Любовь по Фрейду

      Как бы Яна не рвалась сегодня в университет, Татьяна Ивановна стояла на своём, в точности выполняя указания психолога. Но на работу идти нужно, поэтому мама понадеялась на благоразумие дочери, и ушла.       Яна бездумно болталась по квартире. Вдруг она остановилась у комода в спальне родителей. Её внимание привлекла чёрная картонка. Яна взяла в руки визитку, прочитав: «Игловский Даниил Игоревич».       Сердце пустило удар от одной мысли о нём. Королькова задумалась. Сегодня у Игловского точно нет пар.       Яна перевернула визитку. Не долго думая, она записала его номер в свой мобильный. – На всякий случай, – убеждала себя девушка, сохраняя новый контакт.       Яна буравила взглядом адрес психологического центра Игловского. Не так уж и далеко от её дома. Что-то щёлкнуло в её сердце. Сорвавшись с места, Яна подлетела к шкафу. Наспех одевшись, Яна выбежала из квартиры.       Спустя полчаса Яна стояла у незнакомого здания, сверяя адрес по GPS. Мозг пытался развернуть девушку в сторону дома, но руки уже открывали тяжёлую стеклянную дверь.       Яркий свет ударил в глаза. Яна медленно шла по блестящему мраморному полу, слыша свои же шаги. Она оглядывала бежевые стены, увешанные какими-то картинами и плакатами. На одной из дверей Яна увидела надпись: «Приёмная». «Наверное, мне сюда», – подумала Королькова, тихонько постучав.       За столом сидела тридцатилетняя женщина с красиво уложенной рыжей копной волос. Она что-то увлечённо печатала на компьютере, не обращая внимания на посетительницу. – Здравствуйте, где я могу найти Даниила Игоревича Игловского? – прочистив горло, пропищала Яна. Глупый вопрос, учитывая, что его кабинет был прямо перед Корольковой. Об этом свидетельствовала табличка с его именем на закрытой двери. – Вы записаны? – сухо спросила секретарь, не отвлекаясь от экрана. – Нет, но… – пролепетала Яна, сверля выгравированное имя глазами. – Послушайте, Даниил Игоревич принимает только по записи, – раздражённо сказала секретарь, наконец, поднимая голову. Она сверху вниз оглядела Яну с каплей презрения и с океаном неприязни.       Дверь в приёмную открылась. На пороге появился какой-то солидный мужчина. Его лицо показалось Яне смутно знакомым. – Даня у себя? – поинтересовался улыбающийся мужчина. – Да, Никита Сергеевич, – тряхнув волосами, секретарь моментально изменилась в голосе. – Проходите, пожалуйста. – Я могу записаться на сегодня или на завтра? – упорствовала Яна. Что за несправедливость? Почему эта противная женщина прицепилась именно к Яне, почему одним посетителям нужно записываться, а другим: «Проходите, пожалуйста».       Никита Сергеевич с любопытством поглядывал то на Яну, то на секретаршу, медленно проходя к кабинету Игловского. – Вы серьёзно? Это же Игловский! У него всё расписано на полгода, – засмеялась женщина, вызывая в Яне целую бурю из гнева и ненависти. – Но это очень важно! Мне нужно его увидеть сегодня! – Королькова случайно повысила голос. – Девочка, иди отсюда, – ядовито хмыкнула секретарша. – Даниил Игоревич очень занятой человек и у него нет времени на всяких студенток, которые забыли в срок сдать контрольную. – Но я не… – пролепетала Яна. Она поняла, что это абсолютно бесполезная затея. Наверное, не нужно было приходить. Она тяжело вздохнула, и обречённо добавила, – Просто передайте ему, что пришла Королькова. – Я сейчас вызову охрану! – тявкнула секретарша. Мда, нервная у неё работёнка. Кажется, у женщины лопнул сосуд в глазу. – Ксюш, ты чего взъелась на девчонку? – откуда-то сбоку донеслось до Яны. Этот тот самый Никита Сергеевич, который всё это время с интересом наблюдал за перепалкой какой-то девочки и вспыльчивой секретарши. – Расслабься. Вон, попроси начальника, пусть выпишет тебе успокоительное.       Секретарша запыхтела, словно кипящий чайник.       Никита Сергеевич глянул на Яну, кивая на дверь: – Идём со мной.       Мужчина отрывисто постучал, скорее по привычке, чем из вежливости. Он открыл дверь и пропустил Яну.       Игловский увлечённо говорил с кем-то по телефону, но как только он на пороге увидел Яну, он сказал: – Перезвоню, – Игловский бросил трубку, недоумённо смотря на Яну. Откуда она здесь взялась? Возникало ощущение, что он увидел перед собой инопланетянку.       Никита Сергеевич подошёл к Даниилу и пожал руку. – Привет, Даня, – он передал какие-то документы Игловскому. – Тебе чертовски повезло, что твой лучший друг – адвокат. Иначе ты бы влетел в кругленькую сумму за возмещение морального ущерба. – Да-да, спасибо, брат, – рассеяно кивнул Даниил Игоревич. Он смотрел только на жмущуюся у двери Яну. Никита проследил за взглядом друга. – Ах, да. Эта юная барышня героически сражалась с Ксюшей, одержав безоговорочную победу, – усмехнулся Никита Сергеевич, указывая на Королькову.       Яна и Даня безмолвно смотрели друг на друга, сыпля искрами из глаз. – А Вы чего оба такие мрачные? Словно кто-то умер, – хихикнул Никита, но тут же он почувствовал, как напряжение в воздухе стало нарастать. Казалось, и Королькова, и Игловский вздрогнули от неудачной шутки. – Эм… ладно. Я пошёл. Звони, если что, – сказал Никита, но на него никто не обратил внимания. Он ещё раз обернулся у самых дверей, и вышел, оставив Королькову и Даню одних. – Как спалось? – Игловский первым нарушил молчание. – Крепко, – слишком резко ответила Яна. Она кипела какой-то неясной злостью. Наверное, её довела неадекватная секретарша Ксюша из приёмной. – Это хорошо. Ты проходи, – Даниил Игоревич махнул рукой. Он принялся разбирать бардак на своём столе, в основном, состоящий из бумаг. Игловский бессистемно перекладывал один и тот же лист то в одну стопку, то в другую, то в третью.       Яна сделала пару шагов, остановившись у стола Игловского. Она так и не решилась сесть. – У меня есть вопросы, – опустив голову, объявила Яна. – М, конечно, – закивал Игловский, наконец, выбросив неприкаянный лист, – спрашивай. – Вчера… – начала Яна и тут же прервалась. Она тяжело вздохнула, подняла голову и посмотрела на Даниила, – там у универа, когда у меня начался шок… и Вы… Вы меня… – Что, Королькова, что я такого сделал? – хмыкнул Игловский, включая наглеца. На губах опять эта проклятая усмешка, которая действовала на Яну, как красная тряпка на быка. – Вы поцеловали меня! – шикнула Яна, боясь, что их кто-нибудь услышит. – А как тебя было по-другому успокоить? – Игловский не полез за словом в карман. – Не знаю! Но не так! – заискрилась Яна. Зачем он играет с ней? Если об этом случае узнают, то у обоих будут проблемы. – Это, это же…       Игловский шумно бросил какую-то папку на стол. – Тебе не понравилось? – ехидно спросил Игловский, продолжая насмехаться над студенткой. – Нет, – Яна замотала головой, в которой не укладывалось, что такой разговор вообще возможен. – Да! Дело не в этом! – А в чём? – он наклонил голову. – Наши отношения начали выходить за рамки «преподаватель-студентка»! – Это хорошо или плохо? – кажется, Даниил издевается. И ему это нравится. – Это ужасно! Как же Вы этого не понимаете? – взъелась Яна. – Хм, – пожал плечами Игловский, наслаждаясь густым румянцем на щеках студентки. Ох уж эта великолепная смесь гнева и смущения. – Это всё, что Вы скажете? – Яна всплеснула руками, случайно шагнув ближе.       И тут взорвался Игловский. Он стремительно сократил расстояние. – А что я тебе скажу? – Даниил повысил голос, срываясь с цепи. – Между нами что-то происходит. Это понятно нам обоим. – Что?! Что может происходить между нами?! – тяжело дыша, вскрикнула Яна. – Вы мой преподаватель! – Химия, страсть, ток. Но ты почему-то называешь это «любовью». Нас тянет друг к другу, – Игловский схватил её за локоть, до боли сжимая. – Ты просто боишься это признать, не допускаешь эту мысль, потому что она кажется тебе запретной и неправильной. Ты идёшь против своих настоящих чувств, боясь разрушить идеальный образ святоши!       От подобной наглости у Яны приоткрылся рот, что не укрылось от тёмного взгляда Игловского. Он опустил глаза на её губы, фактически переставая рассуждать логически. Разума нет, остались одни эмоции. – Даниил Игоревич, это не правда, – Королькова дёрнула рукой, но Даниил вцепился в неё, как клещ. – Что Вы такое говорите?       Игловский подошёл вплотную, опаляя лицо студентки горячим сбившимся дыханием. – Мы сводим друг друга с ума с самого первого дня, – прошептал Даниил, ослабив хватку. Казалось, Яна притихла и расслабилась рядом с ним. – Просто признайся, неужели это так страшно?       Его рука скользнула на её талию. Но Яна грубо сбросила его ладонь, делая несколько торопливых шагов назад. – Да как вы смеете, – зло шепнула девушка, всё ещё отходя. Она не отводила взгляда от растрёпанного Игловского, которого будто парализовало. Он был напуган. Напуган тем, что испугал Яну.       В Игловском сражались демоны. Желание, перемешанное с виной, раздирало его изнутри.       Лопатки Яны уткнулись в деревянную поверхность. Она пулей выбежала из кабинета, громко хлопнув дверью.       Разъярённый Игловский выбежал следом. Он хотел догнать Яну, но внезапно он вспомнил о существовании секретарши Ксюши. Женщина, подняв тонкую бровь, рассматривала начальника: растрёпанные волосы, грозный взгляд, тяжело вздымающаяся грудь. – Даниил Игоревич, простите, – до слуха Игловского донёсся голос Ксюши, – я хотела прогнать эту девчонку, даже вызвать охрану, но Никита Сергеевич… – Впускай её без очереди, – Игловский добавил шёпотом, глядя вслед убегающей Яне, которая в беспамятстве бежала, забывая закрывать за собой двери. – Если она, конечно же, ещё раз тут появится.