Burger

Тренировки убивают. Нет, Тэхён вовсе не является каким-то нытиком или тем, кто всегда жалуется на жизнь. Но он человек. Настоящий, с эмоциями и чувствами, а также своими пределами. Так вот, сегодня он перевесил их в раз так двадцать. Возможно, тридцать. Тренировки убивают. День в день оттачивать новые движения, ведь у них вскоре камбек; никто не отменяет обычные тренировки, ведь: «Тэхён, ты ведь понимаешь, что стал слишком… Пышным? Арми уже начинают смеяться с этого. Тебе нужно тренироваться, Тэхён». Он то понимает, но разве арми любят его за красивую фигуру или милое личико? Нет. Парень знает, что он для них не просто какая-то там модель с новой обложки модного журнала. Знает, что они — семья, самая настоящая, безо всяких преувеличений. Арми любят его за музыку; любят за странность и оригинальность; в конце-концов за красивое личико, но точно не стройную фигуру! Так зачем это всё?! Тренировки убивают. Но не только переутомление страшит парня. За многие годы трейни и после дебюта он привык уставать. Только есть у этого еще один минус — они вынуждены сидеть на диетах. Если тренировки убивают, то диеты сначала долго-долго пытают, а потом приводят к медленной и болезненной смерти. И нет, Тэхён вовсе не обжора или еще что похуже (ну, может совсем немного), но вы только подумайте: целый месяц, день в день питаться одними салатами (здесь себя можно почувствовать в прямом смысле слова КОЗЛОМ), ложится спать с мыслями о прекрасных бургерах и, спустя месяц, получать настоящего кота в мешке, ведь: «Слишком, слишком мягкие бока. Потерпи еще месяц и получишь свои бургеры». В общем, так его наёбывают изо дня в день. Сегодня был очередной день, наполненный тренировками. Вторник, а может даже среда. Впрочем, это не так важно, ведь с таким заполненным графиком ты порой забываешь какой сегодня месяц. Но для Ким Тэхёна это должен быть не простой вторник (среда). Именно на этот день парень решил выполнить свой тщательно проработанный план, под названием: «Миссия Бургер» и с громким девизом: «Получить бургеры или умереть в бою!» Не то, что бы он так сильно хотел умирать, но за свою законно (почти) добытую пищу готов отбиваться до последнего. Даже если против него поставят весь стафф и менеджеров — Ким Тэхён так просто не сдастся! Только вот по идее никто этого не должен знать. По крайней мере, не зря же он узнавал расписание всех работников. И когда я говорю всех — это в буквальном смысле значит всех. Даже тех хмурых амбалов-охранников, которые и близко не должны подходить к кухне. А сейчас уже пора бы начинать главные приготовления. Пусть же начнётся эта нелегкая миссия! Сегодня был довольно свободный день, так что после тренировок у них должно быть чисто свободное время. Ровно пять часов дня они все возвращаются домой, в общагу, ведь сейчас у всех было только одно желание — спать. Чимин что-то ляпнул про еду, но был всеобще проигнорирован, ведь от чёртовых салатов уже начинает подташнивать. Намджун-хён, не сказав ни слова, упал на кровать и моментально отключился, не успев даже снять обувь. Это логично, ведь он не спал двое суток, потому что писал музыку, еще и сегодняшняя тренировка, которая забрала последние соки… Тэхён только тяжело вздохнул и принялся снимать с него обувь и верхнюю одежду, оставив парня в одной футболке и шортах. Заботливо укрыв хёна одеялом, он и сам принялся переодеваться, ведь с его одежды можно было выжимать пот. Кинув ее в корзину, Тэхён решил сходить в душ и освежиться, ведь если он сейчас уснёт, бургеров не видать. Холодная вода приятно обволакивала кожу, заставляя понемногу расслабиться. Растянутые мышцы неприятно ныли, но парень уже давно привык к этой незначительной боли, так что не обращал на это никакого внимания. Ещё немного постояв и хорошо умывшись, он вышел из ванной и переоделся в более приятную одежду. На улице уже давно стемнело, ночной Сеул на самом деле завораживал, но ему некогда было расматримать всю эту красоту. Его ждал бургер, который был хорошо спрятан на кухне от длинных рук Джин-хёна и злого стаффа, теперь предстоит только добраться до него и ощутить этот прекрасный вкус жаренного мяса в сочетании с мягкой булочкой, которые идеально дополнял свежий салат, хрустящий огурчик и кисло-сладкий соус… Кажется, на его новую футболку только что потекла слюна… Потряся головой и выкинув оттуда такие нежеланные мысли, он выдвинулся исполнять свою Миссию Б. Пробираясь на носочках через комнату Юнги-хёна, он старался издавать как можно меньше шума, ведь у этого хёна был по-настоящему чуткий сон, как бы он не любил проводить время в своем царстве Морфея (Читай: Шуги). Первый пункт Миссии был успешно выполнен, что не могло не радовать. Теперь оставалось только пройти коридор — и вот она, кухня, а там и бургер. Подпитывая своё воображение такими мыслями, он аккуратно продвигался всё дальше и дальше. И вот она — королева всех королев, прекрасная и неотразимая Кухня. В ней светился мягкий и приятный свет, который буквально манил к себе. Она будто раскрывала свои руки перед Тэхёном — вот, проходи милый, мы уже заждались тебя. И Тэхён шёл. Вовсе не обратив внимание на то, что там реально горел свет, предупреждая его о возможном нахождении там человека. Бургеры слишком затуманили голову такого молодого паренька. И зря он был таким неосторожным. Ведь в комнате было то, что он ожидал увидеть меньше всего. Это был Чонгук. Который буквально доедал его бургер. Бургер, который Тэхён целую неделю прятал и носил из комнаты в комнату. Бургер, который он покупал чуть ли не через диллеров. Бургер, от которого почти ничего не осталось… Из глаз Тэхён почти летели искры, а Чонгук нервно сглотнул. — Где. Ты. Взял. Чёртов. Бургер?! — голос Тэхёна был на удивление спокойным, он чётко выделял каждое слово, разве что на конце чуток сорвался. У макнэ пошли мурашки по коже. — Я… Я просто увидел его за холодильником, когда убирался. Я подумал, что это кто-то из старших спрятал его для меня, ведь именно они сказали мне тут убраться. Это… Это был твой? — парень говорил предельно тихо, но Ким его прекрасно слышал и уже придумывал, где можно было бы спрятать мускулистое тело примерно шестидесяти пяти килограмм. — Нет, Чонгукки, это не старшие спрятали его для тебя. Этот бургер стоил мне новой приставки, которую я на время отдал Чимину, лишь бы он не сдал меня. Чтобы купить этот бургер, я рисковал своим достоинством и почти попал в руки сасэнок. Да у меня убавилось лет пять жизни, когда Джин-хён чуть ли не спалил меня! И всё это ради того, что бы ты сейчас съел его?! — О нет, Тэхён не просто зол, он в ярости, и тёмноволосый это прекрасно понимает. — Хён, прости, прости меня, хён, я не знал, я не хотел! Я куплю тебе новый, хочешь, прямо сейчас куплю! Пожалуйста, прости! — Чон изо всех сил начал вымаливать прощение у старшего, но тот и бровью не повел. У него перед глазами был только недоеденый кусок бургера и лицо Гука, которое хотелось сейчас сильно так избить. И пофигу, что у них скоро камбек, пофиг на тренировки и диеты, он бредил этим бургером. И месть его будет страшная. — За мной, малой, и попробуй только пискнуть или я сделаю бургер из тебя. — и, не оборачиваясь, Тэхён вышел из комнаты. Бедному Гуку ничего не оставалось, как следовать за своим хёном и молится, лишь бы он не убивал его. Или ещё хуже — не повёл к микроволновкам.

***

Вот уж кто-кто, а Джин знает, как выматывают тренировки. Сегодня ему пришлось остаться чуть дольше, ведь у него никак не получалось то движение с переворотом. Бедный Хосок готов был тренироваться с хёном хоть всю ночь, но Сокджин не готов был так издеваться над своим донсэном, потому и сразу отпустил его, оставшись в одиночестве. Хотя Хоби и не хотел (делал вид) уходить, но Ким-старший с пинками выгнал его на улицу, поэтому Чону ничего не пришлось, как радостно возвращаться домой, не забыв по дороге купить любимому хёну немного еды. И вот, бедный Сокджин наконец-то возвращается в общагу, уставший, но счастливый, ведь всё получилось, даже тот овер-сильно-сложный переворот. Он тихо заходит в помещение, аккуратно снимая обувь и на цыпочках проходя по коридору. Только вот парни не спят. По крайней мере, из комнаты Тэхёна доносятся очень странные и подозрительные звуки. На самом деле, Джин никогда не был особо любопытным, но сегодня что-то пошло не так и сейчас он, стоя под дверью младшего, прислушивался ко звукам. Точнее это были… Стоны?! — О боже, Гукки, да! Слабее! Ох… — Да стараюсь я! Кто же виноват, что ты у нас такой неженка… Так тебе нравится? — О да, это просто шикарно. Ай! Ох… — Знаешь, хён, мне нравятся твои наказания. Может мне начать чаще тебе злить? — Слышь, малой, ещё раз ты сделаешь что-то подобное и я… О БОЖЕ! Стоны из Тэхёна полились с новой силой. Сокджин же стоял весь краснющий под дверью и не понимал, что происходит. Неужели сейчас его донсэны занимаются… Этим?! В их общежитии?! Да ещё и издавая такие неприличные звуки?! На секунду привычный мир парня рухнул. Неужели всё время, когда они якобы «оставались играть в Overwatch», на самом деле трахались? Он ведь и раньше слышал такие вот подозрительные звуки. Боже, да они ведь сколько раз ночевали у него в комнате! Ну уж нет, он этого терпеть не собирается… Не раздумывая, Джин с силой открывает двери, надеясь, что они хотя бы укрылись. Но картина, что предстает перед ним, вообще не похожа на то, что он представлял. Чонгук сидит верхом на Тэхёне. Всё бы было понятно, если бы они были голые. Но Гук полностью одет, на Тэ же только нет верха. Погодите, они что занимаются петтингом?! Или это просто… массаж? — Боже, хён, это не то, что ты подумал! — с перепугу кричит Тэхён. Макнэ же смотрит на него взглядом забитого крольчонка, который буквально говорит: «Эй, Хён, это не я, меня заставили. Я всё тот же маленький кролик Чонгукки, все те дерзкие слова говорил не я, правда… Хён, меня обижают. Возьми меня на ручки, хён…» Так, стоп, уже крыша едет. Сокджин глубоко вздыхает, на секунду закрыв глаза. — Так, малые негодники, или вы мне сейчас же рассказываете, что тут происходит, или я на месяц лишу вас без своей готовки. И в это время только вы вдвоём будете убирать всю общагу. Так что это, чёрт возьми, было?! — хоть Ким-старший и хотел держать стальной тон, под конец его голос немного сорвался. — На самом деле здесь не было ничего такого, правда! Просто Чонгук любезно предложил сделать мне массаж, потому что всё тело занемело от тренировок. Мы не хотели тебя тревожить, хён. Прости. — Тэхён выглядел насколько виноватым и грустным, что захотелось сразу же обнять его и больше никогда не отпускать, но Джин успокоил свои порывы. Он успеет сделать это потом, когда отчитает этих засранцев. — Да, хён… Прости нас. — Чонгук порывался рассказать о всех издевательствах Тэ-хёна, но понимал, что сейчас лучше промолчать и мирно избежать наказания. А потом уже можно будет поговорить на чистоту. Парень уже предвскушает, как будет страдать Тэхён, ведь он этого более чем заслужил. Он заставил макнэ делать ему массаж целых два часа! Два часа, Карл! Да у него руки сейчас отпадут! И ещё эти «Ой, там сильнее, там легче, туда нажми, туда не нажимай. В постели ты и то опытней, Гукки». Хитрая улыбка появилась на лице брюнета, но он сразу поменял ее на унылое выражения лица, ведь хён всё еще их не простил. — Ох, где же вы взялись на мою голову. Боже, я правда слишком стар для всего этого. Кстати, вы уже… — но не успевает он договорить, как в дверях появляется Хосок с широченной улыбкой на лице. — О, ты уже пришёл, хён! Как тренировка? Я купил тебе бургеров, сегодня ты заслужил. — Рыжий как ни в чём не бывало протягивает пакет, полный всяких чизбургеров, бигмаков и остального фаст-фуда. — Мамочки… — только и успевает сказать Гук, как глаза Тэхёна загораются, и он тут же подрывается с места, со скоростью гепарда забирает пакет, убегая в неведомом направлении. — Эй, это не тебе, малой! А ну быстро отдал! — Хосок с криками начинает бежать за донсэном. Чонгуку же ничего не остается, как побежать за ними и спасать своего непутёвого парня от расправы старшего. Сокджин тяжело вздыхает. Они ещё не знают, что диету опять продлевают и все эти бургеры нужно будет выбросить.