cotton candy

минхо непозволительно сильно и отчаянно влюблен в нежные белые вихри чановых кудряшек - беспокойное сердце каждый раз трогательно сжимается, когда это очаровательное создание легко покачивает головой. у бана волосы до одури мягкие, шёлковые, на ощупь такие приятные до невозможности, что вплетать тонкие пальцы в них, перебирая снежные пряди отточенными годами движениями, сплошное непомерное удовольствие, заставляющее минхо с наслаждением мурлыкать где-то у себя в глубине души. не было бы самопроизвольно выведенных в собственном сознании печальных границ - уткнулся бы лидеру в макушку, расплавленной сладостью растекаясь подле него с блаженной улыбкой тонких губ. маленькая ладонь, умилительная в своей миниатюрности по отношению к внешней мужественности ли плавно массирует кожу головы, пока бан, о чем-то задумавшись, отрешённо смотрит вдаль - белоснежная стена гримёрной, без сомнений, великолепное зрелище для созерцания, лучше иного и не сыскать, но состояние излюбленного всеобщего любимчика группы в последнее время вызывает поводы для достаточного весомого беспокойства всех мемберов: тот чаще обычного летает в своих сокровенных мыслях, стал куда более неуклюжим, собирая телом все возможные и невозможные углы, украшая тело отвратительными на вид синяками ( минхо при взгляде на них каждый раз передёргивает. он вообще натура чувствительная, тонкая, творческая, в соответствии, и ко всему прочему - восприимчивая ). к задумчивым людям подход нужен осторожный, медленный. времени у них, к большому сожалению, не так много, как можно себе позволить: график забит до упаду, причем, в прямом смысле этого слова - после мероприятий все валятся с ног как само собой разумеющееся. - чан, - упирается тому носом в плечо, не соприкасаясь телами, но значительно напоминая о своём присутствии, - ты сам не свой какой-то, - и губу прикусывает максимально виновато, потому что личное пространство всегда имеет место быть, даже если находитесь с тем или иным человеком в доверительных отношениях, - я не хочу беспокоить тебя лишний раз, но просто помни, что рядом с тобой находится как минимум восемь человек, для которых твоё состояние небезразлично. и они спокойно способны выслушать, даже более того - услышать, если то потребуется. бан мычит что-то в ответ согласно-утвердительно, приподнимая уголки губ в нежной улыбке и искренне благодарит за беспокойство, потому что считает это важным, уместным для данной ситуации. забота убаюкивает, расслабляет - на душе легче становится. он слегка откидывает голову назад, призывно взмахивая шевелюрой, зная о соблазне минхо заплетать что-то незамысловатое с коротких прядей. приятно. минхо выдыхает неслышно. он тянется рукой к голове чана, тихонько вздыхая, когда ощущает мягкие белые кудряшки кончиками пальцев, незаметно для себя ассоциируя их со сладкой сахарной ватой, что они ели сегодня. а крис так же трепетно, как прикосновение чужих ладошек на своих волосах, улыбается в ответ. - знаешь, - удовлетворённый тихими ласкающими движениями, говорит на грани слышимости, почти что шепотом, - душу временами сомнения страшат, представляешь? мерзкой тенью пороков на неё накладываются, оттого и волнительно. мне себя стыдно порой, понимаешь? как глаза закрываешь, а под веками образ - нетронутый, чистый. я к чанбину как с расспросами-допросами пристал, так у него на все ответ неизменно один, мол крепись, товарищ, это влюбленностью зовётся. а как же так? какая тут симпатия, какие тут чувства..я ж не умею, не научен.. минхо сглатывает тяжело, но решительно выдаёт: - ну и в кого тебя так угораздило, если не секрет? - тревожность веселой тётушкой вновь наведывается в гости. в самое нутро. чан молчит минутами длительными, а потом в глаза смотрит так, что вся вселенная звёзд бесконечных во взгляде минхо рассыпается, взрывается. бушует. он же не глупенький, понимает. пальцы нервно за спиной заламывает, когда напротив по лицу только единственное прочесть можно, что немой вопрос на разрешение, после перерастающий в живую просьбу. - позволишь? ли в жизни не был до того сентиментальным, чтоб от одного слова краснеть удушливо и улыбаться неловко-счастливо, но, как говорится, всему свое время. всему свой очевидный исход.