Черные незабудки

      Вася лежал на скрипучей больничной койке, уставившись в потолок. Ему, конечно, не вперво́й приходилось оказываться в противном учреждении с надоедливым персоналом. Белые обшарпанные стены, белый потолок, белые двери, белые халаты... Атмосфера навевала тоску и печаль. Иногда хотелось начать писать стихи... Но попытки каплея вечно заканчивались появлением раздражения вдобавок к унылому настроению.       Скучая в палате, Кот начал обдумывать различные жизненные ситуации и вновь попытался сочинить стихотворение, но конец каждой поэтической мысли сводился к их утреннему разговору с Мурой. Попытки заснуть тоже заканчивались неудачно из-за дурацких воспоминаний. И зачем только ляпнул, что хочет уехать? Куда он денется? Разве сможет бросить Женю, да и как отнесется к переезду начальство? Но ведь остаться уже не получится... Он офицер и мужчина, а значит обязан держать слово. Стук в дверь палаты вырвал Ионова из невеселых раздумий. — Кого там ещё чёрт принес? — буркнул себе под нос Кот, — Да, кто там? — Почтальон Печкин, — послышался голос за дверью. — Бизон? — Нет, блин, Кот Матроскин. Лови! — сказал Тарасов, зайдя в помещение вместе с Физиком, и кинул авоську с апельсинами.       Вася ловко поймал фрукты и отложил их на тумбу рядом с кроватью. Но на лице появилась лишь ожидающая, печальная улыбка, парень надеялся увидеть Женю. — Неплохая реакция для больного, — в дверях появилась фигура той самой девушки.       Немного постояв в проёме и дав Коту насладиться ее появлением, Мура все-таки прошла в палату и присела на край кровати. — Как ты? — Нормально, - тепло улыбнулся Вася, — Денёк другой и снова в строй. — Ну Котяра, ты у нас прямо поэт! — усмехнулся Бизон. — Стихи писать не пробовал на досуге? — поинтересовался Физик. — Некогда мне, Серёга, некогда..., — соврал Кот и тут же поджал нижнюю губу.