The Memories We Share

Lady Gaga — Dope

Дни постепенно превращались в недели, а недели — в месяцы. Алек привык жить с ложью, которую придумывать уже было совсем не сложно. Он искал причины покинуть Институт, когда не было миссий, а ночами тайно выбирался и бежал к Магнусу, словно подросток. Иззи настороженно поглядывала на него, но он старался не снимать маски несчастного с разбитым сердцем, каждый раз говоря, что ему просто нужно больше времени наедине с собой. В день их «первого» поцелуя как только Алек вернулся в Институт, он перерыл всю библиотеку в поисках информации о людях, которые стёрли свои воспоминания. Нашедшее его не совсем порадовало. Как и говорила Иззи, некоторые не пережили это. Кто-то же принял прошлое и справился с ним спустя долгое время. Но ни одного случая, касающегося отношений и напоминающего того, что происходило с ними, Алек не смог найти. Возможен ли хэппи энд в такой ситуации? Он не знал и, на самом деле, дико боялся проверять. Поэтому с того дня, понимая, что жизнь не имеет смысла без Магнуса, Алек пообещал себе сделать всё и пожертвовать всем, чтобы самый дорогой ему человек больше никогда не почувствовал такой боли. Магнус же пытался справляться с тайными отношениями, в которые его втянул красивый нефилим с голубыми глазами. У Лайтвуда не было другого выбора. Заставлять Магнуса скрывать свои чувства было ужасно, но ещё ужаснее было бы, если бы Мариз, Иззи и Джейс узнали. Каждый день он целовал Магнуса, шепча, что ему нужно ещё время, что его семья не поймёт, что это небезопасно. Магнус кивал головой, но Алек знал, что в глубине души тот считал его трусом. Но лучше так, чем расстаться навсегда. Они справятся. Алек что-нибудь придумает. — Ты когда-нибудь любил? — неожиданно спросил Магнус, нежно поглаживая пресс Алека кончиками пальцев, пока они лежали на влажных простынях в ночной темноте. Сумеречный охотник застыл, не зная, что ответить. — Алек? — Бейн посмотрел на своего парня, почувствовав его резкое напряжение. — Я… — он закрыл глаза, чувствуя небольшую панику. — Нет, я никогда никого не любил. «До тебя», — подумал Алек, но не решился это озвучить. Магнус положил голову ему на грудь, удовлетворённый ответом. Алек выдохнул, расслабившись, и запустил пальцы в волосы мага. — А ты? Он приготовился к длинному рассказу о Камилле, которая разбила Магнусу сердце. Чтоб её. — Не знаю, — тут Лайтвуд прекратил свои движения на голове парня и посмотрел на него. Магнус усмехнулся. — Не удивляйся так. На самом деле… Я был уверен, что любил одного человека, но теперь… Мне кажется, это была просто сильная привязанность. Она играла мной, как её душе было угодно, а я всё прощал и всегда возвращался. Пока в какой-то момент не надоело, — Алек услышал, как ослаб его голос под конец, и продолжил поглаживать его голову. Магнус ластился к его руке, словно котёнок. Сумеречный охотник улыбнулся, чувствуя, что его сердце готово разорваться от любви к этому человеку и от несправедливости, которая его преследовала. — Я живу уже несколько сотен лет. Не пересчитать, сколько раз я влюблялся и со сколькими людьми спал, — Алек вспомнил точную цифру, названную Магнусом на их первом свидании, и тихонько хмыкнул, — но это никогда не становилось действительно чем-то особенным. Пока я не встретил тебя. Сердце Алека пропустило удар. Сколько бы раз он не слышал этого раньше, привыкнуть было невозможно. Он закусил губу, стараясь не расплакаться. Ненависть к самому себе за то, что он сделал с Магнусом, снова заполонила каждую клеточку его тела. — Александр? Тот ничего не ответил. Алек просто опустился и уткнулся лицом в его волосы, вдыхая родной запах и пытаясь наполнить им свои лёгкие. Магнус замолчал, целуя своего чувственного мальчика куда-то в руку, и закрыл глаза, запоминая момент.

***

— Давай уедем. Фраза, сказанная внезапно, заставила Магнуса поднять глаза от своей книги и посмотреть на Александра. — Париж, Лондон, Бали? Или куда твоей душе сегодня угодно? — улыбнулся он. Алек покачал головой, серьёзно глядя на него. — Туда, где ты не был. — Что ты имеешь в виду? — удивился маг. — Ты предлагаешь полететь куда-то на самолёте? Сумеречный охотник сел ближе к своему парню, беря его за руку. — Магнус, давай переедем. Вместе. Бейн моргнул, ничего не говоря. — Магнус? Тот нахмурился. — Ты хочешь уехать из Нью-Йорка? Почему? — Мы не можем здесь быть вместе. — Нет, Александр, мы можем, тебе просто нужно набраться смелости… — Нет, Магнус, не можем, — Алек умоляюще посмотрел на парня, сжимая его ладонь. — Не спрашивай, почему, я просто знаю. Это не наш город, не наше место. Давай начнём новую жизнь. Вместе. — Алек… — Я люблю тебя, — это был первый раз, когда он произнёс это вслух. — Я хочу быть только с тобой. Меня здесь ничего не держит, — он врал, ох как врал. Эта идея появилась не так давно, и Алек не мог выкинуть её из головы. Они бы не смогли быть вместе, открыто, как раньше, здесь, в Нью-Йорке. Это небезопасно для Магнуса. Алек боялся. Очень сильно боялся. Страх заполнял его каждый раз, когда Магнус целовал его. Каждый раз, когда Магнус опускал его на мягкую кровать, их кровать, медленно снимая одежду. Когда они гуляли по городам, где раньше уже были вместе. Алек перестал быть собой. Он всегда пытался делать всё наоборот. Исключить любую возможность, которая могла бы заставить Бейна вспомнить его. Он ходил по узкому канату, ведя Магнуса за собой и больше всего боясь отпустить его. И теперь единственным выходом он видел именно это. Начать новую жизнь. Алек не знал, что скажет семье. И не мог даже представить, как они посмотрят на него, узнав, что он собирается покинуть Нью-Йорк навсегда. Но он должен был. Ради Магнуса. Ради их обоих. Свои ошибки нужно исправлять. И придётся чем-то пожертвовать. Как бы больно ни было. — Я тоже люблю тебя, — сердце пропустило удар, услышав уже почти забытую фразу от любимого человека. Алек потянулся вперёд, мягко целуя Магнуса. — Пожалуйста, — прошептал он ему в губы. Бейн тяжело вздохнул, открывая глаза и глядя на человека, которого он любил так, что сам иногда удивлялся своим чувствам. Никогда за всё четыреста лет его сердце не стучало так. — Хорошо, — наконец ответил он. — Мы переедем. Алек крепко обнял его, выдыхая и обещая себе, что больше никогда его не отпустит.

***

Алек притащил ему чемодан и сказал, что хочет лететь, как обычные люди, с вещами. Магнус усмехнулся, увидев его размеры, и тогда Александр, смешно закатив глаза, разрешил наколдовать ещё один, но предупредил о перевесе. Боже мой, думал маг, как примитивные путешествуют вообще? После этого сумеречный охотник чмокнул его в щёку и удалился в Институт, договариваясь встретиться здесь утром, чтобы окончательно попрощаться с квартирой и поехать в аэропорт. Билеты они купили пару дней назад, размышляв о городе и стране ещё на протяжении недели до этого. Алека тянули к себе серьёзные города вроде Будапешта или Вены. Магнус же предлагал обосноваться в Амстердаме или Сеуле, где он действительно, на удивление, ещё ни разу не был. Другие американские штаты, кроме Нью-Йорка, они отбросили сразу, так как Алек ясно выразил свою позицию, что хочет изменить всё. Что ж, Магнус был не против изменений, особенно, когда они происходили вместе с Александром, которого он любил и который любил его. В груди потеплело от воспоминания того, сколько раз за эти полторы недели они повторили эти слова друг другу, имея сложность насытиться ими. По итогу они остановились на Сиднее. В любом случае, мир большой и всегда есть возможность что-то изменить снова. Магнус уже неделю думал, как преподнести об этом Катарине и Медзи. О том, что он с кое с кем встречается, его подруга знала давно, но он не разглашал имени, равно как и статуса. Александр просил его не говорить об их отношениях никому, и как бы больно Магнусу не было от этого, он согласился, понимая, что уже не может представить жизни без этого нефилима. Он лишь надеялся, что когда-нибудь Алек расскажет ему, почему тот так боится. Маг начал перебирать кучи своих вещей, думая, что взять с собой, а с чем пришла пора расстаться навсегда, параллельно размышляя, как рассказать Катарине о своём переезде. Он надеялся, что когда-нибудь она познакомится с Алеком, и был уверен, что эти двое прекрасно бы поладили. — Мяу, — важно заявил о себе Председатель Мяо, запрыгивая на стол. — Конечно же ты поедешь с нами, — Магнус почесал любимца за ушком. Кот довольно заурчал и прыгнул на самую высокую полку, развалившись там и случайно скидывая что-то, зацепив своим хвостом. Какая-то помятая бумажка упала на пол. Магнус наклонился и поднял её, разглаживая углы и с интересом разглядывая. — Смотри, что Клэри мне подарила, — позвал Магнуса Александр, усаживаясь на кровать и распаковывая подарок. Внутри была какая-то пародия на камеру ярко-розового цвета. Алек покрутил вещь в руках, вопросительно глядя на своего парня. — Это что? Маг мягко рассмеялся. — Это называется полароидная камера, Александр. А мне казалось, я тут древний. Сумеречный охотник закатил глаза и отбросил камеру вбок, принимаясь за другой подарок. — Эй, эй, — Магнус взял её в руки, настраивая. — Что? Зачем она тебе? Тот загадочно улыбнулся и сел рядом с Алеком. — Давай запечатлим окончание твоего дня рождения. — О, нет, нет, нет, — Алек закачал головой, уворачиваясь, но Магнус со смехом притянул его к камере. — Ну пожалуйста, — кошачьи глаза посмотрели на него, и Алек забыл, как дышать, что уж там говорить о нелюбви к фотографиям. — Ладно, — надул он свои пухлые губки, и довольный Магнус, не удержавшись, быстро поцеловал его. После этого маг взмахнул ладонью, и на голове сумеречного охотника появился разноцветный колпачок. — О господи. Бейн рассмеялся. — Ты такой милый. — Давай уже, — цокнул языком Александр и повернулся лицом к камере. Магнус на секунду загляделся на любовь всей своей жизни, чувствуя растекающееся тепло внутри, и счастливо поцеловал Алека в щёку, зажмуривая глаза и делая фотографию. Они выглядели так радостно и беззаботно. Александр открыто улыбался, глядя в объектив. Магнус аккуратно провёл пальцем по его лицу на фотографии, ничего не понимая. Он не помнил этого дня. Они ещё не праздновали день рождения Алека вместе. Фотография снова опустилась на пол, когда голову Магнуса прошибла резкая боль, переходя прямо в грудь, после чего он медленно упал вслед за ней, чувствуя, что задыхается. My heart would break without you/Моё сердце разбилось бы без тебя, Might not awake without you/Могло бы не проснуться без тебя! Been hurtin' low from livin' high for so long/Чувствовала себя подавленной, живя долгое время «высоко»! I'm sorry and I love you/Мне жаль, и я люблю тебя. Stay with me, Bell Bottom Blue/Останься со мной, «Bell Bottom Blue». I'll keep on searchin' for an answer/Я буду продолжать искать ответ, Cuz I need you more than dope/Потому что я нуждаюсь в тебе больше, чем в наркотике.