Burning Out (Выгорание)

Первый раз.

      Это был звук рвоты Чуи, который разбудил Дазая и вывел его из полусонного состояния. Он медленно вошел в ванную и увидел, что Накахара прислонил голову к фарфору унитаза, так крепко сжав чашу, что его костяшки побелели. Осаму прислонился к раковине, скрестив руки на груди, его пальцы впились в бинты. Он внимательно изучал рыжика. - Ты выглядишь, как дерьмо.       Чуя повернулся, чтобы взглянуть на него, и узел в животе суицидника слегка ослабел, когда он встретил голубые глаза и не обнаружил на них никаких красных отметин, окрашивающих бледную кожу. Накахара открыл рот, но его снова вырвало, прежде чем он смог ответить. Шатен стиснул зубы, проглотил позывы к рвоте в горле от запаха. - Я чувствую себя, как дерьмо… - хрипло ответил Накахара, когда спускал воду в туалете. - Да, я понял.       Дазай протянул ему мокрую тряпку для мытья посуды; сделал вид, что не заметил крови в уголках его потрескавшихся губ. Рыжик принял это с бормотанием благодарности и вымыл лицо, прежде чем подняться. Он прислонился к стене с закрытыми глазами, бледный, как простыня, его дыхание прерывалось. - Я собираюсь принять душ. - Думаешь, ты сможешь это сделать? - Да. - Ладно.       Шатен повернулся, чтобы оставить его в уединении, но Чуя окликнул его, прежде чем он достиг двери. - Дазай. - Хм? «Принеси мне что-нибудь выпить. Что-то алкогольное.       Осаму задохнулся от проглоченной шутки, которую собирался сказать, когда увидел свои дрожащие руки. - Ладно…       Он закрыл за собой дверь и, глубоко вздохнув, уперся головой в твердую древесину. В его горле был ком, который было невозможно проглотить.       Дазай медленно скользнул вниз по двери, посмотрев на свои руки. Кровь была смыта, но они все еще дрожали, все еще горели от жары, которая пронзила его вены, когда он аннулировал ... эту штуку . Образы вспыхнули перед его мысленным взором: Чуя уничтожает врагов и союзников слева и направо, как бездушный зверь. Это было похоже на сцену прямо из ада.       Суицидник подтянул колени к груди и обнял их руками, внимательно прислушиваясь к звукам из ванной. Сквозь струю душа он услышал глухой удар и проклятия. Дазай вцепился руками в штаны, стараясь не слышать приглушенных рыданий.       Его живот превратился в болезненный узел, когда он понял, что им придется поговорить о том, что произошло. Он не хотел ... Он не знал, как встретиться с Чуей прямо сейчас ...       Дазай встал, когда вода отключилась, вошел в гостиную, чтобы взять бутылку рома. Украденный, конечно. Он налил его в два стакана, наполненных льдом; передал один Накахаре, когда тот вошел. - Спасибо. - тот сделал глоток и нахмурился. - Слушай, ты уверен, что это не вода?       Дазай постучал по бутылке своим стаканом. Звуки невыносимо громко раздавались по комнате. - Чуя забыл, как читать?       Накахара закатил глаза. - Это на вкус, как ничего.       Он допил остатки своего напитка перед тем, как снова налить. Дазай смотрел на него обеспокоенным хмурым взглядом, проверял свой собственный напиток. Ликер обжег его горло, оставив его с внутренним теплом. - У него нормальный вкус. - Странно.       Чуя сел, медленно потягивая второй стакан.       Удушающее молчание растянулось между ними; миллион невысказанных вопросов висел в воздухе, в то время как ни один не смотрел на другой.

***

      Солнце светило в окно, когда Дазай проснулся. Его голова слегка пульсировала. Он оглянулся и обнаружил, что все еще сидит за столом, а в его стакане все еще оставался немного рома. Рядом с ним стояла пустая бутылка со стаканом Чуи. Но рыжика уже не было.       Он встал, чертыхнулся, оперся на стол, когда мир начал вращаться вокруг него. Он обыскал свою квартиру после того, как головокружение утихло, и в конце концов нашел Накахару в спальне, сидящего на подоконнике. - Чуя… - подошел он и слегка потряс. Накахара посмотрел на него с темными кругами под глазами. Он был даже бледнее, чем прошлой ночью. - Ты вообще спал?       Он покачал головой, прежде чем перевести взгляд на пол. - Я не мог. Я ... я испугался, что снова могу потерять контроль ... - Ты помнишь, что случилось? - пробормотал Осаму.       Так что они должны были поговорить об этом, в конце концов ...       Чуя слегка кивнул, закрыл глаза, словно пытаясь скрыться от взгляда напарника. - Смутно ... Я помню миссию. Я помню, что все вышло из-под контроля. А потом ... есть этот ... этот беспорядок эмоций, и я ... я ... я не знаю, я вроде ... я потерял контроль и это ... это поглотило меня ... я помню это ... эта сила горела во мне ... - Он сжал руки в кулаки. - И я помню боль… Это было так больно, но я… я не мог остановиться… Как будто я оказался в ловушке внутри клетки. Я не мог видеть, что я сделал, но ... но я чувствовал это ... вроде ...       Дазай видел, как рыжик сглотнул, прежде чем Чуя поднял на него отчаянный взгляд. - Я убил наших людей, не так ли? - прошептал он дрожащим голосом. - Да… - Дазай кивнул, чуть не вздрогнув, когда его голос зазвучал. - Понятно… - владелец Смутной печали повернул голову и выглянул в окно. - Я… я тоже тебя обидел? - Я в порядке.       Наступила короткая пауза, прежде чем Чуя продолжил говорить. - Вы знаете, я ... В то время как я ... В то время как я был похож на хаос... кажется я мог услышать твой голос ... Я слышал , ты называешь мое имя ... Ты держал меня, не давая полностью потерять себя ... Ты спас меня. Так что спасибо тебе.       Дазай улыбнулся: - Конечно, партнер.       Накахара слегка улыбнулся, прежде чем зевнуть. - Тебе нужно немного поспать. - тихо произнес шатен. - Не думаю, что смогу… - Не волнуйся. - суицидник взял напарника за руку и потянул к кровати. - Я буду держать тебя в безопасности.

Второй раз.

- Чуя! - Дазай подбежал к нему, схватил его за запястье, чтобы вернуть. - Все в порядке, Чуя. Все закончилось.       Тот упал на землю, тяжело дыша. Пот покатился по его лицу, приклеил волосы к его коже. - Это сработало… - ему удалось произнести это между двумя вздохами. - Дазай, это сработало!       Рыжик сверкнул ему измученной улыбкой. - Я мог бы сдержать это, пока я не нуждался в этом! Ах ...       Чуя упал в обморок, его голова упала в грязь. Осаму усмехнулся. - Мы все еще должны работать на финальной позиции.       Он повернул Накахару на спину и начал очищать лицо от пепла и крови. - Ты хорошо справился. Я горжусь тобой.

***

      Чуя проснулся где-то в середине следующего дня. Дазай закрыл книгу, когда услышал тихий стон и шелест покрывал. - Ты вернулся в мир живых?       Рыжик сел и уставился на него с пустым выражением лица и самыми веселыми растрепанными волосами на голове. Улыбка Дазая становилась только шире, чем больше ознаменования закрадывалось в его голубые глаза. - Ах! - воскликнул Чуя через пять минут. Загрузка завершена. - Ты всегда будешь следить за мной, когда я проснусь? - Вы должны считать себя благословенным. В конце концов, вы можете увидеть это привлекательное зрелище первым делом утром или лучше днем. Не многим дана такая удача. - Конечно, что угодно.       Чуя усмехнулся, встал и пошел на кухню, а Осаму следовал за ним сзади. - Как твои дела?       Он прислонился к стулу, внимательно наблюдал за Чуей, когда тот начал совершать набег на холодильник. - Я в порядке. Это не так плохо, как в прошлый раз. Я думаю, что привыкну к ​​этому. - Это хорошо. - Боже, как я голоден…       Шатен поднял бровь, когда увидел, что собирает чиби. - Нет никакого способа, с которым это будет иметь приятный вкус. - Мне плевать на вкус. Мне просто нужно что-нибудь поесть прямо сейчас. - Ты говоришь как Акутагава-кун.       Рыжик усмехнулся. - Ты должен прекратить пытать этого ребенка. Ты сломаешь его. - Это мой план. - Дазай отошел от кресла и подошел к Чуе. - Разбивать людей - это самый простой способ сделать их послушными. Ты лучший пример.       Накахара попытался захлопнуть дверцу шкафа перед его лицом, но Осаму увернулся. - Возвращайся в свое чертово место, вонючая скумбрия. - Я думаю, что твой нос подводит тебя, моя дорогая собачка. Тебе следует принять душ.       Чуя застыл, прежде чем бросить в него нож. - Я НЕ твоя собака !!!       Дазай ушёл с широкой улыбкой. - Не забудь принять душ перед отправкой отчетов!

Третий раз.

- Чуя, мы закончили!       Он постучал по плечу рыжика, чтобы вернуть его. Одетый в любимую шляпу Чуи, он терпеливо ждал, пока его чиби вернется, просто чтобы увидеть, как тот суетится. Белый таял в его глазах, как впитывающееся в тряпку молоко, пока не вернулся прежний синий оттенок и пока он медленно прошел на несколько шагов вперед, прежде чем рухнуть на землю, крича. - ЧУЯ?!!!       Накахара корчился в муках, прижимая руки к голове. - Чуя, все в порядке! Все закончилось!       Дазай опустился на колени рядом с ним и схватил его за руку, но он ничего не мог свести на нет. Все, что он мог сделать, это наблюдать, как его напарник страдает, пока истощение, наконец, не охватило его тело. - Что с ним происходит?! Дазай хотел закричать эти слова прямо в лицо Мори, но он сохранял спокойный голос. - С ним все в порядке. - объяснил Мори после осмотра, видимо, совершенно не обеспокоенный состоянием Чуя. - Что-то должно быть не так. Он не проснулся через два дня, это определенно не нормально! - Дазай-кун, я ничего не могу сказать, кроме того, что он в отличной физической форме. Вы уверены, что не переоценили время, которое он мог провести, возможно?       Он замерз. Это была его вина ...?

***

- Дазай… Ты здесь?       Голос Чуи оторвал его от сна еще через полтора дня. - Я тут! Чуя, ты в порядке?       Облегчение затопило его на мгновение, пока он не заметил голубые глаза, смотрящие мимо него. Взгляд Накахары был не сфокусирован. - Я не вижу… - шептал Чуя дрожащим голосом.       Ледяная дрожь пробежала по позвоночнику Осаму. - … Как... Ч-что?!       Чуя сел и держал руку перед лицом, прежде чем уронить ее обратно на кровать. Он повернулся к шатену. Он искал его, но не смог сделать этого без зрения. - Нет ничего, кроме тьмы… я… - его голос сломался, и он вцепился руками в простыню. - Я вернулся ... правильно? Скажи мне, что я больше не в Порче.       Дазай схватил его дрожащую руку и сжал ее. - Да, ты вернулся. Не волнуйся. Он положил свой лоб на лоб Чуи. - Ты здесь. Ты в порядке. Все закончилось. - Я рад…       Суицидник тяжело сглотнул, когда он снова отстранился, вытерев слезы из уголка глаза. - Как это случилось? - Это, должно быть, побочный эффект от использования Коррупции. Я теряю чувства...       Чуя скрутил ткань простыни между пальцами. - Ваши чувства ...? Не говори мне ... - Я… - Чуя сглотнул, и его голос упал на шепот. - Я не чувствовал вкуса с первого раза…       Кровь Дазая остыла. - И с прошлого раза… мой нюх полностью исчез…       Шатен смотрел; его глаза расширились от неверия. - Что…? - его голос был лишь хриплым шепотом. - Черт возьми, Чуя! Почему ты не сказал мне раньше?! - Мне было страшно! - начал кричать Накахара. По его щекам текли слезы. - Я не хотел этого признавать! Я думал ... я надеялся, что это было просто временно! Я думал, что со временем станет лучше!       Осаму уставился на него, слишком потрясенный, чтобы что-то сделать или сказать. - Дазай… - всхлипнул Чуя. Его глаза со слезами кричали от страха. - Что мне теперь делать…?       Шатен тут же вернулся обратно в реальность, и суицидник крепко обнял его, притянул к себе как можно ближе. - Я буду вести тебя. - прошептал он, проглотив свои собственные слезы. - Теперь я буду твоими глазами.

Четвертый раз.

- Чуя… Нам пора… - прошептал Дазай и невольно притянул его ближе к себе.       Чуя крепко держал его за руку, следовал за своим проводником и напарником со своей обычной широкой улыбкой на лице. Глаза Дазая болезненно закрылись при виде такого рыжика, и он не мог удержаться от того, чтобы втянуть того в крепкие объятия. - Дазай? - Извини... Я... Возможно, тебе придется снова использовать коррупцию...       Он не хотел этого. Он не хотел, чтобы Чуя потерял еще больше себя. При этой мысли его желудок сжался.       Мягкое тепло распространилось по его груди, когда Накахара прислонил голову к его плечу. - Мы посмотрим на это, когда придет время. Я доверяю тебе. - Я знаю. - прошептал Дазай и притянул его ближе, стараясь не плакать. - И в этом главная проблема...

***

- Все кончено ... Отдохни, Чуя ...       Дазай поймал его, когда рыжик упал ему на руки уже без сознания. Шатен опустился с ним на землю, усадил его на колени, прижимая к себе как можно плотнее и ближе. Он не хотел возвращаться с ним в мафию, хотел остаться таким навсегда.       И они остались такими. По крайней мере, пока отряд Черной Ящерицы не пришел, чтобы забрать их.       Дазай лежал рядом с Чуей в постели, осторожно провел пальцами по рыжим волосам, жирным от всех времен, когда Осаму гладил их последние несколько дней. Он не покидал свою сторону кровати ни на секунду. Он не ел и не пил. Время стало неактуальным, когда он просыпался и снова засыпал. Единственное, что имело значение, тот факт, что Чуя все еще дышал, когда шатен просыпался.       Теплое прикосновение к его щеке вырвало его из ментального лабиринта, и он открыл глаза, увидев голубое небо и легкую улыбку. - Слава Богу… - прошептала Чуя, нежно проводя большим пальцем по щеке. - Я все еще чувствую тебя… - Как твои дела?       Он наблюдал, как улыбка Чуи усиливалась и искривлялась, словно он пытался не заплакать, но по его щеке потекли слезы. - Я бы хотел услышать твой голос…

Последний раз.

      Была середина ночи, когда Дазай взял Чую за руку и поднял его со стула. - Еще одна миссия?       Он обнял его, положил голову на плечо Чуи. - Миссий больше не будет. - прошептал он, проводя руками по спине рыжика, тем самым аккуратно вырисовывая на коже буквы.       Следующее использование коррупции будет означать конец Чуи. Он не рискнул бы, даже если бы за это давали по-настоящему высокую, практически нереальную, цену. Ничто не стоило жизни Чуи. Ничто. - Давай убежим, Чуя...       Накахара прижался к нему, после чего осторожно провел пальцами по волосам.

***

      Волны мягко омывали их ноги, пока они шли по пустому пляжу. Их дни были мирными после ухода из мафии. Как будто они были единственными людьми в мире, здесь, в этом пустынном месте.       Чуя брызнул немного воды своими ногами, тихо хихикнул, прежде чем позволить себе упасть на землю. Он широко развел руками, почувствовал солнечные лучи на своей коже, позволяя мягкому песку пробежаться по его пальцам. - Это тепло... Это, наверное, красиво...       Дазай посмотрел на свою улыбку и, наконец, заплакал. Он взял рыжика за руку, прижался губами к его смешку. - Прости… - прошептал он, написав слова на руке Накахары. - Я должен был сделать это намного раньше…       Чуя вытер слезы, прежде чем прислониться головой к плечу Осаму. - Не волнуйся. - Он взял его за руку и положил ей на грудь, чтобы Дазай почувствовал его сердцебиение. - Я тут. Я - это я.       Шатен притянул его ближе, уткнулся головой в плечо Чуи, всхлипывая: - Я никогда не позволю тебе ускользнуть...