Я покажу тебе

Гермиона Грейнджер была уравновешенной женщиной. Она спокойно держалась под давлением обстоятельств, всегда планировала все наперед и не принимала поспешных решений. Проснувшись, Гермиона быстро встала и, зевая, пошла в ванную, чтобы принять душ. После она выпрямила волосы, чтобы они выглядели прилично, нанесла дезодорант и чуть-чуть макияжа (никто не должен знать о ее проблемах). Посмотрев в зеркало, она осталась довольной увиденным и направилась в школу чародейства и волшебства Хогвартс. Несмотря на то, что ей нравилась школа и само преподавание, она была рада, что сегодня суббота. Гермиона с нетерпением ждала субботы по одной простой причине. И имя ей Гарри Поттер. Кто бы мог подумать, что она влюбится в своего лучшего друга? С тех пор, как рыжий ублюдок изменил ей с молоденькой секретаршей, она стала все больше и больше времени проводить с лучшим другом. А в субботу у них было очень много свободного времени, поэтому этот день быстро стал самым любимым. С рыжим уродом она развелась еще три года назад, поэтому была уверена, что готова начать встречаться с Гарри (если он, конечно же, захочет). Гермиона спешила, чтобы не потерять ни минуты. Она встала рядом с его комнатой, глубоко вздохнула и постучала, отчетливо слыша стук своего сердца. Не краснеть, не краснеть, не краснеть... — Входи, — сказал он. Она все равно покраснела, когда открылась дверь в совершенно темную комнату. Кромешная тьма. Она уже хотела позвать Гарри, но дверь внезапно захлопнулась, и он задал ей вопрос, от тона которого у нее внутри все потеплело. — Уже вернулась? Все, что она смогла сделать, — сглотнуть, когда его губы накрыли ее в жарком и страстном поцелуе. Гермиона на мгновение застыла — все шло слишком быстро, но потом мысленно пожала плечами: они знают друг друга больше двадцати лет. Зачем ходить на свидания, узнавать друг друга, если их доверие взаимно и безоговорочно. Она знала его вдоль и поперек. Точнее она так думала, но об этом позже. В этот момент язык Гарри с интересом исследовал ее рот, дразня. Она застонала и запустила руки под рубашку, чтобы напрямую коснуться его мускулистого пресса. Гарри оторвался ото рта и провел небрежную линию вниз по шее, найдя впадину на горле. Его действия не давали ей никак ответить ему. — Думаешь, я буду ждать, пока ты разденешься? — спросил Гарри, опаляя шею горячим дыханием. Одновременно его рука коснулась пуговицы джинсов и расстегнула, посылая дрожь удовольствия, растекшуюся по всему телу Гермионы. Это было реальностью. — Даже не знаю, зачем ты одевалась. Гермиона хотела ответить, но у нее перехватило дыхание, когда его руки стали ласкать ее тело через нижнее белье. Она подняла руки и сжала плечи, когда его пальцы забрались под трусики, а рот опустился на ключицу. Гермиона ахнула, когда два пальца раздвинули влажную и жаждущую внимания киску и забрались внутрь, отчего она невольно вцепилась в него ногтями. Свободной рукой Гарри радикально избавил ее от рубашки, пустив пуговицы в полет по комнате. Он переместил рот на левый сосок, не забывая, впрочем, пальцами работать в киске, и использовал зубы, губы и язык, чтобы дразнить и ласкать грудь. Другая рука поднялась и принялась за правый сосок; желание закричать в экстазе становилось невыносимым. Но горло не могло издать звуков. Это было так неожиданно... Она простонала, когда его пальцы вновь приблизились к промежности и прижалась к клитору. Это спровоцировало долгожданный оргазм. Она откинула голову назад и вскрикнула, покрыв его руку соками. Обессилев, Гермиона упала на пол, а Гарри снял с нее всю одежду. — Ты сильно кончила, — проговорил он, поднеся руку к затылку и наклоняя голову. — Пора и тебе доставить мне удовольствие. Гермиона широко раскрыла рот, когда Гарри протолкнул головку члена сквозь пухлые губы, глубоко войдя в горло, которое так сильно сжало его. — Хорошая девочка, — простонал Гарри, когда Гермиона опустилась на колени и начала сосать, обхватив основание стержня, чтобы поддерживать темп. Он нежно массировал ее затылок, когда она стала резво работать языком и воздействовать на член. — Не беспокойся о моей выносливости сегодня, — напутствовал Гарри, — я принял зелье мужской силы. Гермиона стонала и нежно ласкала яйца, попутно обсасывая член по всей длине. Она чуть пододвинула голову назад и быстро стала надрачивать мягкой рукой, вырывая из него стоны и охи. У него такой хороший вкус. Он не выдержал и стал сам толкаться в ее горло. — Я... я, — хрипло начал Гарри, а Гермиона в этот момент стала сама насаживаться на член. Это помогло; Гарри засунул член еще глубже, и горячая сперма попала ей в горло. Она сглотнула как можно быстрее восхитительное семя, но этого оказалось недостаточно, и небольшая часть все же вытекла наружу, потекла по подбородку и упала на грудь. Она прерывисто вздохнула, когда Гарри поднял ее и прижал к стене; она обвила его руками, а головка члена прижалась к киске. — Ты готова? — прошептал он, прислонившись губами к ушку. Не доверяя непослушному голосу, Гермиона кивнула ему в щеку. Сразу же Гарри впился в ее губы и вошел в нее. Она задышала глубже, когда он начал жестко трахать ее. Гермиона вцепилась ногтями в его плечи, а тела соприкоснулись. Это чувство единения подавляло, заставляло извиваться; она откинула голову назад и выгнула спину. Ей хотелось закричать в экстазе, но Гарри заткнул ее поцелуем, а также просунул член поглубже в лоно. Она корчилась в оргазме, а он только ускорялся. Гермиона вжималась в стену, постепенно съезжая вниз, а грудь подпрыгивала после каждого толчка. Он резко вошел на всю длину, и ее мышцы начали сжиматься. Гарри вздохнул и кончил в нее горячей и густой спермой, а стенки все продолжали сдавливать его, выдавливая из него больше семенной жидкости. Он уткнулся ей в шею и расслабился. — О, Мерлин, — сказал он и опустился на колени, вновь насаживая Гермиону на себя. Она никогда не забудет ощущения растягивающего ее киску члена. — Гарри, чего ты на меня так резко набросился? — задала вопрос она, когда вернулась возможность издавать членораздельную речь. Свет мгновенно включился; глаза Гарри расширились от ужаса. — Г-гермиона? — Ты хочешь сказать, что хотел трахнуть другую? — с шоком спросила она, уставившись на него, как на идиота. Гарри растерялся, хватал воздух ртом, но не мог ей ответить; дверь внезапно открылась. — Папочка, я готова поиграть, — проговорил вошедший человек. Лицо Гермионы скривилось от смеси ужаса и отвращения, когда она узнала в вошедшей Лили Поттер, одетую в полосатые носки до бедер и мантии-невидимку, с сексуальной улыбкой на лице. — Гарри, что за хрень? — спросила Гермиона, ругаясь во второй раз, что для нее нехарактерно. — Папа, что ты делаешь? — пребывая в таком же шоке, что и Гермиона, задала вопрос Лили, уставившись на Гарри. — Все не так, как вам кажется, — с небольшой паникой в голосе сказал он, переводя взгляд то на на одну девушку, то на другую. — Видишь ли, Лили, в комнате было темно, и я подумал, что Гермиона — это ты. — Лили успокоилась, но его слова только раззадорили Гермиону. — То есть ты думал, что я твоя дочь?! — воскликнула она. — Гарри Джеймс Поттер! — Гермиона, подожди... — начал Гарри, прикрывая член рукой. — Ты сошел с ума? — перешла на крик Гермиона. — Что с тобой не так? Гарри хотел было начать оправдываться (сгорая от стыда, заметьте), но Лили приняла удар на себя. Она захлопнула дверь, скрестила руки на груди и сказала снисходительно: — Посмотрите на тетю Гермиону. Сразу же начинает сыпать обвинениями на всех вокруг, чтобы скрыть свою неумелость. Гарри и Гермиона нахмурились, не понимая, к чему она клонит. Лили презрительно фыркнула и оттолкнула Гарри назад, чтобы тот упал на кровать. — Ты завидуешь, потому что знаешь, что я лучше доставляю ему удовольствие. Гарри поперхнулся. Гермиона никогда не клюнет на такую уловку. Но оказался не прав. — Да как ты смеешь! — начала Гермиона, — я доставляла мужчинам удовольствие еще до твоего рождения! У Гарри отвисла челюсть. Она реально купилась на это. Он знал, что Гермиона азартна, но... — Держу пари, что ты даже целоваться хорошо не умеешь, — проговорила Лили и начала ползти к Гарри с притягательным блеском в глазах. — Да ну? — воскликнула Гермиона и резко подобралась к Гарри и вовлекла его в жаркий и страстный поцелуй, мгновенно приведший член в боевую готовность. — Ты показала моему папе, как хорошо ты целуешься, но не мне, — сказала Лили, закатив глаза. Гермиона долго посмотрела на нее и ответила: — Хорошо, — приняла вызов она и наклонилась к ней. Гарри сглотнул, а в горле пересохло, когда губы Лили и Гермионы встретились. Они столкнулись языками начали горячо целоваться, борясь за лидерство. Когда стало ясно, что никто не победит, они прекратили поцелуй, сверкая красными лицами. Гарри боялся, что, если он что-то скажет, нарушит всю атмосферу. Он этого не хотел, поэтому просто смотрел, как Лили и Гермиона пересеклись взглядами и краснели все сильней. Но вот Лили ухмыльнулась Гермионе, выражение лица которой дрогнуло. Затем она облизала губы и поползла к своему профессору трансфигурации, которая, казалось, застыла под пристальным взглядом ученицы. Лили сблизилась с Гермионой, закрывшей глаза в ожидании. Она перевела взгляд на отца, словно бы говоря: "Легко". Она нежно поцеловала Гермиону, вызвав у нее рваный вздох, положила руки на плечи, заставив открыть рот пошире. Они рвано вздохнули, когда их языки вновь встретились. Лили толкнула ее на кровать и углубила поцелуй, рукой найдя сосок. От ласки Гермиона выгнулась, из-за чего девушки соприкоснулись телами. Гарри не мог оторвать взора от сплетенных в страсти красивых женских тел. Лили начала спускаться по шее поцелуями, поэтому Гермиона теперь могла стонать, не сдерживаемая ртом партнерши, да так, что Гарри чуть не кончил. О, и эти носки. Мерлин, наверное, это была плохая идея. Этот вид сводил его с ума. А все потому, что длинные носки — его тайный фетиш, который Лили обнаружила на следующие утро после их первого секса. И он был рад этому. Желто-красные носки в полоску всегда будут его любимыми. Но хватит об этом. Как он вообще думает о носках, когда его дочь заставляет лучшую подругу корчиться от удовольствия. Откуда Лили знает, как доставлять удовольствие женщинам, Гарри не знал, но чувствовал, что в этой области она обскакала Гермиону. Лили встала, повернулась и уткнулась лицом между ног Гермионы, расположив мокрую киску над ее лицом. Гермиона пару секунд стонала, соки с киски Лили начали стекать на лицо, и Гермиона прижалась ртом к жаждущему внимания лону. Они обе покачивали бедрами и то доставляли удовольствие партнерше, то себе. Они наслаждались происходящим, и звуки удовольствия сие подтверждали, но Гермиона была значительно громче, чем Лили, которая получала ответные ласки, но так бурно не реагировала. Затем Гермиона издала еще более пронзительный крик, выгнула спину, оторвав рот от киски, и громко кончила, оросив Лили результатом оргазма. Спустя некоторое время, когда девушка отошла от оргазма, Лили продолжила лениво лизать близко находившееся лоно. Но она еще не кончила, о чем свидетельствовало то, что Лили пыталась прижать киску к лицу находившейся под ней девушки. Гермиона все еще не оправилась, поэтому Гарри решил, что хватит быть простым наблюдателем. Он медленно подошел к дочери сзади, провел рукой по члену, дабы подготовить его, схватил бедро Лили одной рукой, а второй направил ствол в анус, вызвав удивленный писк не ожидавшей такого дочери. После этого она расслабилась, что позволило Гарри толкнуть член в задний проход полностью. Гарри положил вторую руку на бедро и начал быстро входить-выходить в узкий проход, который будто бы хотел выдавить из него сперму раньше времени. Лили продолжала лизать киску, но уже более рассеяно, останавливаясь, когда член полностью входил в нее. В это время Гермиона пришла в себя и прижалась к чувствительному клитору лежащей на ней девушки. Лили простонала и воскликнула: — Быстрее, папочка! Гарри поражался тому, что она успела во всей красе показаться в этом момент в носочках, когда в заднице орудовал член, а в киске язык. Но удивление не помешало ему ускорить темп, руками впиваясь в бедра; комнату заполнили непристойные стоны и шлепки кожей о кожу. Гарри внимательно осмотрел представшее перед ним великолепие: изогнутая, безупречная, гладкая спина, реагирующая на каждую фрикцию. Он почувствовал нарастающее напряжение, и когда это чья-то рука, предположительно Гермионы, успела начать ласкать его яйца? На самом деле, ему и не нужно было гадать, кто же еще может сейчас это делать? Он хорошо видел, что руки дочери сейчас заняты киской Гермионы. Гарри входил так сильно, что киска Лили сильно ударялась в лицо Гермионы, и она не могла даже сосредоточиться на лоне, поэтому сдалась и просто упала туда, не переставая стонать. — П-папочка... те... Г-гермиона, — выдохнула она, вцепившись в бедра Гермионы. Гермиона продолжила играться с клитором Лили, что заставило ее, наконец, кончить. Она закричала, выгнулась и сильно сжала член Гарри внутри, запачкав в ответ Гермиону. Сжатие поспособствовало тому, что Гарри почти кончил. Он вытащил ствол из уютного ануса дочери и хотел было довести себя до оргазма, но Гермиона яростно схватила член и принялась дрочить, в конце концов заставляя его кончить на изящную спину дочери. Силы покинули Лили, поэтому она упала на кровать, а Гермиона быстро направила член на лицо, собрав оставшуюся сперму. Чуть отойдя от первого раунда, Гарри сел рядом с лучшей подругой, а член обмяк. Они улыбнулись друг другу; стон Лили вырвал из них смешок. — Ты в порядке, Лилс? — спросил Гарри. Она села между ног Гермионы с широкой улыбкой на лице (Гарри понятия не имел, как она так быстро обернулась). — Лучше и быть не может! — воскликнула она и посмотрела на Гермиону: — Все не так плохо, как ты думала, а? Гермиона улыбнулась и вздохнула, признав поражение. Редкое зрелище даже для него. — Я люблю вас обеих. Думаю, вы тоже. Лили ухмыльнулась и медленно провела языком по ее щеке. Очистив щеки, она провела языком по подбородку, не выпуская изо рта собранную ношу, а потом навалилась на девушку и поцеловала, передав часть собранной спермы. Гермиона удовлетворенно сглотнула и сказала: — Спасибо, Лили. — Ну что, новый раунд? — Мы уже не так молоды, — вздохнула Гермиона. — Думаете, я бы занималась с вами сексом, если бы вы были стариками? — фыркнув, спросила она. Гермиона была польщена, но ответила: — Я устала; твой отец, наверняка, тоже. Лили нахмурилась и посмотрела на отца своими колдовскими глазами, которым Гарри никогда не мог сопротивляться, и просительно проговорила: — Я бы хотела, чтобы я тоже выбилась из сил. В действительности она хотела, чтобы он трахнул ее киску, проникая до самого конца, что, как она заметила, вызывает у нее самые сильные оргазмы. Гарри почувствовал, что скоро будет готов к желанному дочерью новому раунду, ибо Лили была теснее Гермионы. Это было слишком заманчиво. — Тогда приведи меня в боевую готовность, — игриво протянул Гарри. Лицо дочери просветлело, и она с энтузиазмом взяла в руку полувялый член, мягко поглаживая рукой над Гермионой. — Слезьте с меня, — сказала Гермиона, — я хочу отдохнуть. Гарри схватил Лили за запястье и дал подруге отодвинуться; сам откинулся на спинку кровати, а Лили вернулась к прерванному занятию. Она наклонилась вперед и поцеловала Гарри, отчего член полностью встал: вкус Гермионы и Лили был безумно приятным, можно даже сказать, убийственно приятным. — Ты готова, Лилс? — тихо спросил Гарри, дыханием пощекотав ушко. Он почувствовал, как она ухмыльнулась, а потом резко насадилась на него. Она сжала руки у него на плечах и откинулась назад для удобства. Они встретились взглядом, и Лили начала двигаться; его член восхитительно растягивал ее. Гарри схватил ее бедра, помогая ускорять темп. Грудь от сильных толчков соблазнительно подпрыгивала, услащая взор. Их движения были отработаны и взаимно приятными; они чуть сменили позу, чтобы Гарри было легче входить до самого конца. Он доставал до самых чувствительных и приятных мест, а ощущение того, как головка касалась шейки матки, сносило ей крышу. Но в то же время киска Лили сжимала член настолько сильно, что сдерживаться было сложно. Гарри опустил взгляд и стал наблюдать, как его член блестел все больше после каждого толчка. Дыхание Лили участилось, руки сильнее сжались, а в глазах стала появляться влага. — Па... па, — простонала она, наклонившись вперед и открыв рот, когда почти что кончила. — Лилс, — выдохнул он, прикусив нижнюю губу. Она дернулась несколько раз: оргазм так близок... Прекрасный вид дочери, едва не перескочившую черту, он выдержать не смог, поэтому, скрипнув зубами, кончил, заполняя спермой ее утробу. Лили закричала и достигла оргазма; ей казалось, что она сейчас разобьется на миллиарды осколков, силы были на исходе. Она кончила так сильно, что их комбинированные соки начали стекать на простынь. Оргазм забрал у обоих все силы, поэтому Лили упала на Гарри и уткнулась в его шею. — Ммм, папа, — пробормотала она, сильнее прижимаясь к нему. — Ты устала, Лилс? — спросил он, почти проваливаясь в сон. — Очень, — ответила она. Вскоре дыхание дочери выровнялось, равномерно опаляя его шею. — Гермиона? — позвал он, убедившись, что Лили точно заснула, но не получил ответа. — Гермиона? Реакции не последовало, хоть он и видел ее. Значит, и она уснула. Гарри аккуратно встал и пододвинул Гермиону к ним, взяв третью подушку; благо его кровать была большой, и они удобно поместятся. Разместив ее с краю, он залез посередине и укрыл их большим одеялом. Когда он заснул, на его лице была счастливая улыбка, а обе девушки в поисках источника тепла обняли его. А как ему не быть счастливым, если он трахнул двух самых красивых девушек во всем Хогвартсе, да еще и одновременно! Похоже, что этот год будет гораздо более приятным, чем предыдущие. Не важно, как начался день; главное, что закончился улыбкой на губах Гарри, Лили и Гермионы.