Чернобыль 2.0

      — Чего ты сам хочешь? Подумай, я могу выполнить абсолютно любое желание, но только одно. Выбирай с умом, Паша. Но торопись. У тебя не так много времени.       Паша не раз думал о том, что можно было изменить. Хотел ли он вернуться в день той злополучной вечеринки и поменять исход всего будущего? Или лучше оставить всё как есть? Или же…       –…ну послушай, ты не можешь просто так сдаться. Паша, давай же, скажи ей, хоть что-нибудь, только не умирай. Слышишь?!.. Ты же ещё…       Шёпот в самое ухо пробивался сквозь пелену спутанного сознания. Горячее дыхание опаляло висок, напоминая, что он всё ещё может чувствовать. Может жить.       И действительно хочет этого. Не нужно ничего менять, всё лучшее в этой жизни здесь, рядом, сейчас беспокоится, безостановочно повторяя слова поддержки. Просьбы не оставлять. Быть рядом несмотря ни на что.       И это желание было взаимным.       Паша перевёл взгляд на Лену, с удивлением заставая её хитрую улыбку. Она всё поняла без слов. По тому как Сергей не выпускал парня из объятий, боясь, что тот исчезнет, стоит ослабить хватку хоть на секунду. По тревожным взглядам друзей, более трезво оценивающих ситуацию, хоть и не до конца понимающих, что вообще тут происходит. По тому как сам Паша осторожно накрыл своей рукой чужую ладонь, ненароком пачкая её в крови.       — Думаю, это и есть твой второй шанс, — вкрадчиво произнесла девочка, двигаясь ближе. — Не упусти его. Как и его.       Хихикая над собственными словами, она коснулась кончиками пальцев его виска. Лёгкое, практически невесомое прикосновение принесло долгожданное облегчение. Боль в груди и ноге исчезла, сменяясь непомерным желанием поспать. Сознание полностью провалилось в сон, потому он не видел, как Лена поднялась на ноги, удостоверившись в безопасности парня.       Сергей растерянно смотрел на то место, откуда секундой ранее сочилась кровь, после переводя взгляд на удаляющуюся фигуру ребёнка. Пёс поспешил вслед за хозяйкой, уже через пару шагов подстраиваясь под ритм маленьких ножек. А после они исчезли. Растворились в тумане, словно их и не было.       В полуразрушенном бассейне остались четверо выживших, окружённых горой тел. Киняев с разорванным горлом странно выбивался из общей картины, но внимание на него никто не обращал.       Не сговариваясь, они начали действовать. Егор, с трудом поднявшись, нашёл у одного из бойцов неповрежденную рацию. Старался настроить на нужную частоту, чтобы связаться с кем-то за пределами Зоны. Сергей всё так же не отпускал Пашу из рук. Может, действительно боялся, что тот исчезнет. А может, просто не хотел.       И только резкий голос Саши в давящей тишине здания заставил вздрогнуть единственных живых людей:       — Кто-нибудь может наконец объяснить, какого хера здесь происходит?!

***

      — Спорим, они чемодан даже на половину не собрали?       — Да брось, это же Серёга, у него наверняка всё собрано ещё за сутки было.       — Если бы он ехал один, вопросов нет, но сейчас, — многозначительно поиграл бровями Саша, выходя из лифта. Егор на кривляния друга только глаза закатил, но возражать не стал — доля правды в словах присутствовала.       После звонка в дверь приглашения войти пришлось ждать около двух минут, в течение которых из глубины квартиры доносились топот и попеременный смех. Вдруг Саша резко повернулся к другу, с горящими глазами тыкая пальцем в лакированную поверхность.       — Отменяю предыдущее утверждение. Спорим, они вообще не собирали ещё вещи? Скажем, дела были поважнее. И поинтереснее.       По-хорошему, надо было отказаться. Но перспектива застать старого товарища за отставанием от графика, чего тот категорически не приемлел во время службы, казалась весьма заманчивой. Потому Егор с деланной неохотой согласился, импровизированно разбивая рукопожатие. И вовремя — дверь наконец открылась, и на пороге показался Паша.       Весьма взъерошенный, с футболкой наизнанку да еще и спиной вперёд он выглядел как встрепанный воробей после драки. Комично и в какой-то мере очаровательно.       Саша с Егором многозначительно переглянулись, после переводя выразительный взгляд на парня.       — Самолёт через три часа. Пора бы уже выезжать.       — Вещи собрали? — сразу добавил Егор, чтобы облегчить страдания парня. И не прогадал.       Сперва Паша вообще похоже не понял, о чем речь. Нахмурился, вспоминая что-то, и только потом глаза расширились от осознания ситуациии в целом, а щёки совсем очаровательно покрылись неровным румянцем.       — Сейчас соберём, — пропуская гостей в квартиру, слегка осипшим голосом пробухтел Вершинин, — немного забегались, вот и всё.       — И где ж вы забеги устраивали? — усмехнулся Саша. — В спальне, по кругу?       — Саня, — шикнул на друга Егор, видя откровенно смущенный вид объекта обсуждения.       — Ну почему только в спальне? — поправляя воротник рубашки, в гостиную вошёл Сергей. На ходу мазнул губами по скуле Паши, вызвав тем самым уже синхронные тяжкие вздохи друзей. — И в кабинете, и на кухне. И даже на том диване, на котором ты сейчас сидишь.       — Вот спасибо. Таких подробностей можно было и поменьше. Примерно нисколько.       Паша же остался доволен. Встретился взглядом с Сергеем, без слов понимая, что делать, и направился собирать на половину заполненный чемодан. А Костенко пусть сам разбирается с любителями делать ставки. И даже если сейчас сравнять счёт в остроумии не удасться, у них будут две недели отдыха. Для всех четверых, трое из которых последний раз оставляли работу на такой срок несколько лет назад. И от чего-то Паша был уверен — эти две недели будут незабываемыми.       Море, солнце, приятная компания, тонны шуток веселья и самый дорогой человек рядом. А больше для счастья и не надо.       Только если помочь Саше с Егором случайно упасть в холодную воду. Так, для профилактики.