Больше, чем помощница

      Девушка открыла глаза и приподнялась с помощью локтей. Осмотрев помещение, Микаса поняла, что это не её комната, а капитана. Испугавшись, полуазиатка встала с кровати и направилась к двери, ведущей в кабинет Леви. Подойдя к двери, прямо перед её носом она открылась. Напротив Микасы стоял владелец комнаты. — Проснулась? Пошли завтракать, — спокойным тоном сказал Леви и, повернувшись, пошёл к своему рабочему столу, на котором уже стоял поднос с завтраком — тарелка с супом и чай, который, видимо, заварил Леви.       Сев за стол, Микаса взяла свою порцию и начала трапезу. Леви сделал то же самое. У миловидной полуазиатки были немного взъерошены волосы и заспанный вид. Леви этот образ приглянулся, и он то и дело во время завтрака поглядывал на Микасу. — Капитан, — девушка обратилась к Леви и подняла на него взгляд, — простите, что доставила Вам неудобство. Нужно было идти к себе в комнату, а не засыпать за столом, — девушка немного задержала взгляд на нём и добавила: — Вы бы могли меня разбудить, и я отправилась бы к себе в комнату, — Микаса продолжила есть завтрак. — Не думаю, что в этом была надобность, — ответил Леви, делая глоток крепкого чая. — А где спали Вы, капитан? — спросила полуазиатка. — Я спал на своей кровати, — ответив на вопрос Микасы, он посмотрел на неё и, заметив небольшой румянец, хмыкнул.       Такая Микаса ему нравилась больше: смущающаяся и отводящая взгляд. Она выглядела более живой, и только Леви мог видеть её такой. Ему это приносило некое моральное удовлетворение. Доев свой завтрак, они разошлись. Девушка поспешила на утреннюю тренировку, которую ни в коем случае нельзя откладывать.       Черноволосая шла по коридорам. Они не были пусты, ведь все торопились на тренировку, стараясь протолкнуться через толпу, что скопилась у выхода. Выйдя на улицу, Микаса встретила Эрена и Армина. — Микаса! Ты где была всю ночь? — обеспокоенно спросил Арлерт. — Я заснула случайно у капитана, — Микаса решила, что скрывать ничего не будет от друзей. — Ну слава богу, мы так волновались, — ответил Армин. — Со мной всё хорошо не нужно волноваться, — Микаса отправилась на площадку, где будет проходить тренировка. Эрен и Армин пошли следом, что-то обсуждая между собой.

***

      Тренировка наконец-то закончилась, и сейчас все солдаты отправлялись в душ. Затем было свободное время, а потом и обед. Микаса после водных процедур, снявших сонливость и напряжение, отправилась в кабинет капитана. Подойдя, она постучала в дверь и, получив тихое «войдите», зашла. — Микаса, ты можешь больше не стучать, когда приходишь ко мне, — сказал Леви, откинувшись на спинку кресла. — Привычка, тем более это Ваш кабинет, а если зайду без предупреждения, и Вы, простите, будете раздетым? — сказала Микаса и села за стол. Леви лишь немного приподнял уголки губ такому заявлению. — Разве плохо, если ты увидешь меня таким? — произнёс Леви и ехидно посмотрел на девушку. — Плохо, Вы же мой капитан, у нас деловые отношения, не более, — ответила черноволосая, стараясь скрыть свой румянец, что становился заметнее с каждой секундой. — Давай будем общаться на «ты», — сказал Аккерман и взял стопку бумаг, что лежала справа от него. — Приступай к работе, — Леви отдал другую стопку, что была немного меньше, Микасе. — Да, сэр, — Микаса поймала на себе злобный взгляд капитана. — То есть хорошо, Л-л-леви, — Микасе было, довольно, не привычно произносить его имя.       Она, сев за стол, принялась заполнять документы. Это заняло у неё около трёх часов. Сейчас же Микаса вместе с Леви пили чай и разговаривали на разные темы, что касались работы, но порой доходили до некоторых их личных воспоминаний, которые каждый рассказывал, вспоминая и описывая каждую деталь, пытаясь передать ту его душевную атмосферу. — Микаса, скоро состоится вылазка, — девушка подняла глаза и спокойным тоном ответила: — Я Вас поняла. — «Я тебя поняла», — перебил её Леви и потёр переносицу. — Я т-т-тебя поняла, мне сегодня же нужно начать тренироваться. Вылазка не за горами, — сказав это, Микаса сделала глоток ароматного чая. — Ты не поедешь, — сказал Леви, поставив пустую чашку чая на стол, затем посмотрел на полуазиатку. — Тебя только недавно выписали из лазарета, Ханджи тебе строго-настрого запретила выезжать за стены, — на это заявление Микаса громко ударила кружкой чая по столу и посмотрела на капитана, нахмурив брови. — Но я одна из лучших, я быстро смогу прийти в форму! — Микаса уже начала повышать голос. — Я поеду и на этом точка. — Нет! Извини, конечно, но ты за стены не поедешь! Ты совсем что ли дура?! Раз сказали тебе не ехать, значит не ехать! — Леви был раздражен, потому что опять она идёт против приказов начальства; своенравная девица, не желающая думать о сердце Леви, которое после той вылазки до сих пор восстановить нормальное биение не может. Уж слишком сильно он волнуется за Микасу — Как я могу сидеть, сложив ручки, зная, что мои товарищи погибают самой ужасной смертью?! — Микаса была очень зла, и, казалось, вот-вот и она набросится на Леви. — Да ты на вылазке только о тушке Йегера думаешь, кроме него, ты больше никому не помогаешь! — Но я ведь волнуюсь за тебя! — выкрикнув эти слова, Микаса замерла.       Девушка спустя несколько секунд поняла, что она сейчас сказала. Посмотрев в глаза Леви, вместо былой злости она увидела мимолётный шок и удивление, после чего в глазах капитана появились искренняя нежность и забота. — Вот оно что, так бы сразу и сказала, — Леви был удивлён таким словам, но он пытался сохранить безразличный вид, но его глаза говорили совсем другое. Правильно ведь говорят, глаза — зеркало души. — Микаса, — девушка давно успокоилась и умиротворённо сидела на стуле. — Ты должна понять, почему ты не поедешь. Тебе нужно восстановливаться, я ведь тоже, — Леви задумался, а после продолжил, — волнуюсь, — то, что Микаса была удивлена, ничего не сказать. Девушка посмотрела на Леви. — Хорошо, я останусь в штабе, — Микаса после этих слов выдохнула, приняв свое поражение. — Вот и хорошо, а сейчас иди на обед, — после того, как полуазитка вышла, он начал наводить порядок в своём кабинете.

***

      Сегодня вылазка, солдаты тщательно подготавливались к ней. Микаса же сидела на подоконнике в своей комнате и смотрела на силуэты разведчиков. Она уже начала волноваться за Эрена и Армина, хотя они ещё не вышли за стену. Также девушка волновалась и за Леви. Если бы ей кто-то сказал это несколько месяцев назад, то она бы убила этого человека. Она не знает, что с ней будет, если кто-то из них не вернётся. Всё, что она могла делать сейчас — верить, что они вернутся.       Четвертый день вылазки. Микаса помирала от волнения и скуки, эти дни она только тренировалась, иногда перекусывая, и спала. Черноволосая не знала, когда закончится вылазка, так как обстоятельства во время операции могут быть разные.       Прошло ещё два дня. Разведывательного отряда не было. Микаса же решила прибраться в кабинете Леви. Там уже были небольшие слои пыли. Микасы бы на это внимание не обратила, но Леви вымывал бы здесь всё от потолка до пола и не выходил бы из кабинета целый день, занимаясь тщательной уборкой. Микаса, взяв ведро с тряпкой, начала протирать пол.       После уборки девушка отправилась к себе, решив почитать. Взяв книгу в библиотеке, она отправилась в свою комнату. Вскоре девушка уснула, так и не дочитав книгу.       Открыв глаза, Микаса увидела, что вчерашняя книга лежала у неё на груди. Убрав её на тумбу, она встала с кровати. Какого было её удивление, что на соседней койке спала Саша, что означало — разведка вернулась с вылазки. Микаса ринулась искать Леви, чтобы удостовериться, всё ли прошло хорошо.       Микаса быстро сворачивала по коридору, её сердце бешено колотилось. Полуазиатка подошла к кабинету своего капитана, после чего вошла. Леви стоял к ней спиной и складывал какие-то бумаги, услышав звук открывающейся двери, он повернулся. Микаса, сама не понимая своих действий, набросилась на него с объятиями. Мужчина немного опешил, но всё же ответил на её действия взаимностью, обняв в ответ. Девушка прижималась к его сильному телу и чувствовала от него исходящее тепло. — Я скучала, — сказала девушка и прижалась сильнее. — Я тоже, — ответил Леви, закрыв свои глаза и зарываясь в чёрные волосы, которые, как всегда, приятно пахли.