Principles of lust

***

      Когда он зашёл в приют Вула, то Дамблдор понял, что наследник Слизерина здесь не спроста. Мальчик сам выдал, что он змееуст, и Дамблдор был удивлен, что дальнейшее потомство, когда-то столь свирепого на чистую кровь древнего волшебника — чье потомство жило в приюте. Поначалу Дамблдор подумал, что от Риддла отказались, судя по мрачному виду парнишки, но позже выяснилось, что мальчик здесь, ибо его мать родила в приюте и умерла. Волшебник решается усыновить Тома Риддла и прививать того к волшебству и любви. Он счел, что мальчик не будет учиться в Хогвартсе, иначе последует очень плохие вещи в замке. Сам мальчик имел неплохие таланты к темной магии и это очень беспокоило профессора трансфигурации. Он работал в Хогвартсе, а под вечер возвращался к мальчику. Он учил его магии. Воспитывал. Том почти, как сын был. Но, когда мальчик расцвел и превратился с гадкого утёнка в лебедя, и завлек Дамблдора в свои сети. Мужчина поймал себя на том, что часто засматривался на Тома: как тот читает, как ест, как убирает мешающую прядь. Дамблдор влюбился в парнишку, и этим было все сказано. Он желал того так сильно, что Геллерт уходил на задний план — был только Том. И одной из ночей он его взял. Том был напуган резкими изменениями и действиями отца. Он морщился от боли и цеплялся за плечи отца прося того остановиться, но Дамблдор уверял, что это первая ночь всегда такая. И Том поверил ему. Они спали часто вместе в спальне Дамблдора и придавались похоти. Том уже привык к соитию и настаивал того сам об этом. Но одну из ночей Дамблдор почувствовал, что в Риддле было что-то внутри, как ячейка в стеночке. Мерлин, не порвал ли он своего мальчика? Но Риддл не чувствовал боли, а лишь просил большего и стонал так громко. Очень громко. Наслаждался тем, как Дамблдор терранит его ячейку в прямой кишке. Одну из ночей они с его сыном очень сильно поругались. Том стал раздражительный и буквально рвал их отношения. Дамблдор знал, что Том тот ещё вредный мальчишка, но он показывал весьма грубые и злобные нотки своего характера. Мужчина промолчал даже тогда, когда Риддл покинул его дом в дождливую ночь. Они как-то раз столкнулись с его мальчиком через месяц. Том выглядел неважно: бледный, взъерошенный и заброшенный. Он заботился о нем и тот выглядел всегда порядочно, но этого Тома он уже не узнавал. Он подошёл, чтобы поприветствовать своего сына, и заметил, что Том тоже был рад увидеть его и подбежал сам. Парень подбежал к нему и обнял его, и вот тут Дамблдор почувствовал, что Риддл внешне достаточно изменился. В него упёрся живот Риддла. — Мерлин, мальчик мой, ты за месяц так потолстел что-ли? — удивлённо воскликнул Дамблдор и начал рассматривать своего мальчика. — Я сам мало питаюсь! — пожаловался Том держась за живот. — Я почти всегда голодный. У меня были только карманные деньги и их мало на мое пропитание. Папа, прости меня, примешь меня к себе вновь? — Ну, конечно, мальчик мой, какие вопросы? — улыбнулся Дамблдор и прижал к себе крепче парня. Они аппарировали домой, и Том скинул с себя мантию, когда оказался дома. И тут Дамблдор увидел, как Риддл сильно изменился, он застыл на месте рассматривая живот Тома. Он был большим, и пузо это — Риддл сам не мог отьесть. Мысли Дамблдора путались, и в голове кричало лишь одно слово — беременность? Но это невозможно. Он же парень. В волшебном мире возможна мужская беременность, но лишь у единиц. А у Тома все признаки мужской беременности. — Я такой голодный, — воскликнул Риддл и присел за стол, когда эльфы начинали раскладывать на стол блюда. Том с жадностью начинал поедать блюда, и совмещал одновременно сладкое и солёное. Поведение Тома точно указывало на беременность ибо Том начал намазывать на булочку майонез и джем и поедая. — Отец, а почему ты не идешь есть? О, Мерлин, как вкусно! — воскликнул Риддл наслаждаясь совмещенным вкусом. Дамблдор опустился на стул, буквально плюхнулся, и начал смотреть, как его приемный сын ел. Том беременный и это не иллюзия. Дамблдор рассказал сыну причину своего удивления и рассказал, что это редкое явление у мужчин, и если ему удосужилось забеременеть, то это чудо. Том был озадачен, и счёл что ему нужно узнать почему он забеременел и откуда у него такие навыки. Том начал искать свою биологическую семью и найти ответ на этот вопрос. Как оказалось, что у него был жив отец, его биологический отец. Он был разочарован, что тот не желал его и считал отродьем, как и его мать. Позже Том выузнал у отца, где жила мать, и был удивлен, когда увидел родственников матери. Его отец маггл, на разочарование Тома. Тот был магглом и потому был бы слегка озадачен был бы если увидит его живот, и потому Том скрывал свой живот. Родственники матери не были удивлены его положению, когда Риддл снял с себя мантию. Оказалось, что мужская беременность у них это фишка семьи. В роду змееустов, как правило был такой навык и если в семье не рождалось девочки, то мужчина брал на себя ответственность продолжать род: через постель с отцом или соитие со змеем Слизерина. Это крайний случай был. В семье змееустов было принято смешивать собственную кровь и для них не было чуждо спать со своими родственниками. Когда Том вернулся домой, то рассказал приемному отцу о своей семье и своих весьма «плодовитых» предков. Дамблдор не был удивлен, этого следовало ожидать, что навык был чисто родовым, но действительно был рад беременности Риддла. Тот так забавно и даже мило смотрелся с пузо. Он иногда подшучивал над сыном за что потом получал агрессивные выплески магии от Тома. Том был вдвойне эмоциональным от беременности и часто злился просто так. Том раздражался по любому поводу: что-то лишнее лежит, стоит, просто шум где-то или его отец мелькает перед ним. Тому было тяжело ходить с животом и, он этого злился, и ругал весь мир за свой дискомфорт. Дамблдор забавлялся реакцией Тома и часто усаживался у ног приемного сына и поглаживал его живот ладонями чувствуя там ребенка, который приветствовал его от его лишнего прикосновения. Мужчина улыбнулся, когда на его прикосновение ребенок приложил свою маленькую ладошку к животу. Он поцеловал живот и глянул в усталые темные глаза Тома. Тот был уставшим и раздраженным, но он был у Дамблдора любимым, когда носил его ребенка у себя в животе. Он любил его. Любил не за то, что тот забеременел от него, а просто так любил.