The heartbeat of our souls

Иногда я думаю о том, Правилен ли мой путь. И если я буду всё время метаться От одного конца к другому, То что ждёт меня впереди? BTS & Halsey – SUGA's Interlude

      – Нет! Нет, я всё уже тебе отдал! – Юнги рычит в трубку и со злости бросает телефон на кровать, падая лицом в подушку. Он бы с радостью зашвырнул его в стену, чтобы услышать треск стекла и как рвётся ниточка связи с семьёй, но реальность такова, что на новый мобильник потратиться Мин не может себе позволить, ведь все деньги отдаёт родителям.       Мог ли семилетний Юнги, впервые заходящий в музыкальную школу, подумать о том, что через каких-то десять-двенадцать лет он станет не великим пианистом, которого знает весь мир, а всего лишь рабом собственных родителей? Если ненавистную мачеху, конечно, можно таковой назвать.       После того, как мама от них ушла, отец обвинил в этом единственного сына и сказал, что теперь он должен отработать все её грехи. А женщина, на которой после женился отец, была только рада лишний раз его пнуть.       Теперь парень вкалывает на трёх работах и практически никогда не жалуется на свою семью.       Таская тяжёлые мешки на складе, он считает себя должным, ведь это вбивалось годами в его детскую головку.       Стоя за прилавком, когда солнце понемногу выглядывает из-за горизонта, он думает, что обязан жизнью тем, кто его вырастил, хотя бы оплатой отцовского дорогостоящего лечения.       Он засыпает на паре в университете, но помнит, что нужно ещё забрать дома костюм перед тем, как ехать выступать на шикарном корпоративе богатого заказчика.       И всё же Юнги стал невероятным музыкантом!       Его пальцы созданы для фортепиано, а душа – для того, чтобы подарить окружающим все те эмоции, которые только можно передать музыкой.       Очередная подработка, но она хотя бы приносит радость. Мелодия струится от лёгких касаний к клавишам, а парень закрывает глаза.       Его жизнь – отстой. Он может сколько угодно обманывать окружающих, но сейчас хочется быть честным, хотя бы перед самим собой.       Он чертовски устал. Чувствует себя словно белка в колесе, которая просто не знает, как выбраться из этого замкнутого круга. Или просто боится.       Такой ничтожный.       Такой бесполезный.       Такой одинокий.       Мелодия набирает обороты, а по его щекам начинают скатываться слёзы от осознания собственной беспомощности.       Усугубляет ситуацию то, что никому нет дела до его профессиональной игры. Этим снобам больше доставляет удовольствия обсуждение его внешности.       «Ты посмотри, какой у него дешёвый и затёртый костюм. Неужто не могли нанять музыканта по-солиднее?»       «Такой жалкий мальчишка. Что он забыл в нашем обществе? Зачем суётся сюда?»       «Какой из него пианист? Этому простаку только на заправке работать!»       Юнги слышит все эти разговоры и просто умирает изнутри. Это становится последней каплей. Он доигрывает время, не ошибившись ни в одной ноте, хоть глаза и застилала пелена, вылетает из помещения, на ходу срывая удушающий галстук.       Как же его это всё достало!       Истерика накрывает прямо на улице, благо, что пустынный переулок и никому нет дела до странного парня, который сползает по грязной кирпичной стене и утыкается лбом в колени. Дом, учёба, работа, работа, и ещё раз работа. Разве так живёт обыкновенный подросток? И разве Мин виноват в чужих поступках? И самое важное: нужен ли он вообще здесь? Может лучшим вариантом было бы исчезнуть? Всем было бы легче.       Это не первая депрессия в его жизни, но каждая последующая всё ближе подводит к той черте, переступив которую вернуться назад уже не получится. Юнги уже однажды практически слетел с моста, уцепившись в последний момент за поручень. Он не понимал, почему сделал это и даже ругал себя за трусость, но сейчас нестерпимо хотелось закончить начатое.       Крики боли раздирают горло и срывают голос, а из окон уже высовываются недовольные граждане, чей беспокойный сон он успел нарушить.       Мин медленно плетётся домой, раздумывая, не стоит ли свернуть к тому злосчастному мосту.       Он не помнит, как добирается домой и моментально вырубается, прямо в уличной одежде падает в кровать. Ему снится такой же потерянный и заблудившийся Намджун, который тоже ищет хоть какой-то выход из этой темноты, но находят парни только друг друга. Взгляд Джуна говорит, что всё можно изменить, но Юнги только хочет разбить его нос и выбить идеальные белые зубы.       Это не то, что ему нужно. Это не то, чего он заслуживает…       Стоит только открыть глаза, как метка попадает на глаза, что в сочетании со сном будит дикую злость. Парень рычит, сносит со стола всё, что там было и даже разбивает пару хрупких предметов. Рамку с фотографией их «счастливой» семьи не жаль совершенно. Но спокойствие приходит также быстро, заставляя выдохнуть и отправиться в универ.       Анархист Намджун и такой же безбашенный Чонгук разбавляют его серые будни, уже не первую неделю приходя во снах, что Юнги даже смиряется со своей судьбой, начинает улыбаться и относиться проще к жизни.       А в один из трудных дней, когда ноги уже еле несли домой после отработанной смены, он, погрязнув в собственных мыслях, сталкивается с кем-то на улице, но прошивший его разряд тока говорит, что это не просто прохожий.       – Юнги? Воу, парень, так мы из одного города? – растерянность Джуна сменяется широкой улыбкой.       Он предлагает Мину посидеть в баре, на что тот не может возразить от слова «совсем». И, разговорившись, ребята даже не замечают, как проходят несколько часов, а сумерки на улице уже погрузили её в кромешную темень. Вот только уходить и расставаться совершенно не хочется. Сразу забывается, что завтра нужно быть бодрым и полным сил, учиться, работать, жить. Но какой в этом смысл, если Намджун рассказывает о невероятных ощущениях от езды на мотоцикле, а Юнги делится историей о своём самом первом и волнительном выступлении.       Они, кажется, уже знают о каждой мелочи друг о друге, а бармен намекает, что пора бы ему закрываться. Парни посмеиваются и немного пошатываясь от выпитого пива выходят на улицу и договариваются ещё пройтись.       Рассветные лучи никого не смущают, ведь и жизнь, и время для этих двоих остановилось. Холодный утренний парк ощущается радушным, а оживший город только добавляет красок в незатихающий разговор.       Юнги всё ещё не верит, что судьба решила столкнуть их вместе именно сегодня. Возможно, её планы всегда лучше и правильнее наших? Кто мог подумать, что всё произойдёт так быстро и неожиданно? А то, что именно в этом парке они встретят ковыляющего домой Чонгука, явно, не ожидал никто.