Всем богам назло.

      День на Набу клонился к закату, когда его корабль приземлялся на планете. Золотисто — розовые лучи солнца отражались в водной глади озёрного края, будто миллион фламинго, отлитые из золота.       Зелень и озера мелькали так быстро, и так завораживающе, в стекле кабины пилота, что он невольно залюбовался, уставившись в одну точку перед собой. Прилетая каждый день с "работы" домой, он специально пролетал так низко, как только это было возможно, чтобы ещё раз полюбоваться и в этот момент он был счастлив.       Счастлив видеть великолепный закат, счастлив видеть её каждый день рядом с собой, такую красивую, счастлив от того, что война наконец закончилась. Его жизнь была счастливой. Он чувствовал это каждой клеточкой своего тела.       Наконец корабль сел на взлетно — посадочной площадке у дома, их дома. Огромный замок, с множеством открытых террас и балконов, обвитых фантастическим плющём и виноградом. Последние лучи солнца озаряли замок, когда открылся трап и он шагнул на планету. -Папа! Папа! Ты прилетел! -Уряя! Папа вернулся! - Вторили друг другу бегущий к кораблю мальчик чуть постарше и девчушка лет 6, еле поспевавшая за своим братом.       Мальчик был одет в черные легкие штаны и тёмно - синий камзол, расшитый золотом на манер военной формы, который был сшит на заказ и не снимался мальчишкой сутками, лишь с одной целью — быть похожим на отца!       Его дочь бежала следом в легком розовом платьишке с множеством воздушных подъюбников как у принцесс, каштановые кудряшки прыгали от бега в разные стороны и если бы он не знал, что это его дочь, то вполне бы мог принять её за мишуру вперемешку с серпантином, уносимого ветром после бурного карнавала. -Люк, Мара, идите обниму мои крошки! - Дети проворно обвили своими маленькими ручками шею отца, и принялись хохоча расцеловывать его в обе щёки. Он засмеялся им в волосы и произнес: -А, где мама? -Мама на причале, любуется закатом и сказала, что ждет своего любимого мужчину. - Смеясь ответил Люк. - А я думал - я её любимый мужчина! -Чуть надувшись добавил мальчик. -Нуу, ты её самый любимый мальчик, а я самый любимый мужчина. - Улыбаясь ответил отец. -А я! А я, тогда кто? - Игриво спросила Мара, играя с волосами отца. -А ты наша самая любимая принцесса Мара Падмэ Скайокер. - Сказал полусерьезно и максимально торжественно мужчина, одновременно "сражаясь" носами со своей дочерью. -Ну всё, живо в дом! Мыть руки и за стол, а я пока схожу за вашей матерью.       Дети послушно побежали в дом, попутно толкаясь за право быть первым у раковины с водой.       Он неспешно встал, глядя на детей, провел пятернёй по волосам, а затем быстрым шагом направился к причалу.       Она стояла спиной к нему, в просторном платье цвета ванили. Безусловно тоже любовалась уходящим днем. Легкий шелк струился по её маленьким плечам и огромному животу, который был почти незаметен сзади — он просто знал...она была беременна, его ребенком. И эта мысль пьянящим маревом стелилась в его голове.       Он подошел почти незаметно, для обычного человека, но она почувствовала его приближение - в силе, лишь только его корабль начал входить в атмосферу Набу.       Он протянул к ней руки, и обвил сзади её, и её огромный живот, одновременно зарываясь носом в волосы, и вдыхая знакомый аромат. -Рей. - Сказал мужчина. -Бен. - Ответила женщина.

* * *       И в тот же миг, на разных концах галактики, будто вырванная из своей стихии рыба, одновременно просыпаются двое, он и она.       Тяжело дыша, она вскакивает с кровати, утирая дрожащей рукой холодный пот со лба. -Что это было? - В недоумении спрашивает Рей. -Не знаю. - Отвечает не менее обескураженный Бен. - Кажется я была счастлива... -Я тоже...