Старший брат.

— И чего ваша милость хочет узнать? Про количество не спрашивай, оно тебе ни к чему, как любит говорить ваш Мастер мастеров: «Стар он для обучения», так что на этом и тебе советую остановиться. — Кто тебя обучал? Тебя обучали, видно это. Во всяком случае мне и сейчас. — Только сейчас? Удивил! — Эван двумя руками растрепал свою причёску и ухмыльнулся, — То есть, если бы я тогда не задействовал Силу эту, чтобы тебя на место поставить, ты так и продолжал меня принимать за простого смертного? Эх, поторопился я, надо быть аккуратнее. Ладно, чтобы ты поскорее от меня отстал, расскажу тебе кое-что о себе. И уж не обессудь, но зёрна от плевел будешь отбирать сам, без моих пояснений и объяснений, лады? Оби-Ван приподнимает ладони, принимая таким образом условия своего собеседника. — Жила была одна девушка… Не стану говорить её имя, зачем оно тебе? Просто прими, что она стала моей мамой. А после рядом с ней появился мой отец. Скажем так, был он обучен в вашем Ордене, но что-то не сложилось и он… удрал. В бега ушёл или что произошло, но дело обстоит так. Всё, что в него вколотили, в хорошем смысле слова, в вашем Ордене, он запомнил, но старался не применять в меру своих сил, но иногда было просто никак. То есть нет-нет, но он эти возможности применял, понятное дело, дураком же надо быть, чтобы отречься от такого! Но знать меру — это добродетель. Отец мой будущий это знал и умел пользоваться в меру, чему и меня обучил в силу возможностей. Оби-Ван сохранил ровное выражение лица, не позволив себе даже усмехнуться: анализом услышанного он займётся позже, наедине с собой и датападом с доступом в орденскую Сеть. А тем временем Эван продолжал: — Как бы прозаически это не прозвучало, но маму отец просто выручил в одной беде, ну и закрутился роман, в конце концов окончившись свадьбой и новым семейным очагом. Боялся ли мой папуля, что от их связи может появится вполне себе одарённый, а может проклятый, ребёнок — да откуда мне знать? Я тогда три года рос в уюте и красоте, в круге любящих родителей и родственников. Да только… — Дай догадаться… Ты инициировался? — выгибает бровь Кеноби, стиснув руки в замок. Кривая улыбка и мрачный взгляд исподлобья в ответ. — Да так, что отец за голову схватился. Ему хватало сил и обучения пока купировать вспышки, но он категорически был против обучения в Ордене. Причины он мне и впоследствии не говорил, только вскользь проходился по истории возникновения Ордена и Храма на Корусанте. И всё бы хорошо, но вокруг, по словам папы, начали кружить джедаи и их пособники. Словно учуяли что-то. «Вернее, кого-то, — подумал Оби-Ван, вспоминая монологи в исполнении Джинна. — Всплески в Силе отец нивелировал, но остаточные эманации точно обязаны были остаться… Особенности одарённого. Что же тогда обнаружили и учуяли Ищущие, если так закопошились?» Эван глянул на сосредоточенное лицо своего слушателя, чуть изогнул уголок рта. Поломать голову, отделяя правду от вымысла, в которую превратилась легенда, выдуманная давно Реем Скайуокером, Кеноби придётся изрядно. Но Эван продолжил, вновь погрузившись в прошлое: — Нам пришлось за следующие года сменить несколько мест жительств. Было ли тяжело маме и отцу… Скорее всего — да, потому что это вообще тяжело. А после, когда мне исполнилось шесть, они были решительно настроены вообще покинуть центральные регионы и удрать в окраинные миры, там джедаям и поборникам их делать было нечего, их и так едва-едва хватало на среднее и центральное кольцо. И тут вышло плохо уже нам. Нападение пиратов на транспорт, на котором летели мы всей семьёй, было не вполне понятным, отец так и не смог объяснить, что же послужило причиной: мирное, не военное, да даже не торговое судно это было. Просто пассажирские перевозки среднего класса, не богатый какой лайнер! И всё же маму пираты увезли с собой, меня родители затолкали в какой-то шкаф, велев молчать и не пикнуть. А отец… Он пытался маму защитить… Вспомнил, кем был, да только… А! — МакГрегор махнул рукой, скривившись. — Тренировки — наше всё, — подал реплику Оби-Ван, поняв то, что вышло с отцом Эвана. — Что-то вроде этого. Его серьёзно ранили, нас двоих высадили в первом космопорте, куда отец вынужден был обратиться с заявлением о пропаже. Ну, там и посоветовали оплакать маму и забыть. Сколько таких пропавших было? Да не счесть! Кроме мамы увели ещё четверых девушек красивой наружности. Вот только отец не забыл и забывать не был намерен. «Джедай всегда джедай?» — мелькнула в уме Оби-Вана мысль. Эван мрачно крутил на столе кружку с лумом, грустно усмехаясь своим мыслям. — Когда отец поправился, он занялся моей тренировкой. Вернее, не так… Это он тренировался, а я копировал. Ну и докопировал однажды, что он отволок меня в какой-то медцентр и сделал анонимно анализ крови. Короче, оттуда мы драпали во все лопатки: нам вновь сели на хвост. Судя по всему, анонимно было для других анализов, а никак не на мидихлориан, что б их! Вот так мы и бегали: искали следы мамы по галактике, он учил меня, я выдавал нас желающим со мной пообщаться от Ордена, маня в Силе, и так по кругу. В какой-то момент нам просто дико повезло: набрели на логово отшельника, который был то ли шаманом, то ли колдунишкой местным, но он обучил отца сокрытию. И меня заодно. — Что такое это сокрытие? — подался вперёд Оби-Ван. — Техника, судя по всему, утраченная джедаями. Или забытая за ненадобностью. Она позволяла скрываться от Ищущих, от джедаев в частности. Про ситхов отец ничего не говорил, ведь считалось, что их нет более. — Мне повезло и мастеру, — кисло скривился Оби-Ван. — Но то секрет и на допросе тебе стоит утверждать, что я подобного не говорил. — Каком допросе? — Ну, который тебе могут устроить, если поймут, что ты за птица, в Ордене. Там ещё и стража есть, — пожал плечами Оби-Ван. Эван несколько мгновений смотрел на него, а после протянул: — Далеко пойти сможешь, Кеноби, если раньше не удавят. Блестяще! — Что ты там себе напридумывал — не знаю, и знать не желаю. Сам я тебя сдавать не буду, мне моя голова на плечах дорога: если я тебя сдам, то Энакин мне того не простит, прикипел он к тебе, Галия про это шепнула тайком. И это может иметь далеко идущие последствия, МакГрегор. Про твоих родичей спросил и обучение, чтобы оценить, держишь ты себя в руках или выдашь и меня с головой, если сорвёшься. Укрывая обученного владению Силы, я могу нарваться, пойми меня правильно. — А! Ну да, забыл постулат Ордена: «Если ты не с нами, то ты против нас» — этот да? — Не передёргивай! Орден либерален к таким существам, как ты. Умеешь себя в руках держать — честь тебе и хвала, а сорвёшься с нарезки — тут по твою душу и придут… Ну и по мою тоже, сам же и выдашь, на допросе. — Это ты сейчас так мне подсказываешь, чтобы я смывался из Храма, пока возможность есть? — Ну видишь? Всё на лету схватываешь! — мило улыбнулся Кеноби, расслабляясь. Эван сидел и рассматривал этого представителя Ордена, как очень интересную красочную букашку. Вопроса, зачем Кеноби проделывает такой трюк, якобы проявляет беспокойство про самообладание Скайуокера и о здоровье тушки МакГрегора страдает, не возникало. Оградить ученика от всяких посторонних общений, сделать свою фигуру центром их маленькой вселенной… Прав папа. Ой, прав! — Знаешь, а давай ты мне на один вопросик ответишь честно-честно и я тебе оглашу своё решение вот тут же? Уберусь я от вашей особы или останусь рыбой-прилипалой с далеко идущими последствиями. Вот же ты сволочь! Он ещё и условия ставит! Лицо Кеноби заледенело и он мрачно уставился на собеседника. Желание вмазать по этому участливому лицу напротив стало осязаемым, судя по лучившимся насмешкой глазам яркой зелени, Оби-Ван себя выдал в чём-то. — Говори — и разойдёмся. — Прекрасно! — воодушевлённо вскинулся парень-техник. И всем телом подался вперёд, едва не заставив Оби-Вана инстинктивно отшатнуться. Еле сдержался. — Тогда вот тебе вопрос: какого ляда вы всем скопом разрешаете Энакину общаться с высокопоставленной фигурой ранга Канцлера? Ему заняться нечем, что так настойчив в подобном общении? — Кому заняться нечем? — не понял вопроса добавочного Оби-Ван. — Боже, спаси меня Сила, — скороговоркой прошептал в отчаянии Эван, глянув на Кеноби со смесью жалости и подозрения, что мастер слаб головой, — У Канцлера, конечно, детей нет, знаю про это. Но Энакин ему мёдом намазан, что ли? Чего мотается мальчишка каждый битый месяц как по расписанию в администрацию Палпатина? — Он вообще-то Набу помог отбить! — Да ну? Один мелкий парнишка, случайно сбивший станцию — и ух какой герой? Он один был, а? Один такой красивый? Или там ещё королева отличилась, которая захватила верхушку группировки в своём дворце, а вы с мастером отвлекли того милягу с мечом и дали фору времени такое провернуть? Вот только не вижу, чтобы и вы с Амидалой летали к Канцлеру на огонёк и дружеские посиделки. Что скажите? «А ничего не скажу… Потому что эти вопросы меня как-то обошли стороной», — с внезапным спокойствием, почти убийственным, подумал Кеноби. Он не станет задаваться вопросом, почему эти вопросы задал ему посторонний, а он не задал их Совету джедаев в своё время? Впрочем, нет, задавал, он что-то помнил про свою робкую попытку объяснить, что эти поездки отвлекают Энакина, но был остановлен решительным от Винду: «Так надо!» — У меня нет ответа на данные вопросы, — равнодушно произнёс Оби-Ван. — Ну, тогда простите нижайше, но я останусь в Ордене работать, а вы перестанете искать во мне своего личного противника в воспитании вашего ученика. Я ни на что не претендую в этом направлении, забудьте всё, что вы могли себе напридумывать, мастер. Меня интересуют высокие зарплаты, стабильность этих зарплат, выслуга лет при госучреждении, каким является Храм, а ещё возможность отвозить ваших представителей по всей обширной галактике в целом. Я очень ценю ваше участие к моей персоне, но может прекратите искать со мной встреч и эта, будем надеяться, станет последней? А то ведь зароните подозрения в некоторые политически заумные головы, а страдать станем все втроём: вы, я, Энакин… Оби-Ван стоял на вершине башни, где располагались комнаты медитаций и наблюдал за заходящим солнцем. С красотой и каким-то благоговением, которое он однажды испытал на Татуине, наблюдая за таким же действием тамошних светил, солнце Корусанта конечно же не сравнится, но душу успокаивало. После того, как МакГрегор покинул его в том салоне, Оби-Ван ещё некоторое время сидел понуро на месте. Мыслей было много, слишком много для одного времени. Кеноби глянул в сторону дверей кельи, куда он частенько ходил в последнее время, чтобы найти ответы на преследовавшие его вопросы. "Не лечится это медитациями!" Оби-Ван словно воочию услышал раздавшийся голос этого странного пилота-техника, вздрогнул. А после развернулся, чтобы спуститься на уровень, где находилась орденская библиотека: медитации подождут, а ответы искать надо не в них.