Главный враг

* * *       Сейчас, после урока русского, все пошли в столовую. Арсений сидел за столом, полным людей, но, казалось, он совсем не замечал того, что происходит рядом. В его голове многочисленным роем кружили самые различные мысли, но все они были об одном человеке. Арсений как будто наяву видел смущенный взгляд Антона, вспоминал как они оба сидели, не шелохнувшись, до конца урока, и как Антон, словно пуля, вылетел из кабинета со звонком. За всеми раздумьями Арс не замечал, что его сердце разгорается радостной истомой, пылает ярким огнём веселья, и заливается самыми нежными трелями. — Арс, ты чего такой? — толкнув в плечо, спросил его Дима. — М? А, ничего, просто задумался.       Конечно, многие привыкли, что Арсений слегка (ну или не слегка) чудаковат, но знание того, что Арсений вырос в самом романтичном городе России оправдывало его, так что больше парня трогать не стали. Но, вырвавшись из глубин своих мыслей, Арсений занялся другим делом. Теперь, прикрываясь перед своим мозгом оговорками по типу «я просто рассматриваю людей», он начал искать глазами его. Но перемена уже подходила к концу, а заветных зелёных глаз так и не было видно. Тяжело вздохнув, Арсений выпил кружку чая и встал из-за уже пустого стола.       Проходя по коридорам, Арсений боковым зрением заметил знакомую фигуру. Сердце предательски замерло, а внутри всё вздрогнуло. Повернув голову, Арсений столкнулся взглядом с весёлым взглядом Антона, говорящего с кем-то, но смотрящего на него. Арсений сглотнул, видя, как Антон едва приподнял бровь и метнул ехидный взгляд. Быстро отвернувшись, Арсений зашагал на следующий урок, мысленно моля Бога о том, чтобы не сидеть рядом с Антоном.       Звонок. Все ребята начали заходить в класс, но Арсений приостановился, давая пройти большей части народа, а затем резко двинулся вперёд, столкнувшись с кем-то бок о бок. Подняв взгляд, полный извинений, он увидел удивленный взгляд Антона, от чего опять впал к короткий ступор. Антон ещё пару долей секунд задержал свой взгляд на Арсении, с доброй усмешкой как бы говоря «Лошарик!», а затем вальяжной походкой прошел внутрь. Арсений, стараясь прийти в себя, сделал глубокий вдох. «Мама родная, кажется я совсем с ума сошел…» Сделав ещё один глубокий вдох и мысленно перекрестившись, Арсений зашёл в кабинет.       Последний урок. Арсений и не думал, что Антон может быть галантным настолько, чтобы не садиться с ним вместе. Он даже обрадовался, что сможет отдохнуть, но то, что Антон не сидит рядом, не значит, что он не рядом. Арсений уже не помнит, сколькими десятками взглядов Антон одарил его. Вот, ещё один. Арсений тяжко вздохнул.       То, что Антон находился хотя бы на столь незначительном расстоянии в пару мест давало Арсению немного отдыха, и он мог всё хорошо обдумать. Что сейчас происходит? Что это такое, и как с этим быть? По своим ощущениям: глупой улыбки, которую он сдерживал всеми силами, такому томному сердце биению, отличному настроению и столь непривычному чувству в животе, словно там появился самый прекрасный и радостный мир, полный солнечного света и смеха, Арсений понял, что влюбился.       Это было так глупо, так несуразно, что Арсений не мог поверить. Он вспомнил о Сергее. Почему не он? Ответ пришел сразу же. Потому что он — друг. Тот, кто самый близкий человек, которого ты так любишь, но это не та любовь, которая ему нужна. Он хочет иметь партнёра, вторую половинку, парня. Думая об этом, Арсений всё больше мрачнел. «Антон? Как я мог влюбится в него? Разве это то, что я ищу? Столько было, но я всё ещё не разобрался в нём. Он совершенно непонятный для меня человек. Но он весь, эти поцелуи, каждая встреча так удивительны, так прекрасны… но я не знаю, что мне делать. Не знаю…» За целый урок своих размышлений Арсений пришел к единственному выводу: нужно поговорить с Антоном. Что же, ему придётся пригласить его на встречу.       Арсений специально собрался за минуту до звонка. Выйдя одним из первых, он встал в коридоре напротив двери, мысленно проклиная себя. Антон не заставил долго ждать. Выходя из кабинета, тот сначала шёл с опушенным взглядом, но в следующий миг поднял его в раздумье и встретился с взглядом Арсения. Оба замялись, как малые дети, и в их глазах появилось подобие стеснения. Антон подошёл ещё ближе. — Не меня ли ждёшь, — с усмешкой спросил он.       Арсений закатил глаза. — Тебя, — язвительно ответил он. — Думаю, дай подожду эту воблу, всё равно времени свободного хренова туча.       Антон сделал недовольное лицо. Арсений быстро отвёл взгляд, собираясь духом, и снова повернулся к Антону. — Антон?       Кажется, тот от неожиданности вздрогнул. — Что надо? — Мне кажется, — тут Арсений замялся. — Мне кажется, нам нужно поговорить. Антон в ответ только мрачно кивнул и Арсений уставился на него в ожидании ответа своими прекрасными, чистыми глазами ангела. Антон всё так же мрачно смотрел на него, и Арсений вопросительно приподнял одну бровь. Антон тихо вздохнул и махнул Арсению рукой. — Идем, — только и сказал он.       Одевшись, они вышли на улицу и пошли, просто куда-нибудь. Они шли молча, разглядывая заснеженную дорогу под из ногами с таким вниманием, будто они — сыщики, ищущие след. Арсений чувствовал себя очень стеснённо. Он едва дышал, хотя сердце колотилось, как бешеное, отдавая гулом в виски. Он не знал, что ему делать и что говорить, и от этого ему было просто хреново. Вот они остановились возле многоэтажки. Мимо проезжали машины, а по тротуару шли люди. Но на них было совершено наплевать, главное — разговор. — Антон, — тихо позвал Арсений, сбавляя шаг. — Да, — обернулся тот. — Может, поговорим там? — Арсений кивнул головой на проулок. Там стояли деревья, убранные в пока ещё удивительно белый снег, и стояло пару лавочек. — Отлично, — сказал Антон, направляясь туда.       Они прошли к проулку, и шум с дороги, на удивление, притих. Антон присел на забор, а Арсений остановился перед ним, подыскивая слова. Около минуты не было произнесено ни слова. Арсений решился начать первым. — Антон, я… я действительно понимаю… хотя нет. Я не понимаю твоего поведения, — начал Арсений, переступая с ноги на ногу и поднимая взгляд на Антона, на губах которого была игривая улыбка. — То, что ты делал в начале и делаешь теперь, я не могу понять ничего. Я не могу понять твоё отношение ко мне.       При последних словах, произнесённых Арсением с долей отчаяния, улыбка Антона исчезла. Он стал серьёзным, и, кажется, подбирал слова, чтобы что-то сказать. — Арс, — начал Антон, но замялся. Арсений увидел, насколько сконфуженным тот стал. Он лихорадочно начал искать любые слова, лишь бы спасти ситуацию. — Я помню, — сказал тихо он, отпуская глаза, — я помню, ты сказал, что у тебя есть причины, по которым ты так поступил на заброшке. И сказал, что надеешься, что я узнаю, каковы эти причины. Так в чем суть?       Антон грустно улыбнулся. — Сегодня на русском ты узнал причину всему этому.       Арсений замер, смотря в глаза Антону и пытаясь отыскать там правду. — Антон, я не Шерлок Холмс. Пожалуйста, просто скажи, как есть.       Почему-то Арсений начинал злиться — нервы давали о себе знать. Антон скривился. — Я уже ВСЁ сказал, — немного раздражённо ответил он. — Сказал что? Что я должен был узнать сегодня на русском, м? — Только не делай вид, будто ты ничего не понял. — Нет, Антон, нет!       Арсений закрыл глаза и попытался собраться. Почему Антон просто не может нормально ответить? Не нужно скандалов. — Ты можешь просто ответить мне? По нормальному?! Я уже устал от твоего поведения! — Да неужели?! Тогда может я просто уйду, и не буду тебя доставать? А ты покатишь обратно к своему питерскому дружку!       Антон встал, гневно дыша. Арсений прикусил губу, опустив свой взгляд. Да что, блядь, не так? Почему они просто не могут нормально поговорить? — Думаю, нам нужно поговорить в другой раз, — в голосе Антона звучало разочарование.       Арс только кивнул в ответ. Теперь он подошёл к забору, стараясь умерить своё негодование и досаду. Антон согласно моргнул в ответ и ушёл.       Арсений поднял голову и посмотрел на небо, тяжело вздыхая. Как он мог так оплошать? Он столько натерпелся от Антона, столько ударов и унижений, и теперь он просто влюбился в него? Почему он не может жить тихой и мирной жизнью с Сергеем? Ведь это самый лучший выбор, разве нет? Он снова пролистнул у себя в голове все встречи с Антоном. От первой и до самой последней, которая состоялась только что. Около получаса он разбирался в них, пытался понять, что так его цепляет, почему он влюбился.       Он пролистнул их переписку, всё ещё отдававшей горечью, считался в каждое слово. Прервался, написав маме, что придёт не скоро, соврав что-то насчёт проекта. Меньше всего ему сейчас хотелось домой. Да и погода была на удивление теплой, даже для ноября. Арсений стоял, закрыв глаза и вдыхая воздух, который освежал, и на долю секунды прояснял разум.       Вдруг он почувствовал вибрацию. Достав телефон и разблокировав его, Арсений застыл от удивления. Было уведомление о новом сообщении. Сообщении от Антона. Арсений быстро зашёл в их переписку, а затем на страницу Антона. Сердце забилось в бешеном ритме, словно выплясывая какой-то обрядный танец. Антон удалил его из черного списка. «Господи, что же это, я сейчас умру! Так, Арсений, держи себя в руках, не сойди с ума, только не сойди с ума.» «Поднимись на крышу, я жду.» «Пожалуйста, Арс.»       Арсений попытался выровнять дыхание. Антон зовёт его и ждёт. Просто нужно поговорить. Как же хочется просто испариться.       16 этаж. Арсений заметил, что дверь на крышу открыта. Точнее, замок на ней был сломан. Взявшись за ручку, он облокотился об неё головой и вздохнул, пытаясь выровнять сбившееся дыхание и набраться смелости. «Просто попытайся. Не принимай близко к сердцу, если не получится. Он не единственный.»       Но сейчас именно он был самым единственным. Открыв дверь, он вышел на крышу. Пахнуло легким ветерком и свежим воздухом, а красота неба над головой сводила с ума. Антон сидел около края, смотря на приближающийся закат. Арсений шёл, почти не дыша. Антон невероятно смотрелся на фоне столь прекрасного неба.       Он подошёл почти бесшумно и остановился рядом. Антон поднял на него взгляд, показал жестом сесть рядом и снова отвернулся. Арсений сел и, из-за небольшой длины какой-то доски или чего-то похожего, на чем они сидели, расстояние между ними было в сантиметров 30.       Он поднял глаза на закат, но тут же с смущении опустил на свои ноги. Было неловко, но он чувствовал, что это молчанье не обременяет, а даёт возможность собраться с мыслями. — Знаешь, мои родители никогда не проводили свободное время со мной, — неожиданно начал Антон, и Арсений вздрогнул, а затем поднял взгляд на Антона. — Ни братьев, ни сестёр у меня нет. Да и друзей порядочных не было. Моя компания — единственные, с кем я мог нормально провести время, кто не боялся меня из-за отца и не считал ханжой. — Антон сидел, засунув руки в карманы, накинув на голову капюшон и смотря на небо.       Арсений сидел тихо тихо, стараясь не шевелиться, и смотрел на Антона. — Я привык стебать людей, смеяться над ними, потому что мы всегда этим занимались, — он вздохнул, опустив взгляд. — Когда я впервые наехал на тебя, ты меня удивил. Такой смелый, остроумный, смешной. Ты никогда не пытался задобрить меня, подлизаться. Я понял, что испытываю по этому поводу к тебе симпатию, но не смог смириться. Я решил добить тебя, — с этими словами он с грустной улыбкой посмотрел на Арсения, который с замиранием сердца и, не отводя глаза, слушал его. — Ты необычный, и я не знаю, зачем я тебе открываюсь сейчас, но мне уже плевать. Когда ты уехал, и я увидел твою стори, я понял, что сожалю о том, что ты сейчас развлекаешься с кем-то другим. Поэтому выложил тот пост. «Даже этот ядовитый дым не сравнится с тем ядом, которым ты травишь меня.» У Арсения наступало озарение, но к нему примешивался ужас понимания того, что чувствовал Антон к нему. — Я так и не смог сделать что-нибудь, — продолжал Антон после короткой паузы. — Когда я снова увидел тебя в туалете, я был очень зол. На тебя, на то, что ты развлекался и злорадствовал, но в большей степени всё же на себя. Ведь это моя оплошность. Но всё ухудшилось после нашей встречи на заброшке. Я понял, — Антон повернулся к Арсу, — я понял, что не могу что-то с этим сделать. Я просто попал в западню. Когда нам сказали тему сочинения, я не мог не написать о тебе, потому что в голове была одна сцена: ты, говоривший что хотел бы посетить Изумрудный Город. Наш учитель, конечно, подставил меня, — улыбнулся он краем рта, посмотрев вниз на город. — Ты хотел поговорить. Я рассказал всё. Как-то так.       Арсений не мог придти в себя. В нем творилось что-то невообразимое. Мысли мчались не ураганом, сердце было готово вырваться вон. Слишком много информации. Слишком откровенное признание. Он понял, что нужно открыться в ответ. Возможно, тогда ничего не будет напрасно. Арсений уставился на свои руки. — А ведь Сергей — это мой парень. Правда, сейчас мы не совсем ладим, да и я кажется остыл к нему. Из-за тебя. — Арсений не поднял головы, боясь увидеть реакцию Антона. — Сначала я ненавидел тебя, но всё же ты привлёк моё внимание. Ты выглядишь удрученым, хотя хамло ещё то, — ему показалось, или он услышал как Антон усмехнулся? — Я не знаю, что в тебе притягивает меня, но я понял, что хочу понять тебя, — с этими словами Арсений повернул голову и встретился взглядом с Антоном. Сейчас его взгляд был полон задора и радости, и он слегка улыбался. Арсений почувствовал себя счастливым и заулыбался, смотря на Антона и видя, как тот улыбается всё шире. Кажется, они бродили в густом тумане, но вот он рассмеялся и теперь их озарило яркое солнце. Вдруг телефон Арсения зазвонил. — Алло. Да, мам. Уф, хорошо, уже иду домой. Угу. Пока.       Антон вопросительно приподнял бровь. — Мама спросила когда я буду дома. У нас сегодня семейный ужин, я должен идти. Эм... — он встал, но замялся, не зная что сказать и какой жест сделать. Помахать? Сказать пока? — А ты не идёшь домой? — в итоге спросил он, поправляя шапку. Антон поднялся и с широкой игривой улыбкой подошёл ближе. — А ты хочешь проводить? — спросил завораживающе он, наклоняясь к Арсению так низко, что он мог почувствовать его дыхание на своей коже. Арсений сглотнул, отодвигаясь от него, а затем замучено закатывая глаза. — А ты топографический кретин что ли? — с сарказмом спросил он, развернулся и сделал шаг вперёд. Но вдруг его руку схватили и потянули назад. Миг, и Антон уже одной рукой обнимает его за талию и крепко прижимает к себе, а другой крепко держит его руку вверху. Арсений, не моргая, смотрел на Антона. Его зелёные глаза были так близки, а его губы почти соприкоснулись с его. — До завтра, — сказал Антон, и воздух от его голоса коснулся губ Арсений, поднимая табун мурашек по всему телу. — Иди ты, — возмущённо, почти пища, сказал Арсений, вырываясь из объятий Антона и направляясь к выходу. — Упырь чертов!