Deception.

***

Чимин пребывал в ужасе. 'Две полоски' Ведь омега вообще не планировал заводить семью в таком возрасте. Он хотел спокойно отучиться и сделать свой маленький бизнес. Он давно о нем мечтал, с самого детства он хотел, чем-нибудь владеть. Но, пришел какой-то Альфа, сделал ему ребенка, который испортил все его желание и мечты, и скорее всего Альфа его просто бросит. Ну, или захочет аборта. А самое ужасное - заберёт его к себе и не даст видеться. Но омега не станет, убивает не в чём неповинное дитя, и тем более отдавать это дитя хоть он совсем нежеланный. Даже если его никто не примет. - Ну что? - Ты! Я... - Шок ещё не отошел. Ещё чуть-чуть и он готов разрываться. У него надежда, что Чонгук примет его, что омега не останется с ребенком на руках, без образования, и с отцом. Что этот ребенок не поставит окончательный крест на его только молодой, начинающей жизни. Он ведь не к такой жизни готовился. Совсем не к такой. - Значит, будешь рожать. - Это ты так решил! Ты? Я не буду с тобой рожать! Даже и не мечтал. - Гордости у него хоть отнимай. Все-таки это его ребёнок, и ни о каком кресте и речи нет. Он студенческий отпуск возьмёт или возьмёт заочное обучение, на худой конец бросить его, но ради пока ещё двухдневного плода, он уже готов горы покорять. - Я и не мечтаю. Я знаю. Рожать ты будешь под моим присмотром. И жить теперь ты будешь тут, потому что я так сказал. И это обсуждаться не будет. - ПФ, и не посмею. - Еще как посмеешь. Я договорюсь, чтобы назначили ужин с твоим отцом и с моими родителями. Я признаю, что это моя ошибка, и я отвечу за неё. А пока, выпей таблетку и иди снова есть. Пока твоя еда не усвоится в организме, ты из-за стола не выйдешь. Хоть всю ту еду верни в унитаз, её у нас много. Омега шмыгнув носом, умылся и вернулся к столу. Его, слава богу, больше не тошнило от еды, и он еле как её в себя запихал. - Мне нужно вернуться домой. Мне еще уроки надо делать. - Наши родители уже скоро придут, и мы все решим. Ты можешь идти делать уроки в свою комнату, там, где ты переодевался. И повторюсь еще раз, именно для тебя! Ты не уйдешь теперь отсюда, в универ тебя будет водить мой человек. Чимин лишь глубоко вздохнул, и отправился в свою теперь комнату. Омега не хотел спорить с Альфой, а решил, что всё это дело решиться за ужином вместе со всеми. Когда он зашёл в комнату, то начал её осматривать. Сначала он её не полностью разглядел, а теперь помимо того расклада, который он увидел ранее находясь в этой комнате находит большую кровать, письменный стол, диван и кресло. Так же заметил, что комната была выкрашена в нежно-оранжевый тон, что не напрягал глаз и ему это понравилось. А ещё есть вторая дверь в ванную. Комната ему нравится, даже лучше его бывшей. У Чимина была с собой только сумка с тетрадями и учебниками, и телефон. С одеждой он потом разберется, а сейчас ему нужно сделать только уроки. Но мысль о том, что под сердцем у него находится кто-то, не выходила из головы, и не выйдет ещё долгое время. Он не может ни на чём сосредоточиться. Правда то, что сказал Чонгук, или он просто разбрасывается словами? Как он будет жить дальше? Что скажет отец? Что подумает о его сыне? А что скажет семья Чона? Вряд ли Чимин сможет сегодня сделать из уроков хоть что-то.

***

- О, ты очнулся. - Чонгук? Это ты? Правда, ты? - Омега подскочил с кровати и обнял своего Альфу. - Боже, я так сильно по тебе скучал. Ты почему у меня так редко бываешь? Начали запрещать ходить? Но как, я ведь выздоравливаю…? - Да неужели? Все, правда, было сном? Настоящим? Господи, Чимин в эту минуту так счастлив. Чонгук улыбнулся Чимину, поцеловал его в лоб и обнял. Он ничего не говорил, а только гладил по голове. - Ну, пожалуйста, скажи что-нибудь. Я по тебе так сильно скучал. Но вдруг Чонгук прервал объятья и встал перед омегой. - Чимин? А давай, прыгнем? - Что? Ты чего? Шутка очень плохая, Чонгук. - Я, правда, не шучу. Я прыгну, а что тебе в этом мире делать без меня? У тебя ничего не останется без меня, так зачем же оставаться? Мы можем сейчас прыгнуть с окна и вместе умереть. – Чонгук сломал одним ударом замок и развернулся к Чимину. - Вместе навсегда? - Нет! Я не буду умирать! Я знаю что ты! Ты, моё воображение! Тебя не существует! Ты погиб! Ты мое воображение! Да! И я не пойду никуда! Я останусь тут и никуда не пойду. Ты не Чонгук, нет, он уже умер. Да! Он умер. - Даже... вместе со своим сыном? - К Чонгуку подошел его сын, и взял за руку. - Папочка? Мы ведь пойдём вместе? Ты же не оставишь меня? Глаза, цвета карие. Темно карие глаза, в которых видна бездна. В них вселенная, звёздочки горят. Чимина в них затягивает, в этом мирок. Эти глаза Чонгука. Он ведь так мечтал, чтобы глаза были именно его. Пусть он все отнимет у своего папы. Пусть отнимет густые волосы, маленький нос, пухлые губки, маленькие ушки, пальцы, ноги, руки, все все все, но глаза... Глаза чтобы были его. Чимин не знает, правда ли у их сына темные глаза или нет. Чимин не знает, чьи он взял нос и губы. Он не знает, и никогда не узнает. То, что перед ним сейчас стоит, это плод воображения. Это шизофрения. И он это понимает. Это не его настоящий сын. Он далеко на небе, вместе с отцом, но не тут, не перед ним. - Нет. Я никуда не пойду. Нет. Вы ложь. Вы мое воображение. Вы не правда. Я не пойду. Нет. - Ему становится все тяжелее и тяжелее на душе от этих слов. Он никогда бы в жизни не сказал такого, никогда. Но он обещал, хоть и плоду своего воображения, но он обещал, что он поднимется на ноги. Пусть теперь без мужа, пусть. - Сынок, нас папа любит, но сейчас он нас оставит одних, но я тебе обещаю, он придёт к нам.- Потом Альфа посмотрел на омегу взглядом полной любви. - Мы тебя с сыном очень любим, и мы будем ждать тебя. - Нет! Не умирайте, прошу! Нет! - Чимин опустился на колени и начал кричать и плакать. - Не оставляйте меня! Не оставляете! Зачем вам умирать? Нет, прошу.…

***

В дверь Пака постучали. - Да? - Господин... то есть Пак Чимин? Господин Чон его семья и ваш отец уже пришли. Вас просят пройти вниз. - Да, хорошо. Помощник вышел из комнаты, а Чимин, дописав конец конспекта, собрался и вышел из комнаты. Он не переодевался, потому что смысла в этом не видел. Только подправил макияж, и снова накрасил губы блеском. Когда он подошел к столу он увидел своего отца, родителей Чона и его самого за обедом, еды было много, а теперь ее еще больше. - Пак Чимин? - Первый отозвался отец Альфа Чона. - Здравствуйте я Чон Хомин, а это Чон Джихён, мой супруг. - Да, здравствуйте. А это мой отец Пак Сумин надеюсь, вы уже познакомились. - Да, успели уже, но нам очень приятно ваше воспитание. - Раз мы уже все познакомились, прошу пройти к столу. - Чонгук всех вежливо позвал за стол. Чимин на самом деле его никогда таким не видел. Таким уважаемым? - Что за повод был нас собрать? - Первый задал вопрос отец Чона - Хомин. - Отец. Произошло не что иное, как проблема. Дело в том, что Пак Чимин носит под сердцем моего нашего ребёнка, и хотел вам об этом объявить. - Чонгук говорил спокойно и на последнем слове засунул разрезанный кусок, теперь уже говядины. Омега выпучил глаза на Чонгука и медленно начал смотреть на реакцию родителей обоих сторон. Все были в шоке. Родителям Чона, скорее всего за то, что их сын об этом объявил так открыто, а отец Пака просто об этом не ожидал. - Ну и что ты предлагаешь? - Первый прервал тишину папа Чона Альфа. - Я хочу этого ребёнка, и я могу... Нет... Я смогу взять ответственность за него. - У Чона невозмутимое лицо. Нисколечко. Странно только то, зачем ему это надо? - Почему именно ты? А мой сын не будет принимать в этом участие? - Подал голос второй Альфа. - Этого я не говорил. Я просто подумал, что вашему сыну нужно учиться, и он не захочет брать ответственность за ребёнка. Странно, что ел только один Чонгук. Либо он пытался сделать вид, что проблемы нет, либо и правда ему кажется, что ребёнок это не проблема. - С чего ты взял? Ты даже со мной не советовался, а уже принял решение. Я ведь ясно дал тебе понять, что я смогу сам воспитать ребёнка, а ты можешь, об этом не беспокоиться. – Чимину явно такое не нравилось. Кто такой этот Чон Чонгук, чтобы ещё и забирать его ребёнка? - Так, а может вам вместе ребёнка воспитывать? Стать, к примеру, семьёй? – вдруг предложил отец омеги. - Нет! Я не хочу вместе с ним жить и воспитывать моего ребёнка, по крайней мере, сейчас я не могу с ним жить. Я предлагаю Чону ни о чем не беспокоиться, и просто платить элементы, вы я вижу, что обеспеченная семья, и нисколечко не сомневаюсь, что обеспечить вы ребёнка сможете, но я ведь тоже его папа, и я ни за что не брошу моего ребёнка, только ради своего будущего. - Ребёнок наш. И воспитывать будем его мы в моем доме. - Мы не будем воспитывать моего ребёнка в твоём доме. Я тебе сказал, как хочу я. Либо так, либо никак. Да и зачем вам такие трудности? Ты молодой Альфа, и ... - Хватит спорить! – отец Чонгука стукнул рукой об стол. – Я такого терпеть, не манерен. Я предлагаю вам заключить брак и жить вместе. Живите вместе, раз вы оба так хотите воспитывать его. Вообще в этом проблем не вижу. Я не вижу варианта сейчас ссориться, а потом ещё не дай бог идти через в суд. Нам же этого не надо, так? - Вы хотите сказать, что я должен буду с ним жить под одной крышей так ещё и стать официально ему мужем? К тому же мы даже недели не знакомы! - Вы оба виноваты в этом. И вам обоим нужно расплачиваться. - Папа Альфы тоже не отставал и тоже принимал этот вариант решения. - Но… - Чимин. – Отец Чимина был, конечно, зол и даже шокирован таким последствием от своего сына, но решать ведь что-то нужно. - Мы с родителями Чона видим только этот вариант. Ребёнку нужна семья, а не разногласие с обеих сторон. Глядишь и свыкнетесь. Вас никто не заставляет жить в одной комнате и в маленькой квартире. Мы достаточно обеспеченная семья и можем купить, к примеру, дом. - А что останется над нами? Какую роль мы будем играть? Вы купите дом, кровать, одежду, я в прямом смысле сяду вас на шею. Нет, я так не могу. - Чимин, нам не составит проблему в виде денег, ты не должен об этом беспокоиться. - подал голос Чонгук. - Чонгук! Пойми, я так не могу! - Пак Чимин, верно? Я помогу тогда тебе устроиться к нам на работу, раз ты не понимаешь финансовые условия. Меня не составит труда. Будешь работать на нас и плюс стипендия - что ты, кстати, можешь тратить на свои нужды, но поверь, в этом нет необходимости. - Я согласен работать. Я созвонюсь тогда с вами, и вы мне подберёте работу по специальности и график работы, чтобы при этом не мешать учёбе. Все-таки я хочу закончить то, к чему так стремился. И да, - омега перевел взгляд на Чонгука, что все это время наблюдал и внимательно слушал речи Пака, чтобы если что вставить аргумент. Чонгук, правда хороший, и омега уверен, что они смогут воспитать их сына. Что Чон, не смотря на свою избалованность, сможет взять ответственность не только за ребёнка, то так же и за омегу, что скоро будет являться законным мужем. Позже взгляд перевелся на родителей Чона, что произвели хорошее впечатление на самого Пака. Ведь, если бы не их доброта и, к примеру, настойчивость, его ребенка бы отняли, и ни суд, ни договор бы не помог. Чонгуку и, правда, повезло с родителями. Они его любят и так же ценят его. Может он и избалованный, но достаточно воспитан. Он воспитан, прежде всего, на ответственности, ведь в будущем ему ещё и компания отца достанется, а это нехилое дело. И наконец, глаза дошли до желаемого, за кого он готов свою жизнь отдать - на своего любимого отца. Хоть он у него строг, но максимально справедлив. Отец, как никогда будет поддерживать своего сына до конца. За неопытность и неаккуратность в своих действиях он проучит но, тем не менее, научит, как исправлять огромные ошибки в жизни. После смерти своего мужа, первое, что он пообещал, так это достойно воспитать своего сына, и он горд за него, что тот смело, мог встать за своего ребенка, что тот не испугался ответственности, и до последнего бился, что воспитает его сам. Он, правда, горд, и от гордости он улыбается своему сыну, поддерживая все его желания и решения. Он уже вырос, - отец, я готов выйти замуж за Чонгука, раз... Это единственный выход в ситуации.