Все розы попадают в Ад

      Под предлогом съездить в город за парой новых рубашек и «нормальной едой» Уикхем смог покинуть бункер без посторонних и вытянул для себя несколько часов времени. Договорившись о поездке ещё с вечера, мужчина специально выехал пораньше, чтобы точное время его отсутствия никто не смог засечь. Это бы вызвало лишние вопросы и подозрения, которые бы поставили каждое его последующее действие под сомнение. А такой исход был бы для Просвещённого катастрофичен.       Для обрядов ему было необходимо уединенное место, и, выбирая между лесной чащей и номером в хорошем отеле, Тинли предпочёл второе. Когда стрелки часов только-только подходили к восьми утра, он уже расставлял все необходимые ингредиенты для обряда по комнате, предварительно передвинув диван и кресла к стенам и убрав с пола дорогой ковёр. Для обоих обрядов требовались схожие ингредиенты и условия проведения, что сильно облегчило ему задачу. Отличался лишь текст заклинания, кровь и масло, которым нужно было залить все сухие ингредиенты и поджечь.       Начертив руны на полу и нарисовав фигуру, отдалённо напоминающую вписанную в треугольник окружность, он поставил на каждый из углов по зажженной свече, а в самый центр — овальной формы блюдце. Первый обряд должен был привязать душу Уикхема к клинку — то есть, усилить оружие с помощью части его энергии. Мужчина не умер бы после такого, но человечности в нем стало бы на порядок меньше. Хотя, её и до проведя обряда было не так уж и много.       Начиная повторять несложный текст заклинания и сидя на коленях, Тинли смешал и пропитал маслом дерева ним все сухие ингредиенты, достать которые ему помогла Академия, провёл лезвием по ладони, специально пачкая его своей кровью, и положил оружие перпендикулярно вытянутой форме посуды. Этот клинок также достали его подчинённые из Лондона и проделали для этого немалую работу. Один ангел, что и раньше обменивал древние артефакты из Оружейной на Небесах на человеческие души, узнал о попавшем в Арсенал архангельском клинке из альтернативной реальности, который Дьявол как сувенир принёс с собой. Недолюбливая Люцифера, этот рядовой выкрал столь ценное оружие, а потом был убит Просвещёнными, давно следящими за его «нелегальной деятельностью».       Кинув в блюдце спичку, Уикхем не испугался резкого столба огня и серого дыма, ударивших в лицо, но совсем не ранивших. От пламени исходил непривычный холод, пробирающий до дрожи. Подняв голову, он прочёл заклинание ещё ровно три раза, и пламя вмиг потухло, словно его сдуло сильным порывом ветра. Осторожно отложив опалённый огнём клинок, который до сих пор не потерял своего блестящего золотого цвета, Тинли принялся за второй обряд, и его начало практически ничем не отличалось от первого.       Если бы это оружие Орден Просвещённых нашёл бы гораздо раньше, то многих событий можно было бы избежать, однако судьба решила иначе. В любом случае, обычный человек, даже привязав к себе такой клинок, не смог бы убить архангела. Но если бы хозяин лезвия провёл ещё один обряд, то получил бы возможность убить нефилима. У ребёнка ангела или архангела и человека есть слабое место — его душа. Поэтому во второй раз к ингредиентам Уикхем положил салфетку, пропитанную кровью нефилима, которой британец испачкался, «случайно» дотронувшись до его раны в Уичито.       Он вновь зажег спичку, и пламя вспыхнуло сапфировым синим цветом. Читая следующее заклинание, более долгое и сложное, мужчина направил все силы клинка на Джека. Может быть, он и сожжет свою душу до того момента, как Уикхем захочет убить его, но её след в его сущности всё-таки останется. В теории всё складывалось, как нельзя лучше, вот только ещё никто не проводил такие сложные эксперименты, и их точный результат был неизвестен.       Как только огонь потух и мужчина осторожно взял клинок, в номере зазвенела громкая пожарная тревога. «Всё-таки лес был лучшим решением, » — пронеслось у него в голове, когда из коридора послышались испуганные крики постояльцев и встревоженного персонала.

***

      С одной стороны, парень нуждался в разговоре с ней, а с другой — не хотел отвлекать от учебы. Он, оперевшись спиной на выступающий участок стены, стоял возле входа в библиотеку и слушал её голос. Его взгляд останавливался на панели управления, на круглом столе, на входе в лабораторию, на лестнице, ведущей на смотровую площадку, но мысли были погружены в негромкую речь девушки. Джек не знал название языков, на которых та разговаривала, и не мог даже пару иностранных слов связать, но прекрасно понимал, о чем она говорила.       — Это слишком для меня, — со вздохом пробубнила Просвещенная и подперла подбородок ладонями, пытаясь сосредоточиться на тексте перед ней.       Улыбнувшись, Клайн продолжить слушать, как Тинли тщетно пыталась произнести определённый звук правильно, по сто раз проговаривая его заранее. Но её попытки не увенчались успехом, и вскоре она и вовсе затихла, быстро печатая что-то на ноутбуке. Решив, что девушка уже закончила, нефилим достаточно плавно вышел из-за угла и какое-то время не был замечен. Вивиан была так занята выполнением тренировочного задания на специализированной платформе Кендрикса, что все вокруг встало на второй план.       — Я тебя не отвлекаю? — усмехнулся парень, делая короткий жест рукой и как бы привлекая к себе внимание. Та едва заметно улыбнулась в ответ и с тяжким вздохом откинулась на спинку стула, указывая на экран ноутбука:       — Нет, ты буквально меня спас меня от… этого, — как бы она не любила получать новые знание, древние языки и их изучение вызывали у неё самые неприятные эмоции. — Я испробовала все варианты, и у меня уже даже попытки закончились, а ответ всё равно неправильный, — медленно и довольно элегантно закрыв ноутбук, Тинли перевела заинтересованный взгляд на подошедшего подростка и была неимоверно рада тому, что тот пришёл. — Ты хотел о чем-то поговорить? — она понимала, что у её собеседника опыт общения с людьми не превышал трёх месяцев, поэтому часто задавала ему наводящие вопросы.       — Я знаю, что тебе не понравился наш план насчёт душ, Кроули и меня, — он не умел плавно переводить тему, к чему охотники уже успели привыкнуть. Его беззаботность на лице сменилась озадаченностью.       — Да, ты прав. Но ведь это наш единственный способ закончить начатое, так? — она пожала плечами и встала из-за стола, начиная расставлять словари по полкам. Её голос стал немного собраннее, словно девушка пыталась показать, что тема разговора её совершенно не волновала.       — Почему ты считаешь, что мы поступаем неправильно? — ему хотелось узнать причины её беспокойства. Присев на краешек стола, он следил за каждым её движением, с нетерпением ожидая ответа.       — Ты никогда не думал, каким станешь без души? — Вивиан хотела отнести последнюю книгу на полку, но всё же решила повременить с этим и, развернувшись, села напротив Клайна, наконец, встречаясь с ним взглядом. — Неужели ты хочешь полностью лишиться её? — он и не осознавал, что сам являлся главной и единственной причиной её переживаний. — Впрочем, ты уже ответил на этот вопрос, — как бы давая понять, что их разговор на этом закончился, Тинли попыталась искренне улыбнуться, но сразу же отвернулась, закрывая лежащую на столе книгу и ставя её на полку.       Эти несколько секунд тишины показались для них обоих вечностью, но Джек так и не собирался уходить. Отойдя от высокого стеллажа, девушка принялась перелистывать свои аккуратные конспекты, пытаясь снова сосредоточиться на учёбе и забыть о присутствии нефилима. Открыв необходимую страницу, она негромко прочитала, скорее даже пробубнила скороговорку на латыни, отрабатывая один из самых сложных звуков, и тут же услышала голос подростка:       — Это звучало забавно, — она предполагала, что парень говорил о смешном произношении и сочетании звуков, а не о смысле скороговорки. Повернувшись к нему, Вивиан добродушно улыбнулась, словно не помнила об их разговоре минуту назад. Им обоим хотелось как-то разбавить атмосферу и не концентрироваться на плохом.       — А как тебе… — девушка быстро заглянула в блокнот и, чуть смущаясь, добавила на латыни, даже не догадываясь, что её собеседник все понимал: — Tu scis quia amo te*? — лицо парня изменилось, и он выжидательно взглянул на замершую Вивиан, щеки которой сразу залились краской.       Смысл признания был раскрыт моментально, на что Тинли никак не надеялась — это прекрасно читалось в растерянных, немного смущенных голубых глазах. Пока она осознавала случившееся, её сердцебиение заметно участилось, а по всему телу прошло приятное тепло, повышающее температуру и заставляющее румянец проявляться на бледной коже сильнее. Чувствуя, что у неё не получалось справиться с испытываемыми эмоциями, Просвещенная отвела взгляд в сторону.       Джек нарочно не стал отвечать ей, ведь не знал, какими словами лучше выразить свои чувства, и, приблизившись к ней, аккуратно поднял её опущенный подбородок. На секунду он заглянул девушке в глаза и, накрыв её губы своими, отдался переполняющим его ощущениям. Вкус нежно-розовой помады, нанесённой тонким слоем, оказался уже знакомым, а кончик носа снова незначительно задел её очки. Мягко ответив на поцелуй, она аккуратно дотронулась до его футболки, не зная, куда лучше положить ладони. Затем обхватила его шею, осторожно притягивая к себе, и улыбнулась, стараясь не отрываться от столь желанных губ. Вивиан чувствовала, что они делали что-то совсем запретное, неправильное…       Проявив настойчивость, но одновременно и не желая пугать её, парень дотронулся до нежной кожи лишь кончиками пальцев и вскоре положил одну ладонь на краешек лёгких тканевых шорт, постепенно поднимаясь чуть выше. От непривычных прикосновений по телу девушки пробежала приятная дрожь, и она, приподнимаясь на носочках, присела на край стола удобнее, на пару секунд забывая, что они находились в библиотеке. Джеку просто хотелось касаться её, полной грудью вдыхать аромат духов, чувствовать разливающееся по венам тепло и не останавливаться. Когда их руки случайно встретились, Вивиан нарочно прервала поцелуй и, лишь на секунду опустив взгляд, нерешительно посмотрела на него. Чуть припухшие и покрасневшие губы обжигало сбившееся дыхание.       — Я не хочу потерять тебя, — это и было главной причиной, почему же ей так не понравился их план.       Соединяя пальцы, Тинли не отрывала от парня трепетного, затуманенного чувствами взгляда. Она боялась, что истерзав свою душу полностью, он собьётся с пути, станет совсем другим — не таким. И он тоже разделял этот страх, но все же пошёл на риск и был полностью готов к последствиям. Вновь решая не отвечать ей, Клайн просто поцеловал её, как бы стараясь извиниться за своё решение. Его рука аккуратно скользнула по плечу девушки, спускаясь ниже. В ушах отчётливо слышался ритмичный стук сердца, а в голове все мысли крутились вокруг неё, однако эту идиллию прервал протяжный скрип входной двери.       — Это отец, — прошептала она, сразу узнавая его размеренные, даже неспешные шаги и осторожно слезая со стола, но увидев рядом с губами парня едва заметный след от своей же помады, быстро убрала его.       Недовольно нахмурившись, Джек отошел назад и посмотрел на арку, ведущую в главный зал, где вот-вот должен был появиться Уикхем. В очередной раз парень убедился, что испытывал к нему одни лишь негативные эмоции и не доверял ни одному его слову. Неужели он не мог появиться в другой момент? Девушка же принялась перекладывать листы с записями и закрывать тетрадки, складывая их в одну небольшую стопочку. Закрыв глаза, она молилась, чтобы румянец скорее исчез с лица, но её щеки всё ещё отдавали лёгким малиновым оттенком.       — Как съездил? — ненавязчиво спросила она, когда мужчина появился в их поле зрения и поставил пару бумажных пакетов на круглый стол. Мельком взглянув на Клайна, Просвещенная поправила мешающие прядки и сделала глубокий вдох, как бы готовясь добавить ещё что-то. — Я как раз собиралась на кухню. Я отнесу, — оставляя тетрадки, она быстрым шагом направилась к отцу.       — Вспомни последний раз, когда я ездил за покупками, — стараясь не обращать внимание на стоящего в стороне нефилима, мужчина натянуто улыбнулся и спрятал руки в карманы выглаженных брюк, зауженных к низу.       — Такого не было, пап, — усмехнулась девушка, заглядывая в пакеты с несколькими готовыми блюдами-закусками, которые с лёгкостью могли претендовать на эталон правильного питания.       — В Америке сложно найти заведение, где продают что-нибудь, кроме жареных куриных крылышек и картошки фри, — Вивиан снова засмеялась, радуясь, что отец приехал из города в хорошем расположении духа, совсем ему несвойственном.       Взяв лёгкие пакеты, она окинула остальных быстрым взглядом и специально пошла на кухню, давая им обоим шанс поговорить и улучшить свои отношения. Тинли совершала эту ошибку уже второй раз, надеясь, что два люто ненавидящих друг друга человека смогут изменить своё мнение за один разговор. Потеряв её из виду, Уикхем не сразу повернулся к нефилиму, облокотившемуся на небольшой стол в библиотеке, но всё же решил сделать вид, что относился к нему не так негативно, как это было на самом деле.       — Помнится, я так и не поблагодарил тебя, — они оба понимали, что речь шла о том внезапном нападении на бункер.       — Не стану врать: я спас вас только потому, что вы — отец Вивиан, — подросток общался с ним так, как считал нужным, и не хотел проявлять излишнюю доброжелательность. Называть его на «ты» тоже не было особого желания, ведь они были не настолько близки.       — Тогда мне повезло, — лица мужчины коснулась лёгкая, но слегка натянутая ухмылка. Он размеренным шагом поднялся по короткой лестнице и взглянул на оставленные девушкой вещи на столе. — Она выглядит счастливой, когда ты рядом, — Уикхем с едва уловимой обидой в голосе озвучил свои верные наблюдения.       — Разве вы не хотите видеть её счастливой? — недоверчиво нахмурившись, осторожно уточнил подросток, словно прощупывая почву.       — Как любой отец, конечно, хочу, — умело соврал он, не давая лишних поводов для беспокойства. — Вот только я боюсь, что ваше расставание разобьёт ей сердце, — естественно, в тот момент Тинли говорил не про их возвращение в Лондон, однако это заставило Клайна по-настоящему задуматься. — Не стоит ли тебе самому объяснить ей это? Чтобы удар был не таким серьёзным и причинил ей не так много боли.       — Вы правда так считаете? — вдруг поинтересовался нефилим, понимая, что Вивиан и вправду будет ужасно расстроена их вынужденным расставанием. Но потом он резко вспомнил, с кем именно имел дело, и стал серьёзнее. — Если бы вы не хотели причинять ей боль, то разрешили бы остаться, — теперь парень держался уверенней.       — Мальчик, ты не понимаешь… — самонадеянно усмехнулся Уикхем, но Джек смог перебить его:       — Нет, я всё прекрасно понимаю. Вы просто хотите огородить её от меня лишь из-за того, что я сын архангела, а не из-за того, что вы любите её и желаете для неё лучшего, — подросток ненадолго замолчал. — Она сама должна сделать выбор, где и с кем ей остаться.

***

      В коридоре всё отчётливее слышалось цоканье каблуков и строгий голос Эннаэль, разговаривающей по телефону. Стоящие у лаборатории охранники сразу выпрямились и стали следить за тем, как тень, скользящая по грубым стенам, из-за угла постепенно приближалась. Демоны были наслышаны об этой ангелессе, однако ещё ни разу не встречались с ней лично. Они готовились встретить лишь её одну, ведь их предупреждали именно о её визите, однако и в этот раз она сопровождала Люцифера и Диаваля — демона, ответственного за эти эксперименты.       — Поговоришь с ним потом, — щёлкая пальцами и выключая её телефон, архангел даже не взглянул на возмутившуюся девушку. Та перевела раздражённый взгляд с чёрного экрана смартфона на мужчину рядом:       — Ты ведь сам потом будешь отчитывать меня за невыполненные сроки, — останавливаясь возле дверей, падший самодовольно взглянул на неё:       — Может быть, я этого и добиваюсь, — негромко усмехнулся он и посмотрел на Диаваля, что первый зашёл в лабораторию и быстрым жестом включил яркие лампы, загоревшиеся спокойным белым огнём. Это помещение интерьером и стилем кардинально отличалось от всего остального Ада. — Как отбирали счастливчиков? — Люцифер кивком указывал на двух связанных бедолаг в застекленных камерах.       — У нас не было определённых критериев, — оправдался демон и вместе с падшим повернулся к двум охраняемым и достаточно пассивным монстрам, которые были закованы в наручники, сдерживающие их силы. Хоть эти твари и были разумны и им даже объяснили поставленную задачу, их было необходимо держать под контролем. — Подведите их к камерам, — скомандовал Диаваль своим помощникам, которые сразу принялись выполнять это указание.       Люцифер молча наблюдал за их действиями, иногда посматривая на реакцию стоящей рядом Эннаэль. Когда вампиров уже были готовы выпустить, стулья, на которых сидели люди, ударили тех слабым током, моментально приводя в чувства. Их испуганные до смерти лица, мечущиеся из стороны в сторону округлённые глаза и крики о помощи, остающиеся за стеклом, заставили Дьявола улыбнуться. Кивнув, он дал команду впустить тварей в камеры, и демоны сделали это немедленно, быстро закрывая дверь внутрь.       Почувствовав запах человеческой крови, один вампир злобно оскалился, чуть округляя спину, и буквально накинулся на свою беспомощную жертву. Он совсем позабыл о том, что ему было приказано обратить этого парня, а не убить, и принялся жадно пить его кровь, вцепившись в шею. Недовольный этим архангел дождался, когда озверевший монстр выпьет достаточное количество, и щёлкнул пальцами, превращая его в невидимую пыль. А парень, находящийся в той камере, умер практически сразу — монстр забрал у него слишком много крови, а шея и плечо были растерзаны буквально до мяса.       Эта картина не в лучшем смысле поразила его собрата, и тот, встретившись взглядом с Дьяволом, решил сдержать себя и оторвался от плеча девушки. Он уже хотел укусить себя за запястье, дабы дать ей свою кровь и обратить, но вдруг замер в исступлении. Она, сначала почти потеряв сознание и уже смирившись со своей участью, резко закричала и стала вырываться, выгибаясь в спине. Из её испуганных глаз покатились слезы, а каждую клеточку тела ломило от нестерпимой, расползающейся сверху вниз боли. Откинувшись на спинку стула, девушка опустила голову, а потом резко подняла её, оскалившись и показывая окровавленные клыки, поранившие десны и губы.       — Один укус, — задумчиво произнёс Диаваль, не веря своим глазам. — Теперь им достаточно всего одного укуса.

***

      Кто бы мог подумать, что прилежная студентка Кендрикса будет тайно фанатеть от фильмов «Marvel», смотря их ночью после длительной и утомительной домашней работы? Если бы Уикхем узнал об этом — о том, что его дочь жертвовала сном и редким свободным временем для просмотра каких-то супергеройских фильмов, — то просто сошёл бы с ума и стал нагружать Вивиан ещё сильнее. Но когда он уехал на очередную охоту вместе с Дином, девушка специально закачала себе на ноутбук первую и вторую части «Стражей Галактики» и позвала Джека. На телевизоре в комнате отдыха можно было посмотреть только купленные заранее DVD-диски, поэтому ассортимент был совсем небольшой.       Пока что они смотрели только первый фильм, но Джек уже взял с девушки обещание, что она покажет ему и все остальные картины этой киновселенной. Вивиан была только «за», ведь смотреть на любимых персонажей в компании не менее любимого человека было лучшим времяпровождением. Ноутбук стоял на кровати прямо перед ними на нескольких толстых книгах для устойчивости, а перед ним красовалась тарелка с горячим попкорном. Согнув колени и обхватив их руками, она сидела с одной стороны, а парень, вытянув одну ногу, с другой. Между ними оставалось небольшое расстояние, на которое совершенно не обращал внимание Клайн и которое сильно напрягало Тинли.       Ей хотелось быть чуточку ближе, ощутить его присутствие рядом, утонуть в крепких объятиях, но всё это казалось таким неловким и непонятным, что от одних только мыслей об этом на щеках появлялся предательский румянец. Даже о поцелуях ей не хотелось говорить с кем-то ещё. Она пыталась догадаться, о чем в это время думал Джек, но, иногда поглядывая на него, сразу поняла, что он внимательно следил за происходящими на экране действиями и думал только о них. Не в силах сидеть одной, Вивиан медленно положила голову ему на плечо, специально стараясь не отрываться от экрана. Заметив это, парень захотел обнять её, но ближняя к ней рука оказалась в невыгодном положении.       — Давай… — негромко начал он, привлекая к себе внимание и чуть приподнимая плечо.       — Да-да, — суетливо закивала девушка, выпрямляясь и подсаживаясь к нему поближе.       Когда подросток бережно дотронулся ладонью до её спины, за талию несильно прижимая к себе, то она снова положила голову ему на плечо и негромко выдохнула, пытаясь не испортить столь щекотливый момент. Его пальцы были наполовину согнуты, будто он боялся касаться её сильнее, сделать что-то не так. Через тонкую ткань летней блузки, которая казалась почти неощутимой, он чувствовал её бархатную кожу и всё же выпрямил ладонь, чуть настойчивее прижимая Тинли к себе. Благодаря Дину Джек, конечно, узнал многое, но в таких делах практика решала абсолютно всё.       — Пернатый, ты вообще думал головой, когда оставлял двух подростков одних? — именно с этими словами Кроули прошёл по коридору, обгоняя Кастиэля и спустя несколько секунд резко открывая дверь в комнату Вивиан. — Чудненько, — застав их за мирным просмотром фильма, демон немного успокоился.       — Ты знаешь, что такое личное пространство? — ставя фильм на паузу, девушка возмущённо посмотрела на включающего свет Фергуса.       — А ты? Вот, глядя на вас, я его что-то не вижу, — он нахально улыбнулся, испытывая неимоверное удовольствие от столь неоспоримого аргумента. Сзади него появился чуть обеспокоенный Кастиэль, и Тинли развела руками, как бы требуя объяснений.       — Что-то случилось? — изогнув одну бровь, достаточно уравновешенно спросил парень и посмотрел на них.       — Твои души случились, вот что, — недовольно закатывая глаза, МакЛауд указал на дверь и натянуто улыбнулся. — Прошу, — подростки тревожно переглянулись.       — А как же Дин? — вставая с её кровати, Джек прошёл мимо демона, и Вивиан молча последовала за ним, опуская голову и не желая встречаться взглядом с Кроули, который не упустит момента подколоть её насчёт Клайна. — Он уже знает об этом? — подросток вопросительно посмотрел на идущего впереди него Кастиэля.       — Я звонил ему. Он сказал, что можно провести обряд и без них, но обязательно позвонить им потом, — Дин не хотел медлить с этим и не видел ничего страшного, если они с Уикхемом не будут присутствовать там. К тому же охотники уже собирались выезжать из города и, случись что, прибыли бы в бункер достаточно быстро.       — Ещё мы сказали им о планирующемся массовом обращении в Канзас-Сити, — сухо добавил Кроули, заставляя изумлённых подростков повернуться к нему. — Люцифер не останавливается на достигнутом, как вы понимаете. Всё должно произойти в эту среду — пока что он, видимо, накапливает силы, — девушка ненадолго задумалась, вспоминая, какой сегодня был день недели, и вдруг поняла, что до нападения осталось всего три дня.       — Он сам будет там?       — Да, вряд ли он обойдёт стороной такое грандиозное событие. Наш Динчик предложил сорвать это «мероприятие» и, если повезёт, в тот же день убить Сатану.       — А почему Джек не может убить Люцифера сам? Не знаю, заявиться к нему и просто убить? — осторожно поинтересовалась Вивиан и недоверчиво нахмурилась, а парень решил самостоятельно ответить на её вопрос, дабы никто не оправдывался за него:       — Так как благодать у меня имеет немного другое происхождение и не связана с моим отцом, а душу я практически полностью сжёг, то я не могу найти его. Также, как и он меня, — это звучало так, будто у него и Дьявола больше не осталось ничего общего, однако это было далеко не так. Клайн всё ещё оставался его родным сыном, с его генами, недостатками и ещё не проявившимися «особенностями». Благодать — это не единственное, что досталось ему от отца.       Дойдя до главного зала, они увидели лежащий на столе элегантный металлический кейс, принесённый Кроули. «Свободных» душ в завесе было не так уж много, поэтому на их поиски ушло четыре дня. Недоверчиво смотря на закрытый кейс, Джек чувствовал: что-то важное должно случиться прямо сейчас, и что-то изменит многое. И он был прав. Отдав ему листок с длинным заклинанием, демон пару раз объяснил ему алгоритм обряда и, дождавшись одобрительного кивка, отошел чуть в сторону ко всем остальным.       Настороженно сведя брови, подросток начал читать первые строки заклинания, поочередно открывая замки на кейсе и чувствуя, как быстро забилось его сердце. Из маленькой щели заструился голубой ослепляющий свет, и все находящиеся там немного прищурили глаза. Исходящую оттуда силу ощущали все, за исключением Вивиан, которая даже представить себе не могла, сколько энергии было заключено внутри этих душ. Дойдя до середины заклинания, Клайн резко открыл бокс, и мерцающий столб яркого света устремился в потолок, превращаясь в быстрый круговорот, создающий сильные порывы ветра. Подняв голову вверх, парень уверенным голосом дочитал последние строки, а потом его прямо в грудь пронзила мощная струя из душ.       Сжигая листок с текстом, Джек сжал кулаки так сильно, что на внутренней стороне ладони появились красные следы от ногтей. Он пытался устоять на месте и противиться потоку энергии, что толкал его назад, но порыв был настолько сильный, что сам сдвигал нефилима с места. Разрывающая на части боль, от которой парень еле сдерживал крик, прекратилась также внезапно, как и озарившее комнату сияние, и в помещении повисла напряжённая тишина. Он схватился на край стола, опираясь на него и тяжело дыша. Буйные души метались в его теле, сталкиваясь друг с другом и причиняя ему неосязаемый дискомфорт, поэтому подросток поспешил сжечь их, как и говорил Кроули.       На пару секунд расслабив ладони, Клайн снова сжал их, поднимая голову. Сначала засветились только глаза, а потом янтарное свечение обвело контур всего его тела. У отбрасываемой им тени появились могучие крылья, по размеру ничем не отличающиеся от крыльев самого старшего из архангелов. Уничтожая души и забирая всю их энергию, Джек ощущал ранее неизведанную ему мощь, о которой тот и подумать не мог. Одна лишь мысль о таких возможностях завораживала, а происходящее с ним буквально лишало дара речи. Закрыв глаза и немного расслабившись, парень сделал длинный и негромкий выдох, после чего едва заметно поднял уголки губ.

***

      Они должны были выезжать в Канзас-Сити буквально через час, чтобы к десяти утра уже быть там. Дин, не желая во время работы расставаться с «Деткой», был против их внезапных перемещений прямо в центр города, и в этом его поддержал Уикхем. А Кастиэль вместе с Кроули ещё со вчерашнего дня следили за обстановкой в городе и были обязаны в случае чего сообщить об этом охотникам. Всё теперь находилось на своих местах, и они все уже были готовы к масштабной охоте.       Раннее утро принесло с собой запах влаги после сильной ночной грозы и приятную прохладную погоду, которая была отрадой в середине июля. Прогуливаясь по небольшой поляне перед входом в бункер, парень надеялся, что никто не станет искать его там. Он неплохо ориентировался во времени и имел в кармане смартфон, поэтому был готов в необходимый час снова заявить о себе. Каждый успел по несколько раз спросить его о самочувствии после приобретения сил, и он мог ударить любого, кто ещё раз задаст этот вопрос. Клайн правда чувствовал себя как никогда лучше, а подобные расспросы заставляли его сомневаться в этом.       Сев на лестницу у самой двери в бункер, Джек достал из кармана очередной черно-красный батончик «Mars» и стал шуршать упаковкой. Кастиэлю не нравилось то, что нефилим отдавал предпочтение сладкому и иногда перебарщивал с ним, однако подросток не слушал его и продолжать есть нугу в тех же количествах. Больших количествах. Хоть теперь он ощущал его вкус не так, как раньше, в памяти ещё хранились приятные воспоминания. Прислушиваясь к тишине и утреннему чириканью птиц, Клайн впервые услышал негромкое журчание. Удивившись такой остроте слуха, парень перестал шуметь батончиком и вдруг вспомнил, что по пути к бункеру они с Дином проезжали мимо моста через небольшую речку.       — Вот ты где, — усмехнувшись, Вивиан осторожно открыла входную дверь, и подросток буквально вскочил от неожиданности, ведь был полностью погружён в свои мысли. Она полной грудью вдохнула свежий воздух, чувствуя, как лёгкий ветерок щекотал открытые руки.       — Да, но сейчас я уже буду не здесь, — дожёвывая батончик, задумчиво ответил парень, вызывая у собеседницы ещё больше вопросов. — Не нужно спрашивать меня, что случилось, — он не читал её мысли, но догадывался, что именно об этом девушка и хотела с ним поговорить. — Я, как говорит Дин, проветриваюсь.       — А если я буду рядом, то помешаю тебе «проветриваться»? — уточнила Тинли, ведь уже заранее собралась в Канзас-Сити и была готова выезжать в любой момент. Она сложила руки между собой, поправляя заправленную в чёрные джинсы объемную футболку. В такой, сильно отличающейся от её повседневной одежде охотиться было в разы удобнее, нежели в костюме.       — Нет, — сразу ответил Джек и, чуть нахмурившись, добавил: — Если не будешь спрашивать, всё ли у меня хорошо, — она лишь улыбнулась ему, ведь сложившаяся ситуация казалась ей достаточно забавной. — Здесь где-то есть вода, и я хочу посмотреть на неё, — настороженно осматриваясь по сторонам, подросток достал ещё один батончик из куртки и спустя пару секунд раздумий протянул его девушке, но она вежливо отказалась.       — Надо было взять у Дина удочку, — заметила Тинли, после чего ей пришлось в общих чертах объяснить собеседнику, что такое рыбалка.       В географическом плане Канзас славился своей холмистой местностью, и Джек это прекрасно понял ещё тогда, когда сел за руль и гнал по шоссе, то поднимающемуся, то опускающемуся, то проходящему в туннеле под очередной возвышенностью. Примерно в двадцати метрах от бункера перед ними открылся вид на невысокий, всего лишь двухметровый водопад, журчание которого и слышал нефилим. Прозрачная вода падала с небольшой, но резкой скалы и, пробираясь по дну небольшого, усеянного камнями оврага, уходила в трубу диаметром пять футов. Они сразу поняли, что это лишь маленький приток большой реки Канзас.       — Здесь она расширяется, — Клайну, будто ребёнку, запускающему бумажные кораблики по реке, было интересно последовать дальше и идти вдоль воды. Это отвлекало от навязчивых мыслей и помогало расслабиться, чего ему в последнее время очень не хватало.       — Я бы тоже посмотрела, но у меня нет крыльев, — разводя руками, Вивиан подняла взгляд на стоящего на той скале парня, который с лёгкостью переместился туда секунду назад. — И я думаю, что, объективно, нам лучше не уходить далёко. Мы всё-таки в лесу, — она недоверчиво посмотрела по сторонам и сделала шаг вперёд, как бы отходя от неприветливых деревьев позади, но не заметила спуска и отступилась. Увидев это, подросток быстро приблизился к ней и, аккуратно обхватывая её плечи, уберёг от падения. — Я такая неловкая, — краснея от своей глупости и неосторожности, Тинли опустила голову и с натянутой улыбкой посмотрела на один кроссовок, который всё же успел промокнуть.       — Я так не думаю.       — Может быть это потому, что ты просто не знаешь, что это значит? — поднимая одну бровь, заметила она, естественно, не желая обижать его, и Джек с легкой улыбкой пожал плечами. Спустя секунду они вдвоём оказались на той невысокой скале, и Вивиан сделала резкий испуганный вздох. — От таких перемещений голова кругом. Как ты вообще это делаешь? — переводя изумленный взгляд с розового, почти алого утреннего неба на Джека, она выглядела достаточно заинтересованно.       — Я как-то сам этому научился, когда был в Раю, — чуть нахмурившись, задумчиво ответил он. — Это всё крылья, как говорил… Люцифер, — ему сначала захотелось назвать падшего своим отцом, но с недавних пор он не считал его таковым. Девушка специально заглянула ему за спину, как бы акцентируя внимание на том, что их не было видно.       — Когда ты поглотил те «мёртвые души», у твоей тени появились крылья. Как я знаю, они видны только ангелам… — суетливо начала свои объяснения Вивиан, и Джек нарочно перебил её, понимая, к чему она клонила.       — На самом деле, люди тоже могут на несколько секунд увидеть их, но потом… — он резко замолчал, виновато опуская взгляд. — Один раз я решил проверить это в парке, и несколько человек после этого потеряло зрение, — парень невольно вспомнил то, как архангел в тот злополучный день смеялся над таким глупым поступком сына, и ему сразу стало не по себе.       — Джек? — аккуратно позвала она, не желая, чтобы Клайн погружался в неприятные ему воспоминания.       — Впрочем, если закрыть глаза и не смотреть, то их легко можно почувствовать, — его лица вдруг коснулась добродушная и искренняя улыбка, как бы означающая, что теперь всё хорошо. Это успокоило его собеседницу. — Хочешь? — Просвещенная одобрительно закивала, а парень оценивающе осмотрелся. — Здесь не хватит места, — после этих слов они переместились на несколько километров дальше от бункера в открытое поле с высокой бледно-жёлтой пшеницей и одинокой красной фермой, возвышающейся на холме вдалеке.       Заметив во взгляде девушки уверенность, нефилим сказал ей зажмурить глаза и плотно закрыть их ладонью, и она молча сделала это, счастливо улыбаясь, словно маленький ребёнок, и предварительно снимая мешающие очки. Он специально встал позади неё и, немного собравшись, показал свой истинный облик. Небольшую часть поля в ту же секунду озарил теплый бело-золотой свет, по яркости даже не сравнимый с солнечным. Джек медленно приблизил янтарные крылья к девушке и нерешительно дотронулся до её руки, поднимая ту чуть вверх и вперёд.       — Щекотно, — негромко засмеялась Вивиан, когда кончиками пальцев дотронулась до перьев и, выждав несколько секунд, чуть уверенней провела по внутренней стороне крыла.       — И мне тоже, — уверенно улыбнулся нефилим, чувствуя, как девушка медленно перебирала ровные ряды приятных на ощупь и даже шелковистых перьев.       Не всем Просвещённым выдавался такой шанс, и если бы Уикхем только узнал об этом, то был бы в ярости. Но не от зависти, а от злости и негодования. Однако Вивиан совсем не думала о нем, его запретах, дурацком Кодексе Ордена и остальных отвлекающих вещах, которые совершенно ничего не значили для неё в тот момент. Когда парень положил свою голову ей на плечо, бережно прижимая к себе, она и вовсе позабыла обо всем на свете, наслаждаясь этими недолгими секундами и смущенно улыбаясь. Её беспокойства о его потерянной душе сразу исчезли, не оставив и следа, а все мысли вертелись вокруг одного имени — Джек.