Шаг в бездну ...

Как бывает не справедлива судьба? Часто ли людей заботил данный вопрос? Да или нет? Некоторые даже не считают нужным изучить свою собственную жизненную линию, не говоря уже о том, чтобы пофилосовствовать… А что из себя вообще представляет судьба? Может быть это богиня, которая крайне любит играть в куклы, коеми, как это не странно, все века являются люди. Или же это ветер перемен, в какую сторону он повеет, по тому руслу и поплывёт твоя лодка или же огромный корабль. А вдруг то, что мы все называем судьбой  и постоянно клянем  — это лишь выдумка, плод нашего воспаленного воображения, иллюзия, которая помутнила наши рассудки в попытках свести весь мир с ума… Никто не знает… Пока никто не знает, но скоро завеса неведенья приоткроется нашим сонным очам, и мы сможем узреть эту страшную правду, хотя… мы все забыли об одном. О том, что сейчас дело с этой неизвестность имеют далеко не люди, а потаенный сумеречный мир, жители которого явно не считают судьбу покровительницей их жизни. Так и в были, то и наяву, а посему девушка, некогда сидящая в одиночку на краю обрыва, теперь не так уж и одинока. Великая тоска поглотила её с головой и весь окружающий  маленький уголок. Теперь все игрушки и фото пропали — это просто бессмысленно. Сейчас её мучает маленькая девочка лет пяти или шести. На первый взгляд такая милая и забавная: густые светлые волосы, убранные в две аккуратные косички, весёлое красное платье в цветочек , и при всем этом грустные плачущие глаза: один из которых темно-синего цвета океана, а второй чёрный, как деготь. И эта безобидная малышка все никак не могла оставить бедную девушку в покое, она постоянно толкала и  дёргала её, при этом жудко плача и повторяя раз за разом:» Мама… Мама, почему ты меня бросила? Мама, я по тебе так скучаю! Мама, не убивай меня…»  Слово, ещё одно, и ещё, и ещё, они сводил  её с ума, выбивали последний рассудок. Казалось это происходило вечно. И что бы та не спрашивала  и  не делала, получала лишь один ответ, который каждый раз пронзал её сердце, как кинжал: «Проснись» — но как бы она не пыталась, не могла понять, что ей все же нужно сделать, чтобы прекратить этот ад. Весь её мир начинает рушиться на части, как и её собственная психика. Да… Пускай все идёт к черту, терять больше нечего. Слез, которых должно было хватить на всю жизнь вперед уже нет, а душа  разбита и сломлена, превратившись в кусок льдах и лопнув где то внутри. Остаётся лишь добить тело и может быть тогда, существование хрупкой плоти  полностью раствориться в гнусном бытие этого хаоса и этот надоедливый стон и упрёк из уст ребёнка навсегда застынет и утихнет в её памяти. К сожалению, для неё эта история оказалась уже дописанной. Она сама выбрала данный путь, посчитав себя неспособной к дальнейшей борьбе, опустив обессиленные руки, позволив всем соблазнам светлости и чистоты рассудка полностью поглоить её. И пускай кто-то заумный скажет, что смерть это конец всего и ничего так и нельзя было исправить, а все ещё ждущий чуда подросток скажет, что это явно не все, потому  что в глубине души надеется на то, что кто-нибудь снизайдет к нам с небес и на блюдечке не принесёт шанс, дорогу к спасению. И это ложь. Да, именно она. Злодейка, которая мешает нам давать трезвую оценку всему происходящему, но какой сладкой бы она не была, по итогу мы получаем совсем не то что желали. Черт, да кто вообще сказал, что кто-то посторонний может решать как другому жить? Да как эта судьба смеет?! Что вообще значит в нашей жизни добро и зло? Не ей решать что будет, и уж точно не она ведёт мой корабль и не гонит ветер. Я стою у этого штурвала и никому не позволю отнять у меня ключики от моей потайной шкатулки с секретами. В этой игре я главная, и только я пишу эту историю, так вперёд писать новую главу, где хрупкое тело в совместимости с железным рассудком смогли победить толщу тьмы, решившей, что она здесь что то значит, а так же послать куда подальше все эти предрассудки и все вспомнить! Как бы то ни было, память о ней навек останется в моем сердце, пускай хоть целый мир рухнет, но этот день увековечится в моей голове в скрижалях бога, как высший и смертный приказ, который не нарушу никогда. Как говорят люди. Человек, теряя свою любовь, находит себе новую, а волк, теряя свою волчицу следует за ней… Прости меня Мира, если бы я только мог быть сильнее и помочь тебе, но не могу. Всё что остаётся сделать- это не разводить из это драму, дабы не расстраивать и не тревожить тебя на том свете. Единственное на что я буду четно надеяться, это то что вы с малышом счастливы и обрели покой… Спокойной ночи, волчонок, погрузить в один бесконечный сон, в котором исполнились твои мечты, я скоро приду, лишь дождись. Как смешно… внутри я был безутешен, а снаружи полностью спокоен, и все что могло меня выдать это звук до невыносимости быстро бьющегося сердца  и взгляд, который я не мог оторвать от её такого бедного лица. Если бы не струйки запекшейся крови, некогда текшей из носа и глаз, я бы подумал что она жива, настолько я не хотел с ней расставаться. Да чего же весь мир не справедлив и жесток, мне бы не жаловаться, но не могу. Просто не могу назвать честным потерю всего в своей жизни и в тот же момент приобретением счастья  для другого, это просто абсурд. Не хочу и думать об этом, жалкая драма да и только, но все же последним, что я сделаю в этой жизни это предам её тело земле, просто не могу не похоронить мою суженую. — Чон, прости нас, это мы во всем выноваты, нельзя было позволить оставить её одну. Не отчаивася, мы что-нибудь придумаем. Она погибла не от ножа, а от магии, думаю, что ещё можно все исправить. В нашем мире полно никромантов или ведьм, нет, нет да найдётся сильная? Только не вздумай опустить руки. Она не для того жертвовала собой, чтобы ты сейчас здесь закопал её! — подешел ко мне Намджун, похлопывая по плечу и пристально смотря  на мёртвое тело, рядом с которым сидел Чимин  и, не чуть не скрываясь, рыдал. Почему то, уж не могу сказать точно причину, но слова хена ни капли не поддержали меня, а лишь наоборот загнали меня куда- то глубоко в себя. Я не верил… Я не верил никому и ничему. Теперь для меня все происходящее могло означать только одно. Конец всему тому хорошему, что было в мой жизни… И пускай все летит к черту! И группа и дом и эти чёртовы деньги — все. Ничего не нужно… Только чтобы она вновь была жива. Но как бы мне горько не было это признать, даже все семеро мы не сможем справиться с тьмой, что уж говорить о ведьме? А никроматы — так это вообще старая сказка для детей, которой пугали по ночам, чтобы слушались и побыстрее легли спать! — Чон… Чонгук… посмотри. Черт, да взгляни же! — вдруг послышался крик где-то со стороны. Я растерянно обернулся и взор остановился на Чимине, который уставился на живот моей девушки. В нем было видно, что слегка что-то шевелится. Неужели это… Это наше дитя. Я не спец, но у волчиц беременность длится от силы два с половиной месяца,  не рано ли? Но все сомнения, постепенно ушли куда то в сторону, когда я упал на колени и приложил руку к животу Миры. Это и вправду маленькое чудо, тёплое и живое. Мой малыш жив, ему так страшно внутри, он просит оживить его мать. Но как? Как такое вообще возможно? Юнги. Я был разбит. Сама поддерживала меня, всячески подкалывала и тайком пробиралась в студию, чтобы послушать как я играю музыку, а теперь что? Такая жизнерадостная, да? Где ты теперь Мира? Черт, я не успел познакомить тебя со своей девушкой, хотя о чем я вообще, сам ещё не успел с ней познакомиться… Прости, что ущел и даже не попрощался с тобой, не любитель я подобных зрелищ, да ты и сама наверное понимаешь, что в этом нет смысла. Если ты рядом, то ты с любого расстояния сможешь услышать мои мысли. Ещё раз прости, я не смог тебе помочь. Но знай, маленькая заноза, для меня ты стала за все это время младшей сестренкой. Я буду надеяться, что ты и будучи мёртвой не покинешь нас, поэтому не прощаюсь. Знаешь, мой род верит, что каждая умершая юная жизнь попадает в свой маленький рай, а затем, когда настаёт её время, перерождается. Так что я думаю, что через пятьдесят лет, а то и через двадцать, я снова смогу увидеть твои жизнерадостный глазки и Чонгук сможет дождаться тебя и ваша семья воссоединиться раз и навсегда и на этот раз таких помех больше не будет! Поверь мне, ведь я в это верю. Продолжая свой путь, я начал вновь немного приходить в себя после всего произошедшего. В нос сильно ударил уже знакомый запах лисицы, и я ускорился. Вот это дебри, какие то гаражи и буераки под ногами. Угораздило же мне с ней связаться. Зато наконец таки я обрёл свою вторую половинку. Это явно не так плохо, как могло показаться. Чонгук выглядел очень счастливым в то время как воссоединиться с Мирой, может быть и я сейчас осчастливлюсь? Кто знает? -Остановись, не иди дальше! — послышался приглушенный писк из-за угла. И я понял кто за ним скрывается. — Не приближался ко мне. Я тебя впервые вижу, ты же не считаешь, что я настолько наивна, чтобы довериться тебе и кинуться на шею прямо сейчас? — чуть более слышно съязвила она. Хм, а мне даже нравится, когда она пытается мне хамить. Посмотрим и в дальнейшем продолжится ли это. — А теперь давай по порядку. Скрываться от меня за углом была явно плохая идея, но сама то подумай. Я твой истинный, кстати сам не ожидал. И каким образом я могу причинить тебе вред, если сам после этого буду страдать. Можешь не переживать. Я не буду требовать от тебя многого, НО ты будешь жить со мной. Как ты вообще ввязалась в ту банду? — недовольно спросил у неё я, подступая на шаг ближе к повороту и вновь слыша, язвительный ответ из-за угла. -Нет, не смей подходить! — взвизгнула она, и я вновь остановился. Как же это порядком начинает надоедать. — Ты можешь объяснить мне, почему мне нельзя к тебе подойти, а? Не будет ответа в течении минуты и я уже не послушаю твоих возмущений. — решил все-таки услышать объяснение всего этого цирка. — Я порвала в клочья свою последнюю одежду, и сейчас, в таком состоянии я боюсь не удержаться и накинуться на твоё тело. Но мы ещё даже не знакомы… Слишком рано говорить об… -Я тебя понял. Не переживай, наше уединение произойдёт только тогда, когда ты этого захочешь, я не позволю это сделать тебе из-за голых инстинктов. Сейчас я дам тебе свою рубашку, погоди немного. — понял её я, уже снимая с себя верхнюю часть одежды и, отдавая её девушке, тактично не смотря в её сторону.не сразу же стало ясно, что для неё это очень больная тема и продолжать её не стоит, кажется в такой компании, где я её встретил нет ничего хорошего, как это и можно было предположить. Несколько минут она стояла, не решаясь взять предложенное одеяние, но после того, как я имел наглость пригрозить ей тем, что понесу её голую, она немедленно выхватил вещицу и через мгновение не уверенными шажками вышла на моё обозрение. Никогда не знал, что девушки бывают настолько прекрасны. Передо мной стояла невысокая брюнетка с белесой кожей и разноцветными глазами, один из которых отдавал зеленью, а второй напоминал бездомный колодец, в котором сгущается тьма. Каждый участок её неприкрытого тела был усыпан жудкими шрамами, которые то белыми, то свежими красными рубцами красовались на лисице. Ярость горела в моих глазах, мне было жаль её, казалось если бы те чудовища, которые сделали с ней это были здесь их сердца лежали бы обескровленными отдельно от тел в самых разных местах этого закоулка. Я медленно приблизился к напуганной девчонке и подхватив ту на руки. Она потеряно смотрела мне в глаза, смущаясь при виде моего оголенно торса, но все же прижимаясь сильнее, а после и вовсе уклыдывая головку мне на плечо, вдыхая мой запах. А я не теряя времени, открыл портал, ступая в новый день с той, которую больше никогда не отпущу.