A&T

У нас нет тела, нет разделения на пол, помех и осуждении и нет границ кожи, материи. Безграничное одиночество мыслей — наша отрада и меткие взгляды звёзд в другие созвездия, мы не слышим друг друга, это ли помеха мне? Я люблю твой жемчуг плеяд, вижу в них гротеск горящих камней, я чувствую, что и ты в моем Хамале видишь нечто родное тебе, может те самые каменистые степи, отпечатавшиеся полосами на моих сильных рогах, в которых проносится серая крошка. Я живу твоей силой, томными взмахами туманностей, но не могу поддаться им, показывая агрессивное золото руна; в нас есть нечто, что не даёт нам слиться мыслями, будто предсмертная тяжесть взрывных солнц отталкивает от друг друга. Нет, мои дорогие звёзды, я не говорю о расстояниях, вы ведь знаете, что они для нас не существуют. Я чувствую как ты хочешь взять надо мной верх, у меня нет тщеславия, я не могу так, я могу обнажить рога, горящую в них Шератан, и боднуть — причинить боль. Но, моё белое золото, разве я когда-либо хотел, хотела причинить тебе боль? Я знаю, ты так же отвечаешь мне, в глубине боясь того, что я воздам террором. Не бойся, мы равны и я уважаю тебя, неужели не видишь ты этого в моем дышащем свечении? Может ты ещё чувствуешь боль тумана внутри себя? Я дам тебе уйти от неё, облагорожу молодой синий пульсар воспоминаниями о той твоей сверхновой. Я оцелую розетку твоих рог, твой милый изгиб, каждую выемку блестящих копыт. Я хочу дать почувствовать тепло, нагреть твою каменистость душ, разлить лаву по крепкой земле и я верю — ты хочешь тоже.