Смерть ради жизни

От автора: не удержалась) Надеюсь, вам понравится и хоть кому-то я своей очередной продой подняла настроение. Просто всё думала, и поняла, что он не завершён. Теперь, надеюсь, всё. Уже в третий раз)) Приятного прочтения))

— Мама, мама, тебя папа ищет! — около входа в моё убежище ходил мальчик лет девяти, заглядывая, то под стол, то в шкаф, то ещё куда. Откуда мальчишке знать, что я давно уже нашла для себя идеальный тайник в виде дыры в стене, прикрытой тяжёлыми тёмными занавесками? — Мам, он обещал, что не будет тебя сильно ругать, — кричал пацан. Ага, как же! Не будет. После того, что я сделала, меня либо убьют на месте, либо хорошенько так… простите, вытрахают, либо наоборот, лишат секса на энное количество времени. Не знаю даже, что устраивает меня больше. Так что, лучше пока сидеть, и не высовываться. Долго находиться в одном положении было достаточно сложно, поэтому, я решила потянуться, при этом, не сдержав стона – ноги ужасно затекли и сейчас очень болели. — Мама!.. — мальчик был благополучно заткнут и утащен в «логово зверя». — Тихо, — шикнула я, прислушиваясь к остальным звукам в квартире. Было на удивление тихо. Даже подозрительно как-то. — Мам, но тебя папа ищет, — наивно продолжил ребёнок. Не знай я его, действительно бы посчитала, что он глупый, и ничего не понимает. Но, так как воспитывала его я (ну, и Соул, собственно), глупым он быть не мог. А если прибавить к этому, что больше с ним возилась всё-таки я, пацан должен был быть на моей стороне, и сейчас банально придуривался. — Знаю, поэтому и прячусь, — улыбнулась я, усаживая сына на колени. — И вообще, с каких это пор ты перешёл на сторону отца? Что за предательство, сын? Я что, зря тебя все эти годы растила? Рожала тебя пять часов? Кормила это маленькое и зубастое чудо молоком? — начала причитать я, возмущённо глядя на мальчика. — Что тебе предложил этот монстр, что ты решил ему помогать? — он стушевался, даже как-то виновато на меня глянув. Только вот ненадолго хватило этой вины… — Много чего, — довольно улыбнулся этот нахалёнок. — Вот только я отказался! Ну, почти… В общем, я в любом случае на твоей стороне! У папы сестрёнка есть, с него хватит. Или, ты мне не веришь? — настала моя очередь виноватой себя чувствовать. И правда, когда это он меня в последний раз подводил? Ах, да, никогда… Эх, плохая из меня мать. — Ладно, верю, — вздохнула я, улыбаясь сыну. Красивый, чертяка! В отца пошёл. Мне с детьми вообще повезло… От меня у них только глаза. Даже дочь, как две капли воды похожа на Соула. Наверное потому, что они с сыном близнецы. У обоих белоснежные волосы и кожа чуть темнее моей. А ресницы чёрные и густые. О таком любая девушка мечтает, а у детей моих есть. Но факт в том, что на меня они и не похожи вовсе. Ничего, будет и на моей улице праздник… Если выживу. — И долго мы будем здесь сидеть? — спросил мальчик, потягиваясь. Что ж, проём и для меня одной был мал, а нас тут уже двое. — Посмотрим, — пожала я плечами. Могла бы и переместиться – скажете вы? Могла бы. Вот только, кто гарантирует, что при «сборке» со мной останутся все мои части тела? А что вы так смотрите? Да,я так и не освоила эту чёртову телепортацию! Вскоре, Соул кинул это «гиблое», как он выразился, дело, и сказал, что может мне повезёт, и оно мне не понадобиться. Зато вместо этого, усилил физические тренировки, в том числе и бег. Так что теперь, я могу ограничиться только скоростью бега. Он хоть и тиран, каких поискать, да и вообще маньяк в плане тренировок, но зато оно действует. Эх, не оправдались его надежды, оно мне всё же понадобилось… — А чего смотреть-то? — раздался совсем близко знакомый ехидный голос, в котором чётко слышались опасные нотки. Мама… — Прятаться лучше надо было. И разговаривать тише. Вас из спальни было хорошо слышно. — Привет, милый, — ласково улыбнулась я, судорожно соображая, что делать. Мальчишка уже убежал, оставив маму на растерзание монстра. Из-за угла выглядывало две белоснежные макушки. Предатели. Смотрят они! Мамы сейчас не станет, а они смотрят… — А я тут сижу, и думаю, когда же ты меня найдёшь. В прятки люблю, знаешь ли, играть. Неужели ты не знал?.. — Как видишь, нашёл, — меня бесцеремонно вытащили из моего логова. Ну вот, теперь даже прятаться негде. — А теперь будем тебя наказывать! — после чего уложили на пол и сели сверху. — Ааааа, помогите, спасите! Убивают! — я извивалась в его руках, но он всё ещё был сильнее меня, и спокойно удерживал, самым наглым образом… щекоча. Да, я боюсь щекотки! Причём, не важно, где. И этот гад нагло этим пользовался. А как он ржал, когда во время Ритуала, я начала брыкаться… До сих пор стыдно вспоминать. Ну и что, что от поцелуев в шею мне тоже становится щекотно?! И вообще… У каждого есть свои слабости! И нечего смеяться… Мне вот, например, не до шуток как-то. — Ааа, помогите! Насилуют, убивают! — Определись уже, — гаденько так рассмеялся Соул, продолжая свою пытку. — Не могу! — задыхаясь, прокричала я, пытаясь от него отбрыкнуться. Но и ноги он тоже надёжно прижал к полу. Эх, какая бесславная смерть. — За что мне такое наказание? — А кто тебя просил распускать слух, что я мальчиков предпочитаю, и дети вообще не от меня? — согласна, жестоко получилось… Но, что поделать, нечего было доводить. — Тебе ещё повезло, что я добрый, и привык к твоему прямо-таки сказать, жестокому юмору! Но меру-то надо знать! — А кто тебя просил выкладывать ту треклятую статью? — парировала я, вспоминая, что жутко на него зла. — Албарн, это было туеву кучу лет назад! — воскликнул мой муж, снова продолжая свою пытку. — Я так… я так тебе этого… и не прости-ила, — через силу проговорила я, отчаянно пытаясь вырваться периодически взвизгивая. О, богиня, за что?! — Я вижу, у вас тут весело? — в дверном проёме стояла Лиз. Сзади неё просматривались и остальные Тёмные ангелы. Картина, так сказать, маслом: я лежу на полу, а Соул держит мои руки над головой, спокойно их удерживая, при этом находясь на мне сверху. Я ещё и извиваюсь, как могу. Воспользовавшись некоторым замешательством Эванса, я вырвалась из его «объятий» и, скинув его на пол, кинулась к подруге. — Лиз, он меня обижает! — всхлипнула я, роняя на пол слёзы. Причём, самые настоящие. Вас когда-нибудь долго щекотали, не давая вырваться? Нет, тогда вы не можете понять всего ужаса оного действия. — Он грозился скормить меня Гоше! Понимаешь? Лиз, забери меня отсюда, я не могу больше жить с этим извергом… — Не съест он тебя, — буркнул Соул. Потеряв надо мной власть, он стушевался и надулся, как хомяк. — Отравится. А выплёвывая – подавится. Так что не волнуйся… — Он меня щекотал, Лиз! — продолжала я ломать комедию. Девушка смотрела с улыбкой, для приличия поглаживая по спине. — Я не могу жить с человеком, который так бессовестно пользуется моей слабостью… Лиз, забери меня. Я не буду вам мешать. Даже простынки после бурной ночи менять согласна… А, вам же пока не светит… Значит, твоим прихотям угождать, а потом и за ребёночком ухаживать… Лиз, пожалуйста, — после чего весьма фальшиво зарыдала, явно переигрывая и уже еле сдерживая почти истерический смех. Под конец и вовсе уткнулась в заметно округлившийся животик подруги и только тихо похрюкивала, не в силах даже смеяться нормально. В этот момент, Соул подскочил с места, снова пытаясь завладеть моей бренной тушкой. Но меня спасла Патти. — Это Спа-арта-а-а! — крикнула она, запрыгивая на Эванса сверху и устраивая себе скачки, крича что-то про жирафиков. Да уж… Вроде сколько времени прошло, а они всё не меняются. Так, по мелочи если только… Вот, людям уже по тридцать лет, а они всё так же дурачатся… Я сидела на полу, держась за живот и просто помирала со смеху. Патти прекрасно справлялась с объезживанием этого «буйного скакуна», при этом умудряясь ещё и махать над головой отвоёванной у него же футболкой. Сзади меня стояла улыбающаяся Лиз, которую обнимал не менее счастливый Кид. Где-то там стоял БлэкСтар, пытающийся вырваться и помочь другу, но его прекрасно сдерживала Тсубаки, казалось бы, не прилагая к этому никаких усилий. Через пару секунд, в комнату, с криками, мол, папа, мы тебе поможем, ворвались забытые всеми близнецы. Но, по-моему, только мешали ему скидывать с себя цепкую Патти. Мало что изменилось за эти годы. Ни Лиз, всё так же уделяющая большинство времени своей внешности, а из-за растущего живота ещё и постоянно жалующаяся на это. Ни Кид, постоянно причитающий на тему того, что у его жены не симметричный живот. Ни БлэкСтар, который, не смотря на всю свою мудрость, так и не смог удивить богов, и уже тем более не отказался от эпатирования публики (и богов включительно). Ни Тсубаки, не растерявшая своей грации и царственности, даже не смотря на частую компанию в виде «звезданутого» и пятилетнюю дочку. Ни Патти, которая, не смотря на то, что за ней вот уже год, как ухаживает парнишка – новый Тёмный ангел – не отказалась от своей детскости. Ни я. Да и зачем нам меняться?.. * * * — Поэтому, не справившись со всеми этими монстриками, он просто-напросто телепортировался куда подальше. Как оказалось, под кровать в нашей спальне, — рассмеялась я. — Его, правда, быстро нашли – Энди с Майком на удивление хорошо чувствуют его силу. Вот так вот, — я сидела на полу всё в том же коридоре на нижнем этаже Академии. Перед фотографией старого друга. Приходила сюда хотя бы раз в месяц и рассказывала о своей жизни. И всё равно, слышит он меня или нет. По идее, не слышит, ведь тогда – много лет назад – лорд Вор использовал всю его душу в своих целях. Вот только я чувствовала его присутствие. Чувствовала тёплую улыбку, чувствовала поддержку, когда она мне была так нужна. Видела его глаза, смотрящие на меня с укором, когда я не выдерживала и начинала плакать. Он был рядом, что бы там не говорили эти «эксперты»! Я приходила, когда хотела побыть одна, и даже Соул не смел мне мешать. Он понимал. Он слишком хорошо понимал меня. И даже когда я решила, что если у нас родится мальчик, мы назовём его Майком, он не стал возражать. Даже в глазах его я не увидела никакого протеста… Слишком понимал… А я понимала, что моя утрата – ничто по сравнению с тем, что потерял сам Эванс за всю свою жизнь. Поэтому, когда услышала, что в случае того, что родится девочка, мы назовём её Эндрея, я тоже против не была. И могла только догадываться, почему именно это имя. Что-то подсказывало, что первого Дарка звали именно Энди. Так звали первого человека, посмевшего украсть его сердце… В любом случае, мы оба не угадали, и у нас родились близнецы. Мальчик и девочка. Майк и Эндрея. Я сидела перед Его фотографией и рассказывала ему всё. И чувствовала его поддержку. Он со мной, и я верила в это. И не важно, что говорят остальные. «Эх, Мака, — раздался знакомый голос. — Ты так и не поняла? — в голосе Богини была улыбка. — Ты дала ему часть своей души. И потом… и потом, Мака, ты назвала своего ребёнка в его честь. Ты что, не знаешь силу имени? Мака, я кого воспитала? Он с тобой, милая. Всегда был». После этих слов Лиры я… я взяла, и банально расплакалась. Разрыдалась, словно девчонка. — Так и знал, что ты здесь, — услышала я голос Соула. — Эй, ты чего? Мака, ты чего? — такого я уже не выдержала и бросилась к нему, не в силах успокоиться. Тяжести моего тела он всё же не выдержал и мы вместе осели на пол. Я устроилась у него на коленях, обняв сильно и рыдала, уткнувшись носом в шею. Он поглаживал меня по спине, шептал что-то успокаивающее, но я не слышала. А в голове звучал Его голос. Не знаю, показалось мне, или нет… Вполне возможно, что я лишь приняла желаемое за действительность, но насмешливое «плакса» прозвучало в моей голове весьма чётко. — Успокоилась? — с улыбкой спросил Соул, когда даже на то, чтобы плакать у меня просто не осталось сил. Я кивнула. — Вот и отлично, — шепнул он, вытирая мои слёзы рукавом своей кофты. — А то ты мне всю шею в своих соплях измазала, — ему всё ещё удавалось успокоить меня. Даже спустя столько лет совместной жизни, он умудрялся бесить меня, умудрялся злить… Умудрялся заставлять улыбаться, даже если всего пару секунд назад я навзрыд рыдала. Мои возмущённые вопли и его радостный смех разносились по всему коридору, отражаясь от глухих стен. Мы сидели с ним на холодном полу и обнимались. Я была просто до неприличия счастлива. — Ты знаешь, столько лет прошло, но Он до сих пор смотрит на меня… мол, обидишь её – убью, — прошептал на ухо Соул. Я чуть поёжилась от подобной ласки. Было приятно, хотя щекотно больше. — А на меня Он постоянно смотрит с укором, — улыбнулась. Я не стала спрашивать, знал ли он. Привыкла, наверное, доверять ему. И дальше мы сидели молча. Было хорошо и спокойно. Я чувствовала заботу о себе. Не только с Его стороны. Обо мне заботился Соул. Ками, сама долго переживавшая, что Спирит оказался тем самым лордом, а она и не заметила. Друзья. Обо мне заботились мои дети. Эти два монстрика слишком хорошо «читали меня». Да и других, тоже. В них слишком чётко виднелась сила. Чувствую, Другие Миры ещё содрогнутся. Потому что за всю историю, в них ни разу не было двух Дарков сразу… — О чём думаешь? — тихо спросил мой муж. Боже, прошло столько лет, а я до сих пор к этому статусу не привыкла. Даже спустя столько лет, я вспоминаю, как мы с ним собачились, как орали друг на друга. Впрочем, будто что-то изменилось. Знаете, в последнее время вместо «любви до гроба» у молодых более «модна» «любовь до брака». Повезло, наверное. Даже брак нас не разделил. Потому что это нечто большее, чем просто любовь. Он же всё-таки мой Страж. Тут такое замешано, что лучше и не вникать! К тому же, мы столько пережили, что нас уже, наверное, ничего не разделит. Будто тогда на Воре всё закончилось… Ха! — Всё пытаюсь представить, как ты выглядел снизу, и не написать ли мне объявление в газету, мол, требуется меyталист, дабы заглянуть в настолько давнее прошлое, — улыбнулась я. Спустя столько лет, мы привыкли друг к другу, мы могли шутить даже над этим. Другое дело, что всё-таки старались этого не делать. Потому что прекрасно понимали друг друга. Но… Неужели я упущу такую возможность? — Боже, Албарн… — закатил глаза Соул. Моё выражение лица было самым, что ни на есть довольным. А потом, он вдруг начал меня щекотать. Я взвизгнула, и мой визг разнёсся по всему коридору. Но на этот раз мне удалось быстро вырваться. После чего, мы устроили забег на длинную дистанцию. А учитывая то, что потом мы выбрались в саму Академию, то с препятствиями. А потом и просто по улицам города Смерти. Города, дарующего жизнь… — И ничему тебя жизнь не учит, принцесса, — тяжело дыша, выдохнул Эванс, прижимая меня к стене какого-то тёмного переулка, в котором, по закону подлости оказался тупик. — Я быстрее тебя бегаю, когда же ты это запомнишь? — А мне, может, нравится бегать? — улыбнулась я, чувствуя, что выдохлась. — Так что догоняй, мой принц… — ехидно так. После чего последовал закономерный поцелуй. «Дурдом», — пронёсся в голове не менее ехидный голос моего лучшего друга. И пусть они говорят, что у него нет души. Кто им поверит-то?..

Автор в шоке, Автор хочет лайков и отзывов!)