У Джека играют гормоны.

— А в моем возрасте могут «играть гормоны»? — Играть гормоны? — переспрашивает Сэм, удивлённо хлопая глазами. Джек смотрит под ноги, со смущением думая о глупости вопроса. — Ну, ты знаешь, Кас принёс книгу о пубертатном периоде и… Я, кажется, сейчас в этой стадии. — А… Сэм сидит с приоткрытым ртом, быстро соображая, что и как он может сказать нефилиму с видом семнадцатилетнего парня, которому на самом деле полтора года. — Знаешь, Джек, я немного не разбираюсь в этом. Давай ты спросишь у Дина? Он, конечно, может быть резковат, но для него это все протекало более значимо. Если ты не против, конечно? — Против. Сэм удивлённо вскидывает бровь, наблюдая за заметно струхнувшим парнем, а потом хмурится: — Ты боишься Дина? Он что-то сказал тебе? — Оу, нет, Сэм, я вовсе не это имел ввиду. Знаешь, я все-таки ещё немного почитаю, а потом поговорю с Касом. То есть, это же его идея, чтобы я обо всем узнал. Так что… Хорошего дня, Сэм! Сэм продолжает ошарашенно смотреть в сторону вылетевшего из библиотеки подростка, а потом пожимает плечами. Странно. Очень. Ещё вчера Джек повсюду следовал за Дином, пожирая последнего восхищенным взглядом больших глаз. «Бэмби», как прозвал мальчика его дорогой брат, ни на секунду не отставал, но при этом следовал будто в тени, не доставая Винчестера. Тот даже ни разу не вспылил. Что же происходит сегодня?

***

— Сэмми? Ты разговаривал сегодня с нашим маленьким недо-ребёнком? Младший Винчестер недовольно кивает, а потом внимательно смотрит на вошедшего брата: — Он странный, и тебя шугается. Между вами что-то произошло? — Сбрендил на старость лет? — фыркает Дин, плюхаясь в мягкое кресло. — Я ему слово сегодня не сказал. А он шугается, будто посмотрел порнуху с моим участием. И краснеет ещё. Странно это, Сэмми, странно. — Краснеет? — переспрашивает Сэм. — Знаешь, я думаю дело в нашем разговоре. Утром он спрашивал у меня про все эти гормоны у подростков, а я сказал ему обратиться к тебе. Серьёзно, ты уделял этому гораздо больше времени. — О да, — закатывает глаза Дин, широко ухмыляясь. — Я гораздо лучший рассказчик для полторашки с хвостиком и глазами из Бэмби. Ты чем думал вообще? — Это Кас! — возмущенно говорит Сэм. — Между прочим, мог бы и сам спросить Джека о его поведении, а не бежать ко мне. — Сейчас этим займусь.

***

Джек быстро закрывает глаза, стоит знакомому аромату проникнуть в его комнату. Это странно. Он не различает практически ничего из мира людей, будь то запахи или вкус, но Дин. Дин пахнет просто потрясающе. — Эй, что с тобой приключилось? Ты влюбился в какую-то молоденькую девицу и не знаешь, как к ней подкатить? — Не знаю как подкатить, да, — смущается нефилим, старательно отводя взгляд. Черт, он же не может краснеть, пугаться или смущаться, но почему сейчас его лицо горит, словно его опалили огнём? — Ну, тут все просто, парень. Либо ты включаешь природное обаяние, и она становится твоей, либо мямлишь как сейчас, и твоя тёлочка достанется другому. — То есть, мне нельзя мямлить? — хмурится Джек, совершенно не понимая, что ему делать. — Нужно сказать все прямо и смело? — Не так прямо, как это выходит у вас с Касом! — Дин фыркает, а потом щёлкает пальцами: — Идея — дрянь, но лучше мы сейчас не придумаем. Давай, пробуй. Я, так уж и быть, побуду твоей подопытной телочкой. — Ты? Эмоциональность голоса парня заставляет Дина подозрительно сощурить глаза, но он лишь кивает: — Да, Джек, я. Начинай. Нефилим резко встаёт с кровати, начиная приближаться к человеку, который почему-то захватил его мысли. — Знаешь, ты мне, кажется, нравишься и… Мы могли бы… — Стоп стоп стоп! — возмущается Дин. — Во-первых, никаких «кажется» и «наверное». Это отпугнет любой объект твоего желания. Во-вторых, чего ты смотришь на меня, как Бобби на Каса? Смелее, ты должен сказать обо всем взглядом. Слова лишь способ развязать обстановку. И подойди ближе, что ты там топчешься? Дин резко хватает парня за плечи, приближая к себе непозволительно близко. У Джека перехватывает дыхание и, кажется, перед глазами проносится космос. Хотя нет, это ему не кажется. — Сказать взглядом? Севший голос нефилима заставляет Дина посмотреть ему прямо в глаза, и он. Вздрагивает, черт возьми. Потому что Джек открывает самые потаенные и сокровенные мысли. Потому что Джек непозволительно сильно и мучительно представляет в них Дина. И, наконец, потому что Дин сам попросил его. — Я люблю тебя. И мне не кажется.

***

Заглянувшего Сэма, который наконец-то умудрился доделать свою работу, вежливо не замечают. Вежливый Сэм также старается не замечать прижатого к стене Джека, над которым нависает его брат. — Кас, если ты меня слышишь, прихвати Дину книгу о полезном питании