Иная

Спалось мне в эту ночь неспокойно. После жаркого дня городу необходимо было остыть. Горячий липкий воздух коконом опутал тело, душил, вытягивал силы, которые не успевали вернуться. Поэтому гроза была желанной не только для природы, но и для людей. Как только ударила первая молния, сразу же полегчало. За окном как из ведра лил дождь. Тяжелые капли медленно падали вниз и разбивались о крышу дома, об стекла окон и карнизы. Падали они каждая со своим звуком. То громче, то тише. И эти звуки сливались в одну чудесную мелодию. Но даже свежесть после грозы не смогла избавить меня от кошмаров. Кровать насквозь пропиталась потом. А одеяло стало тяжким грузом, не выпускавшим из объятий кровати. Хотя, это не столь важно, ведь мысленно я была отнюдь не в своей комнате. *** Во сне я стояла в бальном зале. Такие комнаты совершенно одинаковы во всех старинных замках. Огромные окна, высокие потолки, массивные колонны и резная лестница. Так и хочется кружить по залу под звук медных труб и отполированных скрипок. Вот только эта комната отличалась от тех, которые я видела на картинках в интернете. Плитка на полу была разбита, хотя раньше лежала незамысловатым рисунком. Порванные в клочья гардины свисали с покрытых плесенью стен. Освещения не было. Тусклый свет пробивался через грязные окна только во время удара молнии. Все вокруг молчало. Но звук дождя и частые раскаты грома нарушали эту тишину. Молчало и мое сердце, которое от страха давно должно было остановиться. Неизвестно, откуда шел этот страх. Он поднимался из недр подсознания, и тонкий голосок в голове кричал: «Беги». Но я не могла сдвинуться с места. Казалось, что чей-то невидимый взор пригвоздил меня к месту. Яркая вспышка — рядом стоит котел, а в нем кипит жуткая жижа. Не знаю, как еще назвать зелье, из которого на тебя смотрит человеческий глаз, изредка моргающий остатком века. Уверена, что это было именно зелье. Приторно сладкий запах трав быстро заполнил комнату. Руку обжигает металл. Я не сразу понимаю, что крепко сжимаю старый ржавый нож. Резная рукоятка легко ложится в руку, и отпустить такой нож не представляется возможным. Внимательно оглядываюсь по сторонам в поисках подсказки, но ее нет. Из ступора меня выводит нечеловеческий крик: -Ну, давай! Сделай это. Мне хватит и капельки твоей крови… — что-то среднее между воем раненого животного и криком человека. Этот голос надолго останется в памяти любого, кто его услышит. Картинка меняется настолько резко, что долго я не могу прийти в себя. Следующее место не на много приятнее предыдущего. Голые стены, клетки, плесень. Больше похоже на темницу. Не думаю, что такие замки еще существуют. Уверена, что не могла их видеть в реальной жизни, но откуда эти картины в подсознании у восемнадцатилетней девчонки? Я даже задуматься над этим не успела. Снова крик, но уже человеческий. Кричал парень, явно от пыток. Я не видела его, но прекрасно слышала и чувствовала каждой клеточкой своего тела. Хотелось забиться в угол и рыдать. Рыдать до тех пор, пока в легких есть воздух, до тех пор, пока все это не закончится. Но мне не удалось даже вдоволь нареветься. Едкий смех из первого видения звучал и здесь: -Слышишь, как он кричит. Он отказывается от нее! Но на его месте должна быть ты! Освободи его… — кричал мне в след голос, пока я убегала из этого места. По острым камням неслась я в неизвестном направлении. Ноги болели, из мелких ссадин сочилась кровь., но остановиться было уже невозможно. Я не смотрела, куда бегу. Надеялась выбросить этот голос из головы, но он даже не думал отставать: -Я все равно найду тебя! Ты согласишься. Ты сделаешь это сама, — голос заливался смехом, адским смехом. А я продолжала бежать. Хотя стоило остановиться. Слезы застилали глаза, а голос становился только громче. Когда этот звук стал не вносим, земля ушла из-под ног. Я не сразу поняла, что произошло. Услышала лишь, как мелкие камешки, отрываясь от скалы, несутся вниз. Вместе с ними неслось и мое тело.Я летела навстречу своей смерти, а адский смех давно перерос в крик. Перед самым столкновением мне с немалым усилием удалось открыть глаза. Я резко села на кровати и огляделась. Моя комната ничуть не изменилась. Овечки сладко посапывали на стенах, одеяло мирно лежало на полу, а за окном бушевала гроза. Я глубоко вздохнула, убеждая себя, что это просто очередной кошмар. Сердце превысило нормальное количество ударов в сотни раз и не собиралось останавливаться на достигнутом. По спине тонкими струйками стекал пот. Резкий удар молнии заставил меня подскочить на месте, поэтому не сразу заметила нового гостя. Черный ворон сидел на краю кровати, и внимательно смотрел на хозяйку комнаты своими глазками- бусинками. Я повернула голову в сторону окна и убедилась, что оно крепко закрыто. Но откуда тогда взялся нежданный гость? Только я открыла рот, чтобы прогнать птицу, но ворон опередил меня: — Она заплатит жизнью за ошибку, За предка грех отдаст свою любовь, Ей 19 даст последнюю попытку Проклятье с древа смоет только кровь… — прохрипела птица отнюдь не ангельским голоском и испарилась, как будто ее здесь никогда и не было. Я глубоко вздохнула, и закрыла глаза, к горлу медленно подкатил ком, а сквозь закрытые веки просочились слезы. Когда же я открыла глаза, поняла, что продолжаю лежать на кровати, укутавшись в одеяло. Дождь давно закончился, а в окно радостно заглядывали первые лучи весеннего солнышка.