Глава 3 «Очень неудачный день»
3 января 2020 г., 07:06
Во время ужина Альф получил записку от Джорджа в первый же вечер учебного дня. Это было единственное хорошее событие в тот день, и он всерьёз задумывался об аппарации домой, крепко обнять отца и никогда с ним больше не расставаться.
Впрочем, начиналось всё довольно неплохо.
Альф встал рано, немного волнуясь и нервничая, ведь он первый Уизли за много лет, попавший не на Гриффиндор. И в действительности, ему было даже немного странно завтракать не в компании Тедди. Но как только он получил расписание уроков, то сразу же забыл об этом.
По расписанию в понедельник у него были: История магии с 8:15–10:00, Чары с 10:15–13:00, перерыв на обед и Зелья с 14:15–16:00. По вторникам и четвергам у него было Маггловедение с 8:15–10:00 (обязательный предмет для всех первокурсников), затем Арифмантика (он достаточно наслушался об этом предмете от отца, чтобы понять, что не возьмёт Прорицания) и Гербология. На пятницу у него было два урока Трансфигурации с 8:15 и обед, а затем Уход за магическими существами.
Единственный недостаток в расписании он обнаружил после того, как его одноклассники отметили одну особенность: по понедельникам и четвергам у них совместные занятия со Слизерином. А он так хотел увидеться с Тедди хотя бы на нескольких уроках, а ещё с Эйлин. Но только по пятницам были совместные объединённые занятия со всеми четырьмя факультетами.
— Да, — Дариус склонился к нему, просматривая расписание. — Видишь ли, по прошлому опыту стало ясно, что Гриффиндор со Слизерином лучше не ставить, уверен, ты наслышан об их постоянных склоках, — а хаффлпаффцев жалко, ведь их просто используют в своих интересах… Так что теперь — это наша головная боль! — объяснил он. — Считается, что мы слишком умные, чтобы вестись на провокации змей… или позволить вовлечь себя в их интриги.
Он ободряюще похлопал Альфа по плечу:
— Всё будет хорошо… Не сомневаюсь, ты справишься.
Верно. Альф взглянул на четверых своих одногруппников. Все они были вполне дружелюбными и приятными ребятами, но ведь они родились и выросли в мире магии, среди них не было даже одного маглорождённого или хотя бы полукровки. Кларк, Джек, Харлан и Эрик технически знали гораздо больше него, не важно, как много он занимался с отцом. К тому же, эти четверо, похоже, отлично знали друг друга ещё до школы или, по крайней мере, слышали друг о друге в своё время.
Неприятности начались ещё на Истории Магии, которую до сих пор вёл призрачный Бинс. Урок проходил в старомодно обставленном классе со сдвоенными партами. Кларк и Джек сразу же сели вместе, а Харлан и Эрик сели позади них. Слегка смутившись, Альф сел со странной девочкой-равенкловкой (всего на Равенкло распределилось десять девочек). Девочку звали Тейлор Конлог. Тейлор была достаточно милой, но слишком много хихикала, отчего казалась не такой разумной, как та же Эйлин. Как выяснилось, у профессора Биннса было на этот счёт своё мнение.
— Леди и джентльмены, я не одобряю эту новомодную причуду смешения полов за партами… Пожалуйста, пересядьте соответствующе, — и тут же забубнил лекцию.
Так что Тейлор пересела к девочке со Слизерина, а к Альфу сел Си Джей Диггори (из всех людей, почему он?).
Альф вымученно ему улыбнулся, вспомнив разговор со шляпой. Си Джей слегка покраснел и отвернулся к доске. Альф только вздохнул.
А сам урок? Что ж, его предупреждали. Даже у такого книжного червя, как тётушки Гермионы не нашлось ни единого доброго слова об этом. Его отец был, как ни странно, с ней категорически не согласен.
— Все самые генитальные и удачные идеи у нас с Фредом возникали именно на Истории Магии. Голос Бинса — просто идеальный фоновый шум для нашего творческого вдохновения.
Пару раз Альф поглядывал на Си Джея. Его сосед по парте пристально смотрел на Бинса, и даже писал конспекты и пометки к написанному. Другие студенты, казалось, постоянно смотрели то в окно, то на часы, рисовали в блокнотах, передавали записочки прямо под носом профессора… Харлан и Эрик играли в «Виселицу». Не зная, чем себя занять, но болезненно осознавая, что должен оправдать ожидания и быть умным, Альф присоединился к Си Джею и начал конспектировать, хотя его записи были куда более короткие и лаконичные… А Си Джей, казалось, писал роман!
С облегчением, едва закончился урок, он убежал от слизеринца, чтобы присоединиться к своим одноклассникам и пройти через извилистые корридоры на Чары.
— Уж уроки профессора Флитвика должны быть получше этого! — пробормотал Кларк. — Понять не могу, зачем тратить столько времени на эту ерунду!
— Может, это такое испытание на выносливость? — попытался пошутить Альф, надеясь вписаться в компанию. — Чары — это здорово!
Или, могли бы быть для кого другого. Они пришли в класс, заняли места за длинными столами, и он с облегчением заметил, что Диггори сидит со своими слизеринцами. Альф сел рядом с Эриком и они шутили по поводу нелепого вида перьев, которые им раздали: его собственное было от фламинго, у Эрика — фазанье. Затем в класс вошёл профессор Флитвик.
— Альфред Уизли! — воскликнул он, заставив всех посмотреть на него и задаться вопросом, что он успел натворить. Но нет, маленький волшебник просто сиял от радости, — твой отец… близнецы Уизли, я имею в виду… были лучшими учениками, которых мне когда-либо доводилось учить! — он радостно потёр руки. — Никто другой не понимал, насколько жизненно важны чары, того, как много можно сделать с их помощью! Это не просто левитация перьев и придание вещи красивого вида.
Профессор принялся радостно расхаживать перед ними по своему столу и провёл следующие десять минут… поэтично описывая, как Фред и Джордж блестяще пользовались заклинаниями, как не были ни одного, которым бы они не могли овладеть, как на самом деле чары помогли им сколотить состояние и изобретать новинки, популярные во всей Британии, если не в мире. А всё начиналось именно в этом классе и с того, что они узнали на его уроках…
Он всё говорил и говорил, а Альф был готов провалиться сквозь землю. Потому что Флитвик так увлёкся своими дифирамбами, что другие ученики начали украдкой посмеиваться и хихикать. Эрик искоса взглянул на него, приподняв бровь, ухмыльнулся. Так или иначе, Альф чувствовал себя так, будто Флитвик нарисовал огромную мишень у него на спине.
Хуже того, как бы он ни гордился своим отцом, он сам точно никогда не был таким одарённым, как он. А тут ещё и Флитвик со своими ностальгическими воспоминаниями о том, как близнецам удалось создать непроходимые болотные топи из спитой заварки чая! И теперь, от него, первогодки, получившего магию не более двух месяцев назад, ожидают, что он сможет конкурировать с близнецами Уизли на их шестом году обучения и семнадцатилетнего опыта в розыгрышах и шутках?
К тому времени, как они добрались, наконец, до отработки движений кисти и палочкой на перьях. Альф был уже красным, как рак. А Диггори, казалось, мог дырку просверлить в его спине своим пристальным взглядом. Он вяло тыкал палочкой в перо фламинго.
— Вингардиум Левьо-СА! — попытался он. Перо только перевернулось на столе, но больше никакой реакции. И хотя умом Альф понимал, что его результат был гораздо лучше, чем у большинства его одноклассников, после речи профессора он чувствовал себя неудачником, — Вингардиум Ливь-ОСА! — снова попробовал он. Перо слегка задымилось, а потом развеялось.
Неподалёку от него Си Джей Диггори спокойно произнёс:
— Вингардиум Левьоса, — его перо изящно взмыло вверх.
— О… мистер Диггори… отличная работа, отличная! — хлопнул в ладоши Флитвик, он явно ценил успехи своих учеников, независимо, на каком факультете они учились. — Пять очков Слизерину за то, что первым освоили это заклинание.
Си Джей сначала выглядел растерянно от похвалы, но потом сумел неловко улыбнуться в ответ.
— Смотри, сейчас у него лицо треснет с непривычки, — пробурчал Альф Эрику, который на это хмыкнул. Флитвик не услышал их ехидный комментарий, в отличие от Си Джея. Его лицо сразу же снова превратилось в ничего не выражающую маску. Отчего Альф почувствовал себя виноватым, в конце концов, он же по идее должен быть достаточно благоразумным, чтобы не говорить гадости за спиной.
Расстроившись ещё больше, он замахнулся палочкой и со злостью снова повторил заклинание, изо всех сил желая, чтобы проклятое перо вновь появилось и взлетело, наконец!
Появившееся розовое перо резко ушло вверх, подобно выпущенной стреле, и на два дюйма вонзилось в потолок. Весь класс засмеялся, а Альф был готов умереть от стыда.
Но Флитвик тоже смеялся:
— Мощно, мистер Уизли, мощно… Я вижу, вы унаследовали темперамент Джорджа… Что ж, вы умеете добиваться своего, молодой человек. А теперь, давайте проработаем движение запястьем все вместе…
После обеда Альф, наконец-то смог увидеться с Тедди… Оба тут же вышли из замка. Был прекрасный солнечный день, потому, найдя подходящее дерево, они с комфортом расположились под ним. Тедди внимательно выслушал все его жалобы.
— … правда, Тедди, я не понимаю, чего от меня ждёт Флитвик. Чёрт, похоже, шляпа ошиблась с распределением… Я совсем не так умён.
— Верно, — усмехнулся Тедди, — второй из всего класса смог за один урок освоить «Левиосу», единственный, кто угадал загадку на входе… Ты и верно, непроходимый тупица.
Альф решил сменить тему:
— А как у тебя прошли уроки?
Тедди пожал плечами:
— С утра были Зелья. Я знаю, Морган — декан моего факультета и всё такое, но она просто невыносима. Пугает до смерти, честно говоря, — лицо Тедди слегка покраснело. — Только закончил Маггловедение, знаешь… новый профессор, она только сегодня утром приехала, как я понял… классная… и вроде, как симпатичная…
Альф чуть не рассмеялся на то, как Тедди при этом покраснел, и хотел было его подразнить, как услышал голос…
— Эй, Уизли! — позвал его Харлан. — У нас сейчас Зелья… а идти туда далеко.
— Он прав, тебе лучше поторопиться, — Тедди ободряюще похлопал его по плечу. — Она одного хаффлпаффца чуть со свету не сжила за опоздание.
— Верно. Увидимся после ужина, тогда, — грустно вздохнул Альф и поспешил вслед за одноклассниками.
***
Зелья стали последней каплей. Альф успел на пять минут раньше Харлана, оба тяжело дышали от быстрого бега. Класс зельеварения располагался в подземельях, где было холодно, даже в сентябре. Альф только поежился, представив, как всё тут выморозится зимой. Он сел вместе с остальными равенкловцами, ожидая появление профессора. И она появилась совершенно бесшумно и тихо, сев за учительский стол, так незаметно, что многие бы даже не обратили внимания, если бы не голос, перекрывающий тихие шепотки. — Не утруждайтесь самостоятельной рассадкой, студенты, — говорила она тихо, но почему-то её услышали все, а у Альфа даже пробежал мороз по коже. — Я буду сама назначать, кому и с кем сесть. Теперь, когда все смотрели на неё, она внимательно оглядывала учеников. Её взгляд задержался на Альфе, и он был готов поклясться, что заметил в них гнев, но она уже перевела взгляд на другого ученика. — Когда я назову фамилию, вы поднимаетесь и садитесь вдвоём за парту, начиная с последней и далее до первой. Эрик Вонг… Ариэль Кабайо… — начала она. Так по одному с каждого факультета студенты стали рассаживаться вместе. Альф заметил, что она, похоже, нарочно старается чтобы студенты разных факультетов сидели вместе, но, по крайней мере, она их усаживала не по половому признаку, как было у Бинса. Альф чувствовал лёгкую дрожь, но его имя пока не прозвучало, до тех пор, пока… — Мистер Диггори, вам не повезло сидеть рядом с мистером Уизли, на первой парте, где вы будете постоянно у меня на глазах. Сглотнув, Альф покосился на Си Джея, который тоже казался удивлённым, как и он сам. Насколько он знал, ничего натворить он просто не успел. Едва они сели, сразу же начался урок, а название ингредиентов и их сочетание сразу же стали перечисляться с большой скоростью. Альф едва успел достать перо и чернильницу, до того как она выдала серию примеров и информацию, которая казалась ему важной, слишком важной, чтобы проигнорировать её из-за пренебрежительных заявлений. — … не измельчайте корень Хейфлика, это приведёт к взрыву… а вот Мадагаскарскую прыгающую фасоль можно только выдавливать, от любой другой обработки она становится ядовитой… и никогда не смешивайте их вместе… Голова Альфа уже распухла от новых сведений, когда сломался кончик его пера. Он наклонился к своей сумке, чтобы взять новое, когда… — МИСТЕР УИЗЛИ! — Морган резко подошла к его парте, заставив Си Джея вздрогнуть, отчего тот случайно задел чернильницу и она опрокинулась. — Что вы собираетесь достать из своей сумки? Альф только сглотнул: — Я… сломал перо, хотел достать другое… — Как грустно. Жаль, что вы не подумали об этом раньше, используюя свои якобы имеющиеся мозги, чтобы держать на парте запасное, — она ухмыльнулась, глядя на него сверху вниз. — Мистер Диггори! — рявнула она на Си Джея, когда заметила его бесстрастное лицо. — У вас есть запасная чернильница? — Да, она в сумке… — быстро ответил он. — Дети… — она повернулась к классу, — я не разрешаю в своём классе рыться в сумках во время урока. Я ожидаю, что у вас будут заранее приготовлены все ингредиенты и принадлежности ещё до начала занятий, как написано в плане урока, которые я вам чуть позже раздам. Любые ингредиенты, которые не будут выложены вовремя, и на занятиях вам придётся обходиться без них. К сожалению, это включает и писчие принадлежности, такие как чернильница мистера Диггори и перо мистера Уизли. Лицо Си Джея на мгновение вспыхнуло, на щеках выступил румянец, и Альф мог его понять, ведь именно профессор Морган стала косвенным виновником пролитой чернильницы. Не говоря о том, что это было изначально несправедливо, но, по крайней мере, он-то своё перо сломал сам. И как под конец, забивая последний гвоздь в крышку их «гроба», профессор сладко улыбнулась. — А теперь прочь конспекты, класс. Сейчас мы будем писать тест на проверку усвоенного только что материала, — заметив поражённый взгляд Альфа, она с довольным видом уточнила. — Вопросы, мистер Уизли? Альф уже понял, чего она добивается, чтобы он потерпел неудачу и нет смысла просить новое перо, поэтому он решил сделать хоть что-то, чтобы исправить ситуацию: — Да, мэм. Могу я одолжить свою чернильницу мистеру Диггори? Она казалась удивлённой, впрочем, как и Си Джей, который почти улыбнулся ему, пока не услышал ответ профессора: — Конечно же, нет. Вы как партнёры будете страдать вместе от неудач друг друга. А теперь, класс… Альфу и Си Джею ничего не оставалось, как молча сидеть до конца урока и наблюдать, как их одноклассникам вручают списки с десятью вопросами. Они слышали скрип восемнадцати перьев по пергаменту, и молча смотрели на свои сложенные руки на столе. К тому времени, когда тест был окончен, профессор наклонилась к Альфу и почти прошептала: — Вы такой покладистый, мистер Уизли? — со злобной ухмылкой спросила она. — Я очень удивлена… Ваш отец такого бы не стерпел. Фред наверно в могиле переворачивается… Конечно, он не знал о своём бастарде, так что, может, ему и всё равно… Лицо Альфа вспыхнуло от гнева и унижения, хотя он и понимал, что никто, кроме Си Джея не слышит её слов. А это означало, что, скорее всего, уже к вечеру весь Слизерин будет в курсе. И откуда, чёрт побери, она знала его отца? Она, казалось, прочла его мысли: — Когда-то я знала Фреда Уизли. Вы похожи на него, но, в лучшем случае, как его бледная копия, подобно пьянице Джорджу. — Мой отец не пьяница! — зашипел в ответ Альф, понизив голос. Часть его понимала, что это глупо, но как он мог стерпеть подобное оскорбление и слушать, как поливают грязью его отца! Профессор Морган застыла на месте. — Ваш отец мёртв, — она повысила голос, и весь класс замолчал. Альф почувствовал, как за его спиной поднимаются головы других учеников, и взгляд Си Джея. — Он был вполне себе жив, когда я уезжал вчера, — возразил он. — Ваш отец Фред Уизли. И я могу вас уверить, что он точно мёртв, — профессор Морган не опустилась до крика, но её презрение и гнев чувствовались в интонации. Альф понимал, что следует остановиться и промолчать, но уже не мог этого сделать. — Фред Уизли был моим отцом. Теперь мой отец Джордж Уизли, — решительно возразил он. — Уж мне-то лучше знать. На секунду ему показалось, что она его ударит. Си Джей тоже напрягся, ожидая удара. Вместо этого она повернулась к нему спиной, с гадкой ухмылкой проговорив: — Отработка, мистер Уизли, сегодня после ужина, в этом классе. И пятьдесят очков с Равенкло. Альф почувствовал себя так, будто из него выпустили воздух. Плевал он на отработку, но баллы! Он и так был пока в сложных отношениях с одноклассниками, учитывая, как отреагировал на распределении. Он услышал, как несколько мальчиков за его спиной зашикали. Но Морган явно не закончила: — Я не потерплю ЛЖЕЦОВ, Мистер Уизли, даже с Равенкло. Ваш дядя просто жалок, если поощряет в вас подобные иллюзии. Будьте благодарны, что кто-то вроде меня тратит время, чтобы внести ясность, — тут она перевела взгляд на Си Джея. — А что касается вас, мистер Диггори, то, может, вы и пережили этот день, не потеряв баллов, но я смотрю за вами. Ваш брат был пустоголовым красавчиком, который решил поиграть в героя, и это стоило ему жизни. Я вижу, что вы ничем не лучше. Впрочем, если вам повезёт, вы будете выглядеть на фоне мистера Уизли чуточку умнее, — она подняла голову и уже громко проговорила, — урок окончен. Восемнадцать студентов пулей выскочили из класса, несколько ровенкловцев при этом недовольно посмотрели на Альфа, который продолжал сидеть за партой, в шоке уставившись на свои руки, и был не в силах сдвинуться с места. Глаза Си Джея тоже были полны гнева, но сейчас профессора Морган в классе уже не было, стоило закончиться уроку, как она исчезла так быстро, как и появилась. Си Джей заговорил первым, протягивая Альфу его сумку: — Ты в порядке? — спросил он. Альф был слишком зол, чтобы врать: — Нет, а ты? — Тоже, — признал Си Джей, голос его звучал недовольно, — мерзкая баба… — Чёртова су… — но тут Си Джей быстро заткнул ему рот. Понимающе переглянувшись, они решили не испытывать судьбу. Кто знает, может и у стен есть уши? Ведь то, что Морган не было в классе, не значило, что она не слышала их. И с удивлением, Альф осознал, что Си Джей может быть если не другом, то уж точно, союзником в этой необъявленной войне против профессора зелий. — Думаю, нам лучше уйти, — сказал Си Джей. — Верно, — Альф встал. Так, вместе они и отправились на ужин.***
Через пять минут после начала ужина, Альф уже понял, что лучше его день уже не станет. Стоило ему сесть за стол, как все до единого первокурсники отсели от него, по крайней мере на четыре фута. Когда он попытался заговорить со второкурсником, тот просто от него отвернулся. Уже без аппетита Альф вяло ковырялся в своей тарелке, он слышал смех за столом Гриффиндора. Посмотрев в сторону хаффлпаффцев, он заметил, что Эйлин мило о чём-то беседует с одноклассницами, обсуждая какую-то статью из газеты. Альф сразу же подумал об отце, о том, как здорово они вместе проводили время за ужином, смеясь и помогая ему накрыть на стол, пока тот напевал какие-то явно лирические популярные песенки. Альф поставил локти на стол, и положил голову на руки, ему уже было всё равно кто будет над ним смеяться и почему. Больше всего на свете ему хотелось просто исчезнуть. К нему подошёл Дариус. Он уже не улыбался, а выражение лица его было сочувствующим, но решительным. — Уизли, — сказал он, — ты стоил сегодня пятидесяти баллов. Верно? Альф только кивнул, не в силах говорить. — Верно. Как староста информирую тебя… Когда на Равенкло студент теряет более двадцати баллов за раз, то становится персоной нон грата на неделю. Неписанное правило факультета, — посмотрев на удивлённого Альфа он добавил, — извини, парень… Это означает бойкот. Всю неделю тебя не будут замечать или как-то общаться. Надеюсь, ты усвоишь урок, — и не сказав больше ни слова, Дариус вернулся на своё место за столом, оставляя Альфа одного, ещё более расстроенного. И тут к нему подлетела сова. Он боялся, что это может быть вопиллер от отца, хотя и удивился, откуда он мог всё узнать так быстро. Но заметив, что конверт был обычного цвета, а не красного, он решился его открыть. Альфред! Никогда не извиняйся и не сожалей за то, кто ты есть. Мы с Фредом никогда в этом не раскаивались. С любовью, папа. P.S.: … и спасибо, что выставил нас всех идиотами перед бабушкой. Она, оказывается, всю жизнь мечтала, что у кого-то из нас хватит мозгов попасть на Равенкло. Так что, поверь, с её стороны уж точно никаких возражений нет! Шутка, люблю тебя. И обставь слизеринцев на Квиддиче, хорошо? Альф почувствовал, как на глаза ему наворачиваются слёзы, но он всё же улыбнулся. Он уже и забыл, что отправил отцу ту записку вчера вечером. Очевидно, Джордж вполне нормально воспринял его распределение и совсем не против иметь сына-ровенкловца. Боже! Как же ему сейчас недоставало папы! Он так много времени провёл в волнении за Джорджа последние недели до отъезда, что совсем и забыл, что и он будет за него переживать. Альф, конечно, понимал, что сегодня был просто неудачный день, и подобного с ним никогда не случалось. Он вытер глаза и расправил плечи, сев прямо. Что ж, день уже почти подошёл к концу, а если он выдержит эту неделю, то и год наверняка уж как-нибудь стерпит. После ужина Тедди подошёл к нему, заметив, как был расстроен Альф. — Ты в порядке? У нас есть несколько минут, прежде чем всех разгонят по гостиным, — заметил он. Альф только повернул голову и заметил спешащую к ним Эйлин: — Я слышала, что Морган тебя сегодня довела. Отлично, все уже в курсе. Альф вздохнул, переводя взгляд с одной на другого. — У меня с ней отработка вечером, — проговорил он, — а ещё она сняла с меня пятьдесят баллов, и никто со мной из-за этого не разговаривает на факультете. И Эйлин, и Тэд были явно шокированы его последними словами. — Но жить буду, увидимся утром, ребята. Тедди только дружески похлопал его по плечу: — Держись, Альф. Она же не сумасшедшая маггла с ружьём, у тебя бывали времена и похуже. Эйлин его только крепко обняла. Что ж, по крайней мере, у него есть ещё друзья.***
— Мистер Уизли, — профессор Морган сидела за столом, но даже не посмотрела на него, — вы будете писать двести строчек: «Я не буду лгать», перо и бумага на столе. Ничего не сказав, Альф сел и взялся за перо. — Профессор? — спросил он, жалея, что не может обойтись без вопроса. Почувствовав, что она смотрит, он заставил себя поднять голову и встретиться с ней взглядом, — тут нет чернил. — Они вам не понадобятся, — улыбнулась она. Написав пару слов от предложения, он почувствовал боль. Эта стерва заставила его писать кровавым пером! Таким, которое оставило невыводимые шрамы на его дяде Гарри! Чёрт возьми! Это было больно. Он продолжил писать, из глаз лились слёзы, но на руке не было ни единого шрама, зато сильно болело плечо, похоже шрамы от пера будут там. — Какие-нибудь пожелания, мистер Уизли? — сладким, подобно патоки голосом поинтересовалась она. — Нет, мэм, — тихо ответил он. И без дальнейших слов продолжил, терпя боль. Он уже дошёл до второй строчки…***
На завтрак следующего дня Альф не пошёл, избегая одноклассников, он сразу же вышел наружу. Его плечо, казалось, горело, а до отвратительно красного шрама было больно дотрагиваться. Профессор Зелий оторвалась по полной на отработке, к концу отработки он был весь в слезах. Чёрт! Она ещё заставила его переписать последние три строчки, потому что якобы не смогла их прочитать! Он чувствовал, что эти кровавые перья наверно незаконны, но кому он мог пожаловаться? Его одноклассники с ним не разговаривали, включая старосту. Он даже профессора Флитвика не видел с урока Чар. К тому же, ему казалось, что жаловаться на наказание проявление трусости. Ведь он повысил голос на учителя, хотя и считал, что имел на это полное право. В любом случае, он не желал завтракать за одним столом с ребятами, которые его ненавидят. А сидеть вместе с Тедди и Эйлин, похоже, тоже не получится. Так, медленно, он прошёл по двору, и добрался до башни, где у них был по расписанию урок Маггловедения. Может, хотя бы на этом уроке у него будет всё в порядке, по крайней мере, ничего нового там не предвидится.***
Мишель Фабри сидела за столом в своих апартаментах, уставившись на стопку документов, которые ей полагалось подробно изучить. Чёртов Британский Министр и его подпевалы… из-за них она даже не успела подготовиться. Она совсем не пожалела, что взялась за эту работу в Хогвартсе. И хотя она немного нервничала перед собеседованием, они с Минервой Макгонагалл определённо остались довольны друг другом. Ей предложили не только должность учителя по Маггловедению, но и вести дополнительно факультатив для учеников шестого и седьмого курсов по Основам Целительства, которые имели не меньше «Выше ожидаемого» по Зельям и Чарам за экзамены по «С.О.В.». Квалификация и опыт Мишель прекрасно подходили для нынешней должности, так что она с удовольствием согласилась и вернулась в Америку, чтобы закончить все дела. Но по прибытии в Англию в субботу начались неприятности, она встретилась с представителем Министерства, который почему-то решил, что она намеревается использовать свою будущую работу для попытки развязать очередную войну. Как этот идиот-чиновник пришёл к таким выводам, было выше её понимания, учитывая тот факт, что её собственные родители были убиты в одном из Европейских противостояний с Тёмными магами, потому-то она и выросла в Америке на попечении дальних родственников… Тогда этот нелепый напыщенный дурак … Диггори, кажется, стал настаивать, что она отбирает работу у коренных британцев… Собственно, она там задержалась аж до воскресного вечера, и если бы не вмешательство другого служащего Министерства… Приятного молодого мужчины в очках, Уизли, который чем-то напоминал ей Джорджа. «Ты в каждом рыжем теперь будешь видеть Джорджа, дурочка. Все остальные сходства, явно вообразила сама». Тот самый пакет с непрочитанной рукописью лежал в её чемодане рядом с другими вещами. Но пока она была явно не готова прочитать его. Перед ней была стопка досье на её будущих учеников на сегодняшний день. Она всегда спокойно и вдумчиво предпочитала изучать личные дела будущих учеников заранее, чтобы знать, чего ожидать и быть готовой к возможным трудностям. Но у неё не было времени получить эти документы у Минервы, до вчерашнего вечера. Она не выходила к ужину и провела это время у себя в апартаментах, читая досье учеников, которые были у неё днём, а потом просто не смогла бороться с усталостью и завалилась спать, оставив досье на сегодняшних учеников на следующий день, она опять опаздывала на день, но пока ничего не могла поделать. Кстати, об учениках, она услышала шаги одного из них у двери её класса… Похоже, кто-то решил прийти пораньше. Дверь в класс вела прямо из её апартаментов. Поправив мантию и взяв в руки палочку она направилась в класс и открыла дверь, думая, что готова ко всему. Она открыла дверь…
