Твой

Полуденное солнце уже достигло своей высшей точки на небе и назойливыми лучами светило прямо тебе в лицо. Ты сидела у своего туалетного столика и пыталась уложить растрепавшиеся ото сна волосы. Внизу были слышны голоса и громкий смех гостей, которые собрались на вечеринку по случаю дня рождения твоего отца. На самом деле, тебе безумно не хотелось спускаться и находиться среди этих богатеньких жлобов и их глуповатых сыновей. К тому же, ни одна такая вечеринка не проходила без того, чтобы отец не попытался бы тебя сосватать к одному из сынков своих друзей. Он был уверен, что ты должна выйти замуж так, чтобы это было выгодно, и любить для этого совсем не обязательно. Но волей судьбы, твоё сердце уже принадлежало одному только человеку. Томас начал руководить одной из компаний твоего отца недавно и быстро стал частым гостем в вашем доме. Вам стоило столкнуться взглядом лишь один чертов раз, чтобы в сердцах обоих воспламенилось потрясающее чувство. Но отец был бы против вашего союза, ведь Том был старше тебя на добрых десять лет. Приходилось общаться и видеться тайком ото всех. Но каждый мимолетный, но разжигающий пламя в груди, взгляд, каждая встреча — заставляли влюбляться вас всё сильнее. Внезапный стук в дверь заставил тебя вздрогнуть и выронить расческу из рук. — Да, папочка, я почти готова! — закатив глаза, крикнула ты, не поворачиваясь к двери. — Знаешь, а я не против, чтобы ты меня так называла, — тихий баритон наполнил комнату, а твои щёки тут же вспыхнули. Оглянувшись, Том зашёл внутрь и, повернув замок, закрыл за собой дверь. Недолго думая, ты ринулась к нему и обняла за шею, тут же впиваясь в его прохладные губы чувственным поцелуем. Том крепко сжал ладонями твою талию и прижал ближе к себе, пытаясь насладиться этим моментом. Ему всегда было тебя мало. Все чаще в его голове зрела мысль, что стоило бы наплевать на работу и на твоего отца, и просто увезти тебя на другой конец света, туда, где вас никто не достанет и не разлучит. — Я тоже скучал, малышка, — прошептал Томас прямо тебе в губы и слегка отстранился, — У нас совсем немного времени, твой отец… — Тогда нам не стоит тратить его на пустые разговоры, — перебила его ты и легким движением руки распахнула свой домашний халат. Глаза Тома тут же потемнели в возбуждении и начали жадно осматривать твоё тело. — Боже, ты сведёшь меня с ума, — процедил он сквозь сжатые губы и подхватил тебя на руки. Не прошло и минуты, как вы оказались на кровати. Прикосновения Тома нежные, ласковые, но в то же время настолько властные, что ты не смогла сдержать тихий стон. Он целовал твою шею, стараясь не оставлять следов на белой коже, спускался ниже по ключицам, доходил до груди, выкручивая языком необъяснимые пируэты. От всего этого твоё тело кидало в дрожь, по коже проносились сотни мурашек, а с губ срывались рваные вздохи. И от этого Тому попросту срывало крышу. В собственных штанах уже практически не было места, отчего он непроизвольно вжимался возбужденной плотью в твою ногу. Его рука потянулась по твоему телу вниз и застыла между бёдер. Он лукаво улыбнулся, когда почувствовал, насколько ты уже мокрая. — Не прошло и пяти минут, принцесса, а ты уже более, чем готова, — сладко протянул он тебе на ухо. Ты лишь довольно ухмыльнулась и закинула ноги на его спину, вынуждая Тома наконец сделать это. Он понял тебя без слов, по одному твоему голодному взгляду было понятно, чего ты сейчас желала душой и телом. Том быстро расправился с ремнём и приспустил брюки вместе с боксерами. А ты, не дав ему времени на раздумья, сама потянулась к стоящему члену и направила его в себя. Желание было настолько сильным, что растянуть это удовольствие казалось невозможным. Ты двигала бёдрами в такт Тому и, то и дело пыталась прикусить свою руку, чтобы не застонать в полный голос. Том облизал от прерывистого дыхания пересохшие губы и неожиданно увеличил темп, отчего ты попросту забыла, как дышать полной грудью. Волна удовольствия прошлась по твоему телу, заставляя вонзить ногти в спину Тома. Он шумно выдохнул и, стиснув зубы, кончил вслед за тобой. — Я без ума от тебя, — проговорил Том, гладя тебя по раскрасневшейся щеке. А ты, не в силах сказать и слова, лишь улыбнулась и в знак взаимности затянула в новый сладкий поцелуй.