the clear up a misunderstanding

«Ноябрь 2012»

Поздний ноябрь, зима ещё не вступила в свои права, но настойчиво намекала жителям о своём приближении. Температура днём не поднималась выше +3, а ночью и вовсе опускалась к нулю. Деревья стояли голые, а в воздухе чувствовалось уныние. На промёрзлой земле тонкой коркой образовывался лёд. Целыми днями лили дожди, завивал сумасшедший, быстрый ветер. Люди бежали по улице, закутавшись в шарфы, с надеждой как можно быстрее добежать до тепла, скрыться от непогоды. Единственной отрадой в эту отвратительную погоду, для полковника был тёплый, душистый чай. Он пах Рождеством и беззаботностью. Его невероятный, апельсиново-гвоздичный запах окутывал кабинет, и каждый кто заходил, на секунду останавливались, вдыхали этот запах и расслаблялись. Она пила его редко, только в такие промозглые, отвратительные дни, желая расслабиться. Привычный чёрный, терпкий кофе вытеснил любимый напиток из рациона женщины. Ведь бодрость начальнице нужна была больше, чем хорошее настроение и лёгкая, тёплая улыбка на губах. Расследование очередного дела было в самом разгаре, но начальство в лице Рогозиной, дало приказ идти домой, не чего в конторе по ночам тянуться. Вернувшись домой, Галина почти сразу легла спать, не было сил даже поесть. Сон пришел моментально, несмотря на то, что на часах ещё не было и девяти вечера. Но спустя несколько недолгих часов, ближе к двум часам ночи в дверь позвонили. Женщина не сразу услышала звонок, так как была в фазе глубокого сна, но посетитель был настойчив, и таки разбудил брюнетку. — Галенька, — в квартиру ввалилось тело, и повисло на шее у полковника, — а я тут решила заехать, — девушка была несильно пьяна, но плохо держалась на ногах. — Ты такая красивая у меня, — продолжала лепетать шатенка. Она говорила и говорила, но женщина не слушала, была занята другим делом, пытаясь довести возлюбленную до гостиной. С горем пополам, она справилась, вскоре кареглазая гордо расположилась на кресле, а Рогозина принесла графин с водой и опустилась на подлокотник. Налив в стакан жидкость, Галина протянула его девушке со словами: — Пей. — Рита повиновалась, когда посуда опустела, голубоглазая спросила, — Что случилось? — полковник, конечно, и раньше видела шатенку в таком виде, но такое было крайне редко. Это лишь второй раз. — Он меня уволил, представляешь. — Марго посмотрела на собеседницу, почти трезвыми глазами, — Вот так взял и уволил. Урод. — Власова поставила стакан на столик, и наполнила водой, выпивая. Не то чтобы она жалела от ухода из этого гнилого, пропахшего дешёвым табаком участка, но было обидно лишь то, по какой причине ей пришлось уйти. Она никогда не было идеальным работников, её характер часто вылазил боком, но чаще не ей, а её, так называемым, клиентам. Особенно если дело касалось, детей или молодых женщин. — А причина была? — брюнетка заинтересованно смотрела на возлюбленную, с нежностью поглаживая ту по спине. — Я ему не дала, — шатенка выдохнула, горько, почти с надрывом, — в который раз, — в ее глазах была злость, да и в голосе тоже. Полковник налила себе воды, — мудила ментовская. Рогозина поперхнулась, услышав последнюю фразу. За четыре месяца ни одна з них не рассказывала о работу, они даже не знали, чем занимается другая. Они встречались не так уж и часто, по причине занятости на работе обеих. Иногда они проводили время в одном из кафе, расположенных неподалёку от дома Риты. В одном из них готовили отменные свиные стейки, в другом великолепные десерты, было ещё заведение с невероятно вкусным кофе, который обожала Марго. Поэтому именно они и пользовалось у них спросом, Власова часто заказывала лишь кофе, сама надиктовывая рецепт официанту, и долго с наслаждением пила его, грея руки о чашку, сидя в объятиях брюнетки. Им настолько комфортно было в тишине, наслаждаясь чужим теплом и иностранной, негромкой и ненавящивой музыкой, что часто они просто забывали, про разговоры. — А кем ты работала? — вдруг спросила женщина. Она совершенно забыла, за эти месяцы, про список вопросов, который обычно задают на первом и последующем свиданиях. — Оперативником, — Рита недоуменно взглянула на женщину, изгибая в удивлении бровь, близость её тела кажется, совершенно растворила алкоголь в крови. Девушка внезапно вспомнила, что и сама не знает, кем и где работает её возлюбленная. Галина усмехнулась, улыбаясь открытой и радостной улыбкой. — А звание? — Капитан, — чуть ошарашено отвечала девушка, — а что? — Глава федеральной экспертной службы, полковник Рогозина, — протянула руку женщина, Маргарита только теперь поняла открытую улыбку женщины, и сама улыбнулась. — Капитан Власова, — отвечая на рукопожатие. — Вот мне подфартило, — с ехидством прошептала шатенка, проводя рукой по талии женщины, и притягивая её к себе. Кресло жалобно заскрипело, выражая своё недовольство. — сама полковник Рогозина в моей постели. — ехидно усмехнулась Марго. — Я слышала о «бабе кремень», и о хвалённой ФЭС, но никак не думала, что вы полковник, такая красивая. Девушка потянулась и запечатлела на губах женщины крепкий поцелуй, запутавшись пальцами в тёмных длинных волосах и поглаживая пальцами голову. — Идём спать, — сжалившись над бедным, скрипящим изо всех сил креслом, предложила брюнетка, и потянула руку капитана на себя. Та повиновалась и вскоре две фигуры скрылись за дверью. Бедное кресло с облегчением выдохнуло. Время близилось к утру, но сон так и не потревожил Власову, она лежала, о чем-то размышляя, обнимаемая полковником. Рогозина пошевелилась и проснулась. — Ты чего не спишь? — чуть хриплым спросонья голосом спросила. — Думаю, — отстранённо ответила девушка. — О чём? — брюнетка оперлась на локоть и посмотрела на капитана. — Про всякое, — повернулась, поцеловала в лоб, — спи, милая. Это так пустяки. — шатенка уложила Рогозину на подушку, — Добрых снов. — женщина уткнулась носом в плечо Власовой. Но поразмыслив пару минут, Рита произнесла: — Дорогая. — Мм? — послышалось полусонное. — Я тут подумала, — Галина подняла голову над подушкой, глаза она так и не открыла, надеясь доспать, — может ты меня к себе на работу возьмёшь? — глаза Рогозиной медленно распахнулись и с удивлением уперлись в непроницаемое лицо Риты. Поразмыслив пару секунд, она хитро улыбнулась и произнесла: — А что мне за это будет? — Марго посмотрела на брюнетку чуть сощурив глаза, недобро усмехнулась, отвечая. — Я думаю, у меня есть что предложить, будущей начальнице. — произнесла она, в мгновение меняя положение своего тела и нависая над полковником. — Что ж, посмотрим, капитан. — но ее рот был заткнут поцелуем прежде, чем она успела договорить. Одеяло уже валялось где-то во владениях пола, одежда, хоть её было и не много, отлетала на знакомство со стенами, а Марго изо всех сил показывала начальнице все свои умения. Жаркие поцелуи, заставляющие запотевать окна, влажные тела, сплетённые в одно, глухие стоны, разносившиеся по комнате и тонущие в тишине. Укусы, оставляющие клеймящие следы на коже, и шипение перерастающие в крик. Солнце медленно поднималось по небосводу желая заглянуть в окна, пробуждая хозяев квартир и их гостей. Но когда солнышко добирается своими лучиками до этой квартиры, будить уже некого, две женщины закончившие свои игры лежат на голубых простынях, раскрасневшиеся и довольные. — Как вам предложения, товарищ полковник? — отдышавшись спрашивает шатенка, закусывая губу, она с жадностью смотрит на женщину, лежащую возле нее. Взглядом скользит по её телу, чуть влажного, горячего, останавливаясь на тяжело вздымающейся груди. — Не убедительно, — отвечает брюнетка, хищно зоркая глазками, и проходиться взглядом по обнажённому телу собеседницы, глаза тёмные с лёгкими переливами жёлтого, в них плавиться сталь. — Возможно, у вас есть иные предложения, капитан? — Пока она говорит, её рука скользит от подбородка Марго вниз, спускается к груди, зацепная ноготком сосок, ползёт по животу и спускается ниже. Но рука Власовой перехватывает её, закидывает за голову полковнику, куда следует и вторая, девушка нависает сверху. Горячее дыхание обжигает кожу лица, Рита смотрит в глаза Рогозиной, и чуть кровожадно смеётся, с ехидством обводя ноготком указательного пальца, напряжённые соски. Брюнетка судорожно выдыхает, обдавая теплом щеку партнёрши, и пытается выпутаться, так для виду, отразить атаку, завладеть контролем. Но капитан держит крепко, оставляя лёгкие синяки на запястьях. И жадным, страстным поцелуем врывается в чужой рот, лаская внутреннюю часть щеки, обводя языком зубы и сражается, в неравном поединке, с чужим языком. Вместо поцелуев укусы, нежность сменяется, желанием подчинить, искоренить хищные усмешки, хитрые речи. Одна рука держит руки, другая спускается вниз, нащупывая заветный бугорок, зубы опускаются на сосок. Стоны громче, и чаще переходят во вскрики. Окна все больше потеют, смущённые данными видами. Укусы более явные, на завтра останутся следы, никаких поцелуев, это игра. Солнце светит ярко где-то в вышине, не желая больше заглядывать в окна квартиры, оно наигралось, а женщины ещё нет. Маргарита, опьянённая властью над женщиной, не желает кончать забаву, и она продолжается. Рогозина пытается бороться с капитаном, но та сильнее, у неё больше контроля над брюнеткой, чем у неё самой. Главе службы, совершенно не прельщает такой расклад, и битва не стихает, они катаются по кровати, отбирая друг у друга борозды правления. Где-то из соседней комнаты доносятся звуки звонящего телефона, но он не волнует ни одну. Играть веселее, данная потеха их пленила, но всему приходит время кончаться. — Надеюсь на данный момент, наш привередливый полковник доволен? — Кареглазая по диагонали распласталась на простынях, голова её лежала у подножья кровати, Рогозина же разместила свою темноволосую макушку на животе капитана. — Все что я могу сказать, — брюнетка выдохнула, — что это предложение мне нравиться больше. — Рита чуть подняла голову, пытаясь заглянуть в глаза, и усмехнулась, кидая голову на матрас. — Капризная у вас начальница. — А то. Следующим днём, Галина получила личное дело своей девушки, на изучение которого потратила половину дня. Власова и правда была хорошим оперативником, принимала похвалу начальства, даже внеочередное звание получила, за одно громкое дельце. Но при этом, часто меняла место работы, переводилась из одного участка в другой. С последнего места работы лишь позитивные отзывы, почти прекрасная рекомендация, одно портить картину: «несговорчива, иногда оспаривает приказы начальства, что и послужило причиной увольнения» — гласит строка. Галина усмехается, скверный характер капитана, она уже проверила на себе. В целом Маргарита отличная кандидатура, чтобы занять место, которое недавно освободила капитан Соколова. Поразмыслив, женщина решает вызвать Власову на собеседование. Брюнетка взяла в руки телефон, набирая номер девушки. — Капитан, Власова? Это вас беспокоит полковник Рогозина из федеральной экспертной службы, я рассмотрела ваше резюме и хотела был пригласить вас не собеседование, — официальный тон, на том конце запыханный, хриплый смешок, после чего: — Очень смешно, Галь, — чуть более раздражённый голос, звонкий звук удара и чей-то мат издалека. — Я серьёзно, тебе нужно, всё равно, пройти собеседование. — Ты очень вовремя, — тяжело выдыхает капитан, слышится ещё один смачный удар, — Может я как-то заочно? В тёплой постели? — чуть отдышавшись, молит шатенка. — Власова! — возмущенный голос, — Задобрить меня сексом не удастся! — угрожающий, холодный тон не терпящий отлагательств и отказов. — Если на работе, ты постоянно будешь меня так называть, то я уже жду свой первый рабочий день, — побурчала капитан. — Рита! Не веди себя как подросток, — услышала она слова, произнесённые на выдохе, а после последовало, — Я жду тебя через час. — Хоть адрес мне дашь, или я сама должна догадаться? — недовольный и обиженные голос послышался с той стороны. Какая-то суматоха, мужской голос, кричащий что-то Рите, и ещё несколько глухих звуков удара, вдалеке. — Записывай, — чуть нежнее чему хотела, произнесла полковник. — Я запомню.