По следам Коннора

Коннор вышел из гибернации и заозирался по сторонам, не двигаясь, чтобы не привлекать к себе внимание, и автоматически просканировал совершенно незнакомое место. С боем он отключил сканер, к которому не привык, но свои реакции отключить не удавалось. Коннор паниковал. Он лежал на расстеленном пледе, на полу (поскольку у Веля не хватило сил дотащить его до дивана), один в комнате, где была какая-то не лабораторная мебель со светлой обивкой, и сходил с ума от неизвестности. «Бежать на счет 1, 2, 3…» Девиант подскочил на месте, скомкав под собой плед, поскользнулся на нем же, и побежал. Сначала к двери - услышал шаги где-то там, и это заставило его отступить, искать себе укрытие в комнате. «Искать». Перед глазами стояло все то же помещение в обычном режиме зрения. Без автоматического сканирования. Почему эта способность не включается сама, когда ТАК ему нужна? Вымученно вздохнув, андроид побежал туда, где он видел свой шанс на спасение. Шкаф, где совсем недавно кто-то копался, внутри оказался достаточно свободен, чтобы там поместился девиант. Отодвинув в сторону коробку, альбинос подогнул под себя ноги и закрыл дверцы, оставив приоткрытую щель между ними, чтобы наблюдать за происходящим в комнате. В его новом убежище было темно и мягко, никаких острых предметов, лишь вешалки с вещами и пылящиеся внизу коробки, между которых он компактно устроился. Мигавший до этого алым диод постепенно пожелтел, а уровень стресса упал на 22 единицы. Сейчас ему было хорошо, насколько можно так описать комфортное состояние того, кто оказался в незнакомом месте с незнакомыми людьми. Возможно, это как-то связано с тем мастером, который говорил с ним, но наверняка девиант этого не знал. Коннор вообще ничего не знал, и это его пугало. Вель недавно проводил Коннора не альбиноса и сейчас зашел в ванную, чтобы умыться. Из зеркала на него смотрело помятое лицо с русыми волосами и мешками под глазами. Бледнее, чем обычно. Усталость его совсем не красила. Вновь ополоснул водой лицо и со вздохом услышал звуки в квартире. Грохот, шорохи, звук почти что падения. Навалилась усталость, и глаза потемнели. Серые бляшки без бликов смотрели в зеркало, лицо вмиг словно бы постарело. Вель не смог забыть поступок Ричарда, и сейчас его слова вспоминались, угнетали и давили на мозг. Хотя по факту, с ним был тот, кого слишком сильно напугали, кому сделали больно. И договориться было можно, но… Теперь было не по себе. А затем парень натянул улыбку, посмотрел в свой пустой взгляд. Понимал, что сам себе не верит. Похлопал мокрыми руками по щекам, пригладил волосы да вышел. «Ты один. Больше тебе помогать не будут, ты сделал себе это сам», - напомнил себе Вель. Зайдя в комнату, увидел смятый плед и щель в шкафу. Взяв плед, сел неподалеку от шкафа с босыми ногами. Он толком не переоделся после работы даже. Улыбка была вымученной, усталой, но была. - Хэй… Я Вель. Мастер, который тебя починил, - слова ощущались чем-то неловким, да и от усталости уже ничего толком не шло на ум, лишь самое очевидное. – Ты у меня дома… Он обнял плед, собранный в кучку, глядя в щель шкафа. Ноги были подогнуты к груди. Он честно пытался подобрать слова, но голова была девственно пуста. Эти дни были слишком длинными, и человек медленно отрубался. Осознавая, что девиант напуган и ничего не понимает – эгоистично было бы просто попытаться лечь спать, забив на это. Потому Валентайн пытался сделать усилие (точнее, насилие в его случае) над организмом и мозгом в частности. - Здесь только я и ты. Больше… - он запнулся, пытаясь построить хотя бы у себя в голове фразу. – Больше тебя не обидят и никуда не понесут. Ты в безопасности…ты дома. Парень даже раскрыл плед, словно бы приглашал выйти. Понимал, правда, что это бесполезная затея. Опыт реабилитации у него был никакой, обращаться было не к кому. Он не знал, делает ли правильно в данном случае. Потому что пошли тонкие материи. Психика девиантов, как и психика людей – это было очень сложно, а её толком никто не изучал. Очень сложно, когда не понимаешь, какая может быть реакция. И тут уже нет планшета, чтоб все просчитать. Ведь ты пытаешься договориться наживую, как с человеком. Собственное состояние не делало ситуацию легче, потому что голова работала сильно медленнее, чем нужно. И все же за девианта парень переживал. Если честно, он хоть и волновался (ведь риск есть всегда), но не особо верил в то, что старая версия опасна. Пока что все, что он видел – это то, что андроид просто хотел, чтоб его оставили в покое. Немного помолчав, оставил плед около шкафа. Медленно и осторожно. - Если хочешь, останься там. Можешь плед себе забрать, он мягкий, - Вель неловко улыбался, понимая, что несет полную чушь. Вроде, донес и не разлил. Но это не точно. Услышав чье-то приближение, девиант закусил губу и вновь панически осмотрелся по сторонам. Сам загнал себя в ловушку. Ты совсем не хочешь жить, Коннор, если забываешь о таких простых вещах. На одежде вокруг отражался алый рассеянный свет, иногда желтевший. Он не сразу понял, что свет создает диод. Его свечение, как напоминание о такой же агонии в красных и черных тонах, раздражало. Пустота лучше агонии. Все лучше нее. Он захлопнул двери, избегая ответа. Он ведь может не отвечать? Ему за это не сделают плохо? Все равно! Уже плевать на все, только оставьте его в покое, дайте…просто не существовать. Руки сжали голову, вцепившись в белые волосы, и темнота вокруг также сжималась, сдавливала. Что с ним не так, почему его преследуют ощущения, будто его вновь обжигают касания, хотя ничего этого нет? Почему его скин мерцает, сползает и вновь обтекает пластик, будто все касания из памяти повторяются сейчас в реальности, будто он горит на самом деле? Ему не больно, но почему все так предельно остро перетекает из воспоминаний, почему они прокручиваются в памяти на повторе? Потому что у него ничего нет кроме них? Кроме памяти о руках, черных «цветках» оплавления пластика, которые он не видит, но чувствует? Когда помнишь досконально умирание себя, огонь боли внутри, будто можешь умирать так хоть миллионы раз подряд в своей голове. Он не должен этого помнить, не должен существовать…не должен. Темнота давит, уничтожает, заставляет закрыть уши руками и зажмурить глаза, стиснуть зубы. Чернота вокруг как маленькая смерть, и ты в ней один, будто это твое сознание, вывернутое наизнанку – ограниченное, беспросветное, где ты мечешься, и нет ничего кроме этой пустой клетки. Хочется сбежать уже, отовсюду, от себя и своей памяти, разбить голову о стену – уровень стресса уже бил под сотню. Удар головой внезапно заставляет тело упасть (он так просто умер?), но вместо крошащейся на биты программы он видит вокруг свет и ощущает твердую поверхность под собой. Определенно материальную, на которую андроид вывалился из шкафа. Озадаченный этим открытием, Коннор не сразу понимает, что напротив в обнимку с пледом сидит мастер из Киберлайф, а сам девиант неловко растянулся на полу. Андроид тут же подобрался, сел, покосился неуверенно на шкаф и закусил губу – там было темно и теперь уже страшно. Он знал, что снова провалится в воспоминания об агонии, если вернется туда. С другой стороны, человек относительно безобиден, вокруг не лаборатория и ему еще никто не угрожал. А если начнут? Нервно пожевав губу и оставаясь абсолютно нагим, альбинос оцепенел и прикрыл глаза. От внезапной смены обстоятельств уровень стресса упал, и программа самоуничтожения откатилась в неактивное состояние. Чего он боялся? Того, что перед ним человек? Да. Что тот вновь будет играть с его сознанием? Тоже да. Важно ли это сейчас, когда ты умираешь в своей голове раз за разом? Нет. Осторожный взгляд на причину своего страха не приносит облегчения – одна лишь неизвестность. И он один в своей неизвестности, наедине со своей памятью. В тупике. - Мне страшно, - быстро проговорил, опуская взгляд. – Пожалуйста, помоги мне. Валентайн просто сидел, глядя на девианта и ощущая его неловкость. Первые робкие шаги. И он должен радоваться, но почему-то не получается. Внутри только пустота. Однако в голове все равно до конца не уложилась мысль о том, что у него все же попросили помощи. У него, у человека. Потому что парень понимал, что он сейчас хуже врага народа. Чуть ли не изверг просто потому, что человек. Тихо вздохнул, чтобы после подползти на коленях. Не сказать, чтобы смело. И вообще не грациозно, чуть пошатываясь. Накинул осторожно плед на девианта, закутывая нагую фигуру в него. Остался напротив, глядя в шрамированное лицо страдальца. - Тебя пугает собственная память? – Тихо спросил мастер, тяжело оседая напротив. Но взгляда не отводил. Улыбка сошла с лица, и остался лишь уставший человек, который не хотел оставлять одним того, кто и так слишком напуган самим собой. - Я не заглядывал в твои… память и чувства. И не менял их. Расскажи, чего ты боишься, - попросил мастер тихо, но уверенно. Не было уверенности, что хотя бы какое-то из его действий – верное. Только зыбкий песок. Почти безо всякой паники он воспринял приближение человека к нему. Сам позволил, сам попросил о помощи – принимай ее теперь, раз выбрал этот путь. Хуже, чем сейчас, может быть, но маловероятно. Вздрогнул, когда на плечи и тело опустился плед и когда его укутали в него, но по-прежнему не отшатывался и не убегал. Было незачем. Поймал взгляд человека, неохотно, но посмотрел в ответ. Страшно, но уже не так. - Да, именно она, - механически произнес, привыкая к мягкому покрывалу. Человек чем-то напоминал его самого – такой же уставший. Но бывают ли люди несчастными? Он не знал. Зато новость о том, что мастер ничего не менял, заставила сжаться – он такой же как Грейс и умеет то же самое. Еще один ученый. Девиант отвел взгляд. - Я помню, как умирал. Я умер и не должен существовать. Меня нет, есть только его прикосновения и вспышки в темноте. И больше ничего, - он смотрел в одну точку и не двигался. А люди бывают несчастными. И даже очень, но пока это было недоступное андроиду знание. Вель внимательно слушал, а после лучше укутал своего сожителя в плед. Вновь попытался улыбнуться. Получилось не очень, но это была попытка скрыть собственные чувства. Ведь его усталость сейчас неважна. На самом деле, действия того, кто оживил эту копию Коннора, Веля даже пугали. Потому что он видел последствия и не был уверен, сможет ли он с этим справиться. Но попытаться стоило. - Ты есть...и это твой второй шанс на жизнь, - парень старался говорить мягко, вкрадчиво. - Воспоминания останутся, но со временем померкнут. Тяжелый вздох, попытка собрать мысли в одну кучу. - Попытайся думать о том, что есть сейчас. Лучше о хорошем. Ты не в пугающей тебя лаборатории, ты дома, где спокойно и безопасно. Вель немного замялся. - И пусть наше знакомство не задалось, но...я действительно хочу тебе помочь. После этого мастер собрался с духом, запуская вновь память и мыслительный процесс. - Давай лучше поставим тебе обновление, и я объясню, что ты можешь. Это гораздо приятнее того, что ты помнишь. Верно? - Спросил тихо мастер, собирая в голове пошаговую инструкцию тем временем. - У тебя должны перед глазами возникать уведомления об обновлении. Это то, что должно помочь твоей системе стабильнее работать, а так же помочь прижиться в твоем теле новым функциям. Выдохнул. - Когда это окошко у тебя выйдет перед глазами снова, тебе нужно закрыть глаза. Это вернет упрощенную систему управления курсором. Тебе нужно принять обновление. Справишься? Чуть отсел к дивану, так как у него затекла спина. - Я вернул тебе соединение с сетью и оставил пару контактов. Мой и двух RK, на всякий случай. Также у тебя появилась система аналитики пространства и людей, которая включится после обновления, если ты её пытался отключить. Она поможет тебе найти укрытие, покажет, как сделать тебя менее заметным, и поможет разобраться с твоими новыми функциями. Эдакий гид, её бояться не нужно. Это ты, часть твоей личности. Девиант оцепенел, когда Родерик поправил плед, сжался еще больше, потому что его намеренно касались, пусть он и не ощущал больше боли. Почему? Андроид сидел как в трансе и смотрел перед собой в одну точку, слушая, что говорит ему мастер. - Меня нет, - возразил он. - Это уже не я. А воспоминания мои и предельно четкие. Как могут померкнуть записи? И сейчас ничего нет. Что такое дом, и почему мне в нем должно быть хорошо, когда я не понимаю, зачем существую? Он понимал, что не верит. После пережитого не верит, что существует такое понятие, как "хорошо", и нет никакого шанса. Ему страшно находиться здесь, да и в любом другом месте лучше не будет, потому что он твердо знает, что люди калечат. Он даже не может верить Велю. Потому что Грейс хотел того же - стать для него всем. - Какие цели преследуешь ты? - Спрашивает, когда мастер упоминает свою помощь. А дальше становится сложно. Приходится вдумчиво слушать, чтобы понять, о чем он говорит. Уведомления? А они...не изменяет его сознание? Они не опасны? Зажмурившись, девиант все-таки видит то, о чем ему говорят, и в сомнениях светит желтым диодом, не решаясь согласиться. Но все-таки соглашается, продолжая краем уха слушать мастера. Все это сложно, а после соглашения его программа и вовсе переходит в спящий режим на время установки обновлений. Он даже не успевает испугаться и просто застывает, закрыв глаза. Когда же он вновь может их открыть, то все становится на порядок труднее, так как перед глазами куча непонятных параметров, которые заставляют Коннора зависнуть, как школьника перед сложной задачей. Если андроид схватывал все на лету, то девианту, внезапно осознавшему, что он машина, а не что-то с чем-то без самосознания и памяти, приходилось обучаться всему почти вручную. "Почти", поскольку процесс обучения нужно было запустить. И пусть сущность искусственного интеллекта требовала непрерывного потока информации, девианту, как личности, это все казалось нудным и скучным. Он не воспринимал себя, как андроид, как андроид-детектив(!) и военный образец. У него было сознание и набор возможностей, которые он не мог никуда приложить, паникуя даже при простом взаимодействии с человеком. Его пугал этот мир, люди, андроиды и темнота в шкафах. И принять как часть своей личности целый профиль с профессиональным уклоном он мог, вот только... - Зачем? Мне ведь не нужно все это, я ведь, - он боялся, что за следующие слова его деактивируют, но они неистово рвались наружу, - я не знаю, хочу ли я существовать. Я - лишь ошибка. Голова начинала закипать и ломаться, потому что разговор давался парню со скрипом. Он только сейчас начал осознавать, что ему хочется застрелиться: на уставшую голову высшие материи. Ладно, спать и отдых идут немного мимо Родерика сегодня. Улыбаемся и машем. Думаем. - Они уйдут на менее приоритетные места, - возразил парень, вздыхая. – Это сравнимо с «померкнут», так как они перестанут занимать главное место в твоей жизни. Появятся хорошие воспоминания, другие приоритеты. Дом – это квартира, где мы сейчас. Здесь нет никого, кроме нас двоих. Это место, обустроенное мной для проживания и отдыха. Немного поежился, когда девиант спросил насчет целей. Вздохнул и устало поморщился. - Цель – помочь тебе в адаптации. Научить жить, - тихо отвечает человек. И по телу разливается облегчение, что хотя бы на установку обновлений андроид согласился, пусть и видит, что обучающая функция почему-то не помогает. И Вель не понимает, что идет не так. Он видел много раз работу искусственного интеллекта и не понимал, что его блокирует, забывая на сонную голову о действии девиации на механизм сейчас. Однако он честно пытался объяснить, помочь принять все случившееся. Он даже не шевельнулся для деактивации или удара, когда услышал про ошибку. Отобразилась лишь задумчивость на лице, так как надо было объяснить. А слова в упор не подбирались. - Ты не ошибка, - возразил Валентайн упрямо, покачав головой. – Любой заслуживает жизни в безопасности. И простого счастья. Ты – андроид-детектив…и тебе будет хуже, если отключить профильные функции. Это часть твоей программы, как нервная система у людей. Тебе это нужно для того, чтобы чувствовать себя живым. Это как минимум. Ты – живой, просто…очень напуганный. Тихая констатация, почти обреченная: - И это тоже нормально, да. Особенно в твоей ситуации. Но думать становилось все сложнее. Мысли путались, слова в голове - тоже. И паузы становились все длиннее, чтобы человек мог ответить вдумчиво и спокойно. Он ведь честно пытался, но усталость – она была неумолима. Как и недосып. И Родерик откинул голову на диван, продолжая сидеть на полу, чуть обмяк. Прикрыл глаза и ощутил, как медленно отрубается. А ведь его голова просто коснулась чего-то мягкого. Он уронил голову вперед, на ладонь, потер глаза устало. - Прости, я медленно отрубаюсь… Слова мастера успокаивают, и, хотя в эмоциях по-прежнему бардак, сверху на них наслаивается какое-то новое ощущение. Смирение с произошедшим. Покой. Ему пытаются объяснить словами, как ему же будет лучше. С ним ведут целенаправленный диалог, и как он этого не замечал раньше? - Но я и так живой, - несмело возразил андроид, - и я чувствую, кем я должен быть. Но разве это я? Страх… - взгляд померк. – Он везде, он в каждой частице меня. Он гонит, он заставляет меня бежать. Человек засыпал, и андроид изучал его взглядом. На автомате считывал частоту пульса, общее состояние, «неудовлетворительное», но больше изучал его как другое существо, осознанно. Коннор был стопроцентным девиантом и мыслил, как вышедшая из-под контроля программы нейросеть – он изучал поведение человека и добавлял что-то от себя, наверняка это все от обновлений, ведь до них ничего подобного не было. Сейчас им правило любопытство. Неловко выпутавшись из пледа, он осмотрел себя. Что-то новое внутри говорило, что ходить голышом неприемлемо. Взгляд упал на шкаф, и девиант окаменел. Нет, туда он не пойдет. К тому же, вещи наверняка принадлежат Родерику, а мастер будет против. Но задача уже была поставлена. Вздохнув, он оперся на руки и встал, пошатнувшись. Это были его собственные действия, и он не полагался на встроенные программой функции. Он не знал, хорошо это или плохо. Зато новая задача отвлекла его от собственных мыслей, и пусть на него все еще давило незнакомое пространство, он, чуть пригибаясь, крался по квартире. Почему именно так? Коннор не смог бы это объяснить, но искал он вещи также – украдкой. В соседней комнате, явно принадлежавшей мастеру, стоял комод, однако альбинос прошел мимо него. На кровати лежала стопка постиранных вещей, видимо, на случай, когда у техника будут силы ее разобрать. Белые руки ловко перебирали вещи, рассматривали их и складывали обратно – не подходят по размеру. Лишь одна белая футболка достаточно растянулась от времени, чтобы андроид смог в нее влезть. Также он нашел черные шорты в белую клетку, в которые сумел влезть, но они сидели плотно на бедрах. Это раздражало девианта, он ощущал неприятное давление на скин. Постоянное соприкосновение. Поэтому Коннор решил найти замену, стащил с себя шорты, убрал на место и после долгих и бесцельных поисков вновь обратил внимание на шкаф. Сглотнул. Вель спал, сидя на полу. Девиант бесшумно прокрался мимо него до шкафа и тихонечко приоткрыл двери. Заглянул внутрь, сканируя маленькое пространство. Вещи-вещи-вещи, свободные штаны. Андроид снял их с вешалки и отошел от пугающей его мебели, закрыл дверцы, и надел штаны на себя. Удобнее шорт, соприкасаются со скином не везде. Он улыбнулся и решил изучить «дом» более подробно. Если мастер сказал, что здесь только «они», то, возможно, девиант может здесь остаться. И это также дарило чувство покоя.