, — проговорил Егор, галантно вставая, и мама охнула, улыбаясь такой любезности. Парень прошёл в коридор и щёлкнул замком, после чего в квартиру вбежал разгневанный Серёжа, не удосужив даже снять ботинки. Я подавилась и перевела взгляд на Николь, которая тут же побледнела, боясь пошевелиться. — Так значит… Вот что! — прокричал парень, осматриваясь по сторонам. — Ты встречалась с ним и спала со мной?! Ты хоть знаешь, что… Я любил тебя! — Ты… Что?! — проговорил Миша, но от меня не скрылась его хитрая ухмылка. — Ты мне изменила, Николь? — Я не… Я не… — Молодой человек, — начал мой отец, вставая со стула. — Кто вы такой и что вообще несёте? Вы знаете, что это жалкая клевета?! И за неё можно получить хороший срок! — Я Сергей, и знаете… — он погрозил пальцем, доставая из кармана куртки фотографии, сделанные в тот самый вечер. — Вот мы! На этом самом диване! Она мне говорила, что любит, а оказалось… Уже встречалась с этим! Отец взял фото в руки и его глаза всё больше и больше округлялись. Он, кажется, перестал дышать, пересматривая фото. Николь молчала, а Миша вскочил, отходя от неё. Она была… Расстроена? Или ей было стыдно? — Но это же не повод расторгать договор, — начал отец, качая головой. — Там прописано, что измена является поводом для расторжения, и я это делаю. — Ты сам целовался с Аланой! — вскрикнула Николь, вскакивая на ноги. — Я видела! — У неё фамилия Кёльн, моя дорогая, так что с юридической точки зрения, именно Кёльн я и не изменил. Девушка кинула в него салфетку и убежала в комнату, отец не знал, что сказать, потому что по документам изменила именно она, а Миша не нарушил никаких условий договора. Ну, подумаешь, с сестрой переспал, но она же тоже Кёльн! Отец кивнул, соглашаясь с нарушением договора, а мама стала обмахивать себя салфеткой, стараясь прийти в себя.

***

Парни вошли в квартиру Серёжи, и я последовала за ними, когда мою ладонь тут же сжала ладонь Миши, переплетая наши пальцы. — Я знал, что она изменила мне с Серёжей, ну грубо говоря, да, — кивнул парень. — И сразу подумал расспросить у тебя, но потом решил, что твоего участия быть не должно, поэтому приехал к твоему другу и договорился с ним. За миллион. — Так вот, о чём вы вчера говорили! — прокричала я парням, которые улыбались. — Почему нельзя было сказать мне сразу? — Ты бы не состроила такого удивления, как сегодня, — улыбнулся Егор. — Кстати, Серёжа, ты говорил Мише, что гей, а мне сказал, что би… Кому ты врёшь? — Ну на баб у меня вставал… До тебя! Мы рассмеялись и Миша какое-то время сидел с нами, что-то обсуждая. После, парни грамотно нас слили и я поёжилась: было холодно, а взять куртку я не успела. Парень потащил меня к своей машине и усадил, включая печку, а после трогаясь с места. — Мы куда? — спросила я, видя знакомый поворот. — К тебе? Он лишь кивнул, положив мне руку на коленку и сжимая её. Знакомая квартира тут же окутала меня запахом Миши и я расслабилась, проходя в комнату, скидывая с себя берцы. Парень прошёл за мной и достал из кармана маленький белый конвертик, вручая мне. Я вопросительно посмотрела на него, но открыла конверт, вчитываясь в написанное: «Уважаемая Кёльн Алана Викторовна! Рады Вам сообщить, что Вы прошли отборочный этап, заняв первое место. Теперь Вы являетесь полноценным студентом и у Вас есть возможность подать документы в наш институт на бюджетной основе! Будем рады видеть Вас в рядах наших студентов! С Уважением, приёмная комиссия. » — Я подумал, что сегодня не лучший вариант для того, чтобы отдать тебе письмо с утра, поэтому я сделал это сейчас. Твоя мать точно выкинула бы его. От переполнявших меня эмоций я смотрела то на письмо, то на Мишу. Парень улыбался и я не сдержала себя, вскочила и обняла настолько крепко, насколько это было возможно. Миша прижал меня к себе, вдыхая аромат моих волос, и нежно поцеловал в висок, стараясь сохранить равновесие. Он аккуратно убрал прядь мои волос за ухо и углубил поцелуй, на который я ответила. Парень двинулся в сторону кровати и мы упали на неё, не прерывая поцелуя и я начала снимать с него футболку, отбрасывая в сторону. Он легко разделался с моим платьем и лифчиком, поэтому теперь я осталась перед ним в одних трусиках, которые уже промокли. Миша наклонился надо мной, очерчивая ореол сосков языком и я выдохнула, стараясь справиться с настигшим меня возбуждением. Это было чем-то необычным, нежным, аккуратным, словно целомудренным. Его пальцы порхали по моей коже, нежно сжимая грудь и вставшие соски, а я поддавалась этим ласкам, растворяясь в моменте вместе с ним. Он дотронулся до ткани трусиков, бережно снимая их, и опустился, вводя в меня два пальца, растягивая, причиняя наслаждение и негу. Я шире раздвинула ноги, позволяя ему глубже входить, чувствуя, как вся истекаю от желания. — Грубо, — шепчу я и этой просьбы достаточно, чтобы парень из милого нежного котика превратился в зверя. Миша одним рваным движением входит в меня на всю длину, не давая привыкнуть, начиная быстро и ритмично входить. От такого контраста я словила звёздочки, но удовольствие жаркой лавиной прокатилось по телу и я пилась руками в его спину, оставляя следы от ногтей в форме полумесяца. Миша потянулся рукой к шее, придушивая меня, и я закатила глаза, выгибаясь в спине, чувствуя настигший меня врасплох оргазм. Парень резко переворачивает меня, доставая из тумбочки какой-то прозрачный гель. — Будет больно, — шепчет он. — Но… Потом приятно. Я киваю, доверяясь ему, а после чувствую, как на анальное колечко ложиться что-то прохладное, из-за чего выступают мурашки. Миша просит меня расслабиться и нежно скручивает соски в пальцах, целуя меня в плечи, поясницу, рёбра. Он аккуратно проходится пальцем по клитору и вводит в меня один, стараясь растянуть стенки сфинктера. Я зажмуриваюсь от боли, но выдыхаю через рот, специально резко подаваясь назад, чтобы привыкнуть к заполненности. Миша удивлённо охает и добавляет второй палец. Движения стали быстрее и хаотичнее и вновь, боль, которая была, улетучивается, а вместо этого диким трепетом в животе возрастает желание. Миша крепко берёт меня за талию, проходясь рукой по ягодице. Он аккуратно входит и я шиплю, но в последствии сама подаюсь назад, привыкая к его размеру. Парень медленно начинает двигаться, дожидаясь момента, когда я сама подамся назад и привыкну. Через несколько толчков с моих губ сорвался первый пошлый стон и я сильнее насадилась на его член, на всю длину, поражаясь испытываемым эмоциям. Они прожигают кожу, выливаясь в стоны и мольбы. Я теряюсь в этом, когда Миша наращивает темп и слышу только пошлые и мокрые шлёпанья, разлетающиеся по комнате и отскакивающие от стен. — Ещё, ещё, — шепчу я, сжимая простыни в руках. Миша ускоряется и колени начинают гореть, поэтому я падаю и парень следует за мной, вбивая моё тело в матрац кровати. Я выгибаюсь, стараясь получить как можно больше, и Миша отрывисто делает ещё несколько толчков, кончая прямо в меня. От мысли, что его сперма находится во мне, я задрожала и вновь испытала оргазм, чувствуя заполненность изнутри. Парень аккуратно вышел из меня, но я какое-то время не могла двигаться, чувствуя боль в… Заднице. — Завтра я смогу ходить? — отдышавшись, проговариваю, улыбаясь парню. — Нет, — качает головой он. — Не сможешь. — Значит будешь носить меня на руках. Всегда. Он улыбается и нежно целует меня в лоб, накрывая нас одеялом и обнимая меня, аккуратно прижимая к себе, а после в макушку, сонным голосом, говорит: — Всегда.