Ты спишь?

— Привет, — тихо позвал Баки. Он лежал рядом с Броком в теплой уютной кровати и смотрел на то, как тот спит. Прислушивался к рисунку дыхания, который почти незаметно изменился, говоря о том, что Брок проснулся. — Ты спишь? — Ты же знаешь, что нет, — улыбнулся Брок, не открывая глаз. Он так и лежал на спине, закинув одну руку за голову, а другой стал поглаживать Баки по груди. — Что хочешь на завтрак? — Тебя, — мурлыкнул Баки, укладывая голову на плечо и обхватывая бионической рукой. — Хочу тебя. — Это понятно, — усмехнулся Брок, — а жрать ты что будешь? — Неважно, — Баки прижался к Броку всем телом, пока не спеша распалять своего любовника. — Ты у меня главное блюдо на завтрак, обед и ужин. — Значит, оладьи, — констатировал Брок. — Харе кошатиться, поднимайся и дуй в ванную. — Хочу и буду кошатиться, — Баки потерся о Брока всем телом, издав странный горловой звук, похожий на кошачье урчание, только громче и выразительнее. — Тогда отпусти в ванную меня, — попросил Брок, пока его не накрыло желанием целиком и полностью, а то ссать хотелось неимоверно. Баки нехотя выпустил Брока из объятий, продолжая лежать в кровати. Как же он любил его, этого странного, жесткого, но доброго человека, с которым таким паскудным образом свела его жизнь. И как же Баки повезло, что мужик, на которого запал еще Зимний, у которого все эмоции были убиты почти на сто процентов, ответил взаимностью. Это было давно, теперь у них была невероятно счастливая семейная жизнь, они даже поженились месяц назад, но когда-то, в совершенно другой жизни, еще Зимний завоевывал Брока, как умел. Отлично стрелял, идеально выполнял миссии от и до и всячески старался получить тактильный ответ на свои действия. Лез под руки, сам ловил моменты, когда командира можно повалить на землю от взрыва снаряда, который и не задел бы его, но все же. А еще Баки никогда не забудет их первый поцелуй. Миссия, они вдвоём, ночь, луна, убитая точным выстрелом в голову цель, и они двое. Тогда Зимний позволил себе больше, чем когда-либо. Он коснулся живыми пальцами обветренных губ Брока, а потом потянулся и тронул их своими. Странно, но Брок тогда не отпрянул, а лишь сорвал все покровы с них обоих, истово желавших друг друга. Баки лежал и вспоминал то, что было уже очень давно, наслаждаясь каждым мгновением, проведенным с Броком. Он был счастлив, что теперь может быть со своим уже мужем, любить его так, как хотят они оба, и никто им не указ. Брок вернулся в кровать, умывшийся и пахнущий ананасовой зубной пастой, которую просто обожал Баки. — Ну что, котик? — Брок улыбнулся, и от этой улыбки у Баки каждый раз все замирало внутри, потому что так Брок улыбался только ему: нежно и чуть-чуть насмешливо. — Давай я тебя поглажу. — И хвост? — мурлыкнул от удовольствия чувствовать руку Брока на своей спине Баки. — И хвост, — усмехнулся Брок. — Не зря же мы его с тобой вчера применили по назначению? Баки потянулся и сжал внутри себя анальную пробку с длинным пушистым хвостом, с которой провел ночь. И сейчас ему безумно хотелось трахаться. Безумно хотелось, чтобы его любимый супруг оттрахал его, как только взбредет в голову его фантазии. А Брок был тот еще фантазер. Но сегодня он просто грубовато вздернул Баки за бедра, и тот послушно встал на колени, обнимая подушку руками. Он думал, что сейчас Брок вынет пробку и заменит ее своим членом, которого так вожделеет Баки, но нет. Брок принялся играть с его задницей. Брок погладил растянутые вокруг пробки мышцы, налив на пальцы немного смазки, потянул пробку, пытаясь ее вынуть, но только та подалась, он тут же вернул ее обратно, а мышцы рефлекторно сжались. Баки взвыл, крутя задницей. Он-то думал, что сейчас получит все, чего желает, но Брок играл с ним, вызывая волны нового возбуждения. Только Баки свыкся с тем, что трахать его будут своевременно или несколько позже, Брок взял и стал водить по ягодицам пушистым кончиком хвоста, пуская по телу Баки толпы мурашек. — Брок… — взмолился Баки, уже не вынося этой сладкой пытки, — ну же… Пожалуйста. Брок усмехнулся, но и он сам хотел секса с Баки. Каждый раз словно другого, приносящего массу удовольствия. Если бы Броку предложили променять Баки на любое количество привлекательных для него мужчин, Брок бы дал очередь под ноги такому предлагателю, потому что лучше Баки у него никогда не было, и, он был уверен, никогда не будет. Нежно вынув пробку, Брок поигрался с растянутым анусом, смазывая его, и вошел в жаркое, желанное нутро супруга. Баки застонал, двигаясь навстречу, тонко чувствуя Брока, и они ухнули друг в друга. Упали в бешеный ритм необузданной страсти, когда не понимаешь, где кончаешься ты и начинается твой партнер. Страсть, многократно усиленная любовью, била во все стороны, словно искры костра. Казалось, сейчас спальня вспыхнет, так они любили друг друга. В какой-то момент Баки почувствовал, что Брок вот-вот кончит, сжался на его члене как можно сильнее, и распластался на кровати. Брок рухнул на него, в него, задыхаясь от наслаждения, завыл на одной ноте, яростно толкаясь в Баки, и затих. Баки кончил, не прикасаясь к себе, только поняв, что его супруг достиг вершины, просто от осознания того, что это именно с ним, с Баки, Броку так хорошо. — Я люблю тебя, — шепнул Баки, наслаждаясь тяжестью Брока на своей спине. — И я тебя, — сипло отозвался Брок, сорвав горло еще на середине процесса. — И я тебя.