Ты никогда не сможешь убежать

      — Хммммммм.....       — Тебя опять что-то не устраивает?       — Нет-нет, конечно, меня всё устраивает, ВСЁ УСТРАИВАЕТ, особенно то, что мы прочитали кучу литературы по Гекате и не узнали новым счётом НИЧЕГО.       На лице опять была гримаса ненависти к всему живому, сопровождаемая медленным сжатием потрёпанной книги в руках. Бенджамин закусил губу до крови и уже собирался порвать несчастное издание, как тонкие ручки вовремя успели в ответ сжать книгу по мифологии и аккуратно, но настырно, забрать несчастную у блондина, положив на стол подальше от него. Крепко сжав кулаки, парень медленно вдохнул и так же медленно выдохнул, предварительно прикрыв глаза, дабы хоть на мгновение не видеть столь ненавистный мир. Медленно подняв веки, Бен снова повернулся к ноутбуку и задумавшись о чем-то на мгновение, перевёл взгляд на девушку.       — Единственное, что мне остаётся сейчас, это, к сожалению, положиться на знания твоего брата и что они мне хоть как-то помогут. Если ты завтра всё испортишь, то я испорчу твоё бледное личико.       — Кстати об этом, — Лари осторожно подняла глаза на недовольного Лоумана, робко заправив прядь бленых русых волос за ухо — так как ты хочешь всё это провернуть? Будешь в телефоне?       — Я как-то пробовал свести одного парня с ума через телефон, но это такое тесное и некомфортабельное место, что чёрта с два я туда полезу. Если я буду находиться в Интернете, то ещё могу заглянуть, но нет, я туда ни ногой.       — Я не потащу с собой ноутбук или, уж тем более, консоль.       — Я не отправлю тебя туда одну, ибо ты такая мямля, что спрашивать тебя о чём либо бесполезно, не говоря уже о пересказе.       — Я не мямля.       — Ты права, трупы не умеют мямлить.       — Так, постой-постой!       Девушка отпрыгнула, когда эта зелёная туша повалилась прямо на неё, глядя безумными от усталости глазами. Стискивая зубы, он потянул свои тонкие бледные пальцы к шее Иларии, пока та суматошно пыталась сползти с дивана. Делая всё наигранно медленно, было сложно понять, пытается ли блондин опять припугнуть её, или же действительно ему сейчас всё так отсочертело, что он из всех сил пытается успокоиться и обойтись без лишнего трупа. Особенно, если вспомнить произошедшее двумя часами ранее, из-за чего он наверняка будет бросать на неё подозрительные взгляды ещё довольно большое количество времени.       Чуть не слетев с кровати кубарем, Лари быстро нащупала телефон, который оставила рядом с подушкой и вытянула его, словно щит, который должен был спасти её от нападка этого ненормального.       — Диктофон! — стала быстро говорить девушка, попутно отползая от Бена, который, наконец, соизволил немного приостановиться — Я могу записать всё на диктофон!       Остановившись, Бенджамин ещё немного времени пробыл в этом наклонившемся состоянии, пока медленно поднял глаза на телефон. Пара сконцентрированных вдохов и потираний висков и Лоуман снова ровно сидит на кровати, смотря несколько секунд в точку, пока утвердительно не кивнув, парень не стал залезать обратно в ноутбук, попутно чуть не запнувшись о свою ногу. Продолжая сидеть на полу, Лари проводила Бена взглядом и только тогда встала сама.       — Вроде всё своё сознательное существование пробыл в мире нулей и единиц, а после одного дня поисков выглядит хуже выжатого лимона... Должно быть, он и правда очень много времени провёл за поисками. Даже страшно представить, какого ему было около 20 лет в этом неведении собственной ситуации, если он из кожи вон лез сегодня, когда появилась такая маленькая зацепка... Я должна узнать у Фокаса адрес той секты, а там уже раскрутим.       — Я рад, что ты мотивирована, но твой бубнеж мешает мне отдыхать. Будь добра, зашей свой рот до завтрашнего дня, алые нитки на твоём бледном личике будут тебе как раз, станешь хоть как-то отличаться от такой же бледной и плоской, как и ты, кстати, стены.       — Ты всё слы.. Ты оскорбил меня три раза в одном только предложении!       — Покойной ночи.       — Бенджамин!       Перенеся ноутбук в другую комнату, девушка начала готовиться ко сну, одновременно представляя их будущий диалог с братом, который, явно, может пойти совсем не гладко. Он так старался, вывез из этого страшного места, а она тут заявляется и начинает интересоваться, как попасть туда. Никакие причины, которые могли бы убедить брата, что она спрашивает его не от балды или желания вернуться туда и посмотреть на давно забытых родственников, а что у неё действительно важная миссия, не приходят на ум. Не будет же она рассказывать про Бенджамина, так влетит и от блондина и от брата за то, что ввязалась в опасную историю. Потом, ещё и себя будет корить, что дал ей эту приставку, с которой всё, в принципе, и началось. А может, у него даже не получиться корить себя, трупы ведь не умеют переживать, только если этот труп не блондинистая заноза в заднице, которую принесли в жертву и теперь он обозлен на все людские души. Даже если бы Илария верила в Бога, вряд ли он дал бы ей сил пережить это дерьмо, в которое она ввязалась, исходя из своей альтруистической натуры.       Лари надулась и перевернулась на другой бок, посильнее укутавшись в одеяле. Нет, серьёзно, она тут переживает, местами даже старается показать моральную поддержку, хотя она бы и ей самой не помешала тоже, а он лишь фыркает и отворачивается. Даже все коты вместе взятые не такие напыщенные эгоисты, как это ушастое создание. Уткнувшись носом в простынь, девушка достала с бортика небольшую подушку с травами для сна, которую в начале этого месяца подарила ей Хлоя на день рождение. Кто-то в апреле родился, кто-то умер, но теперь эти две судьбы сплелись крепкими нитями, окрашивая в кроваво-красный этот период в жизни, что предстоит им вместе пройти.

***

      — Я уже всё тебе сказал. Тебе совершенно не обязательно знать, где живут эти психи.       — Фокас, я тоже имею право знать... А вдруг, мы с друзьями будем путешествовать и нечаянно заедем туда? А так, мы будем знать, куда не стоит соваться...       — Могла бы придумать отмазку и получше. Лари, — Фокас подошел к сестре и взял её лицо обеими руками, посмотрел ей в глаза — я беспокоюсь о тебе и чтобы обезопасить тебя, я не скажу тебе, где живут эти сумасшедшие. Ты должна жить нормальной жизнью, если ты приедешь туда, они больше не отпустят тебя.       Начав своё утро с очередного перепирания с парнем, который раскидывается оскорблениями направо и налево, Лари как можно быстрее собралась и пулей вылетела из дома, чтобы поскорее сесть а автобус и надеть наушники с любимой музыкой. Целый день без этого блондина, взгляд которого уже заставляет чувствовать себя низшим созданием, с которым он контактирует явно не по своей воле. Слишком быстро бубнишь, слишком тихо говоришь, слишком медленно печатаешь, слишком долго возишься, слишком сильно нервничаешь, слишком громко жуёшь и мешаешь ему поглощать информацию... А это даже недели не прошло... Остаётся лишь надеяться, что те библиотечные книги, которые он сейчас читает опять не расплавят его бедную голову и он опять будет не в настроении и когда она, скорее всего, вернётся с пустыми руками, просто выкинет её с 8 этажа, а сам полезет устраивать личные разборки с Фокасом.       Укутавшись в тонкий шарф, Лари поспешила натянуть капюшон. Не май месяц, всё-таки, ещё и моросит пошел. Чуть не опоздав на автобус, девушка ввалилась в салон и плюхнувшись свободное сидение, попутно стряхнула с курточки пару капель и стала доставать заветные наушники. Ну, раз одно из лучших изобретений человечества вновь оказалось на её голове, то это означает, что настало время окунуться в свой собственный мир и забыв о времени, раствориться в бесконечном потоке мыслей, которые прервутся очередным осознанием того, что она опять совершенно не помнит, что слушала минуту назад,но эта мысль окажется такой внезапной, что, когда она захочет вернуться к прежним раздумьям, она забудет и их, оставляя себя на растерзание полной опустошенности на оставшееся время поездки. Думала ли она опять о Бенждамине и о его бьющем сердце? Или это были мысли о брате и предстоящем разговоре? Может, она вспоминала то прошлое, те деньки, которые она провела в секте или поток её мыслей унесся далеко к друзьям? Возможно, это даже были мысли о Линке и Зельде, о неоконченной игре и забытом интересе по поводу концовки, которые стали совершенно не важны, когда в её жизни появилось это белобрысое создание. Продолжая пустыми глазами смотреть на меняющийся пейзаж за окном, Илария расстегнула верх курточки и прикинув, сколько ей ещё осталось трястись, постаралась сосредоточиться на музыке. Этот джаз и электронный свинг, вперемешку с классикой и более новыми песнями так успокаивает и усыпляет...       Из очередных грёз девушку вывела шея, изогнутая в неестественном положении, что даже не знаешь, чему удивляться больше: тому, как она не свернула шею во сне или как люди ещё не вызвали скорую с носилками, приняв её за труп. Скорчив лицо, Илария постаралась покрутить шеей, в следствие чего она громко и многозначительно хрустнула, отзываясь ещё более адской болью, чем до этого. Промычав что-то несуразное, Лари аккуратно положила голову на кресло и только тогда заметила, что во рту всё пересохло. Порывшись в рюкзачке, она достала персиковый чёрный чай и пока она подносила его к губам, осознала ещё одну не менее занимательную вещицу. Слюни. Высохшие слюни, которые она начала пускать, когда видела какой-нибудь десятый сон о какой-нибудь войне зелёного горошка и кукурузы. Мгновенно покраснев и осмотревшись по сторонам, она мгновенно закрыла чай и стала искать влажные салфетки. Когда этот конфуз был разрешен, она наконец спокойно вздохнула и прикрытыми глазами взглянула на пролетающие пейзажи за окном, попутно отпивая холодный напиток. Послевкусие персиков вновь перенесло её к мыслям о брате. Персик... Его волосы такого же цвета, как персик: рыжие и бледные, даже немного розоватые. Даже и не скажешь, что натуральный цвет... Единственные схожие черты, которые между ними проглядываются, это яркие синие глаза и бледность в оттенке волос. У мамы были удивительно красивые пепельные волосы, что на свету переливались словно жемчуг. У неё же и были эти сапфировые глаза, которые она передала своим детям, вместе с удивительным оттенком волос. Папа был полностью рыжий и яркий, словно солнышко, ну и бабушки были русые волосы, которые, частично, и передались Лари. Близнецы были такие же пепельные, как мама, а у сестры были такие же волосы, как у Фокаса. Если бы не секта, она бы могли все вместе жить счастливой жизнью, но возвращаясь в реальность, Лари понимала, что они наверняка постарались забыть сбежавших родственников, а может, они даже и ненавидят их. Так, надо бы переключиться на более позитивные мысли, иначе брат сразу поймёт, что что-то не так.       Покинув автобус, девушка медленным шагом направилась в сторону дома брата, который они должны покинуть уже на следующей неделе, продолжая медленно морально готовить себя к предстоящему разговору. Хотя, чего мелочиться, она никогда не будет к нему готова, но на кону стоят их жизни, поэтому, взяв себя в хрупкие кулачки, Илария позвонила в дверь. В доме послышались поспешные приближающиеся шаги и вот дверь открывает Хелен с Джошуа на руках. Увидев родственницу, мальчик сразу оживился и потянул свои крохотные ручки к ней, но мать тут же отошла от двери, позволяя гостье пройти, поэтому Джошуа просто повис, наклонившись куда-то в бок, продолжая радостно смотреть на Лари, которая так же тепло улыбнулась племяннику. Совершив все нужные гигиенические процедуры, она последовала за короткостриженной Хелен, в который раз поражаясь её пышной волнистой укладке, на кухню, где её встретил и Фокас. Проведя около часа, общаясь с семьёй, попивая вкусный глинтвейн брата с прекрасным черничным пирогом невестки. Когда Джошуа доел свой кусок, он схватил остатки своего бананового сока и взяв маму за ручку, потащил её смотреть с ним мультики, оставив брата и сестру наедине. Перебравшись в гостиную, Лари всё никак не могла подойти к той самой теме, ради которой она проделала весь этот путь. Незаметно включив диктофон, Илария выдохнула и заговорила...       Лари грустно потупила взгляд, после слов Фокаса. Она не может, не может рассказать ему правду, но придумать убедительную ложь ещё сложнее, поэтому приходиться стыдливо молчать, пряча глаза за выпавшей из-за уха челкой.       — Мне.. правда нужно знать...       — Тогда скажи, зачем?       — Не могу сказать... Извини...       — Ты знаешь, что я доверяю тебе, поэтому меня очень печалит, что ты не можешь ответить на мой вопрос. — Фокас отпустил лицо сестры и грустно взглянул на неё — Ты хочешь увидеться с ними? Я прав?       — Что? Нет-нет! — Илария отчаянно замотала головой в разные стороны. — Мне.. Нужно добыть информацию из архивов и если я пересекусь с ними, то вряд ли они мне будут рады. Знай, я всегда буду тебе благодарна, ведь ты вытащил меня оттуда. Но мне правда нужно знать..       — Тогда я поеду с тобой.       — Нет! — девушка отшатнулась от Фокаса, заставив того буквально остолбенеть и только потом поняла, что только усугубила ситуацию — Ты.. Ты должен оставаться с Хелен и Джошуа.       Выдохнув, Фокас развернулся и присел на диван. Продолжая смотреть куда-то в сторону, он откинулся на спинку и ещё раз вздохнул. Немного подумав, он поднял обратно глаза на сестру, котрая так и продолжала робко стоять, опустив голову.       — Лари, — девушка робко подняла глаза — у тебя всё хорошо? Сначала ты взволнованно говорила по телефону, потом кричал какой-то парень, из-за которого твой голос стал более нервным, а теперь ты интересуешься архивами секты. Я твой старший брат, поэтому быть всегда уверенным, что у тебя нет проблем и у тебя всё хорошо. Ты ведь знаешь, что можешь всё рассказать мне.       Раскинув руки для объятий, Фокас улыбнулся и с ноткой грусти посмотрел на Иларию. Стараясь скрыть лицо, которое начинало переполнять боль, девушка кинулась обнимать брата. В голове, как сигнализация, всё кричало: не плакать. Она сильная, она справится, она защитит их и поможет Бенджамину. У неё всё хорошо, всё под контролем.       Одинокая слеза скатилась по щеке Лари, но она поспешила вытереть её, пока не заметил брат. Улыбнувшись, девушка посмотрела на него.       — Я в порядке, правда. — Ещё раз озарив брата своей лучезарной и уверенной улыбкой, Илария вновь обняла его — Если я почувствую, что мне плохо, я обязательно поделюсь всем с тобой, ведь я уверенна, что старший братик всегда поможет мне. Но пожалуйста не забывай, что я тоже становлюсь старше и могу помогать тебе. Хотя бы тем, что не вешаю на тебя мои небольшие трудности, как достать печенье с верхней полки. Я хочу, чтобы ты, Хелен, Джошуа тоже всегда могли положиться на меня, как я на вас. Хорошо?

"Настало твоё время положится на меня, как я на тебя всё время. Я люблю тебя, Фокас"

      Пробыв там ещё около часа, большую часть из которого она провела с Джошуа, что с энтузиазмом листал энциклопедию о насекомых, каждый раз восторженно указывая на красивую бабочку или стрекозу. Время пролетало незаметно, но осадок после разговора так и не уходил, поэтому, собрав свои вещи, Лари тепло со всеми попрощалась и поспешила на автобус. Вместо привычной музыки и дрёмы девушка включила себе недавно вышедший фильм, чтобы хоть как-то разнообразить своё существование, а то Бен вряд ли даст ей прохлаждаться, когда можно заняться делом, например, почитать о Гекате, или погуглилить по Гекате, или выучить мёртвые языки и призвать Гекату, или опять расспрашивать брата о той секте, или сходить к психологу, чтобы вспомнить детство золотое и по памяти приехать туда. Эх, как нелегка стала её жизнь за последние дни...

***

      Ехать оставалось ещё около получаса. Вспомнив, что холодильник совершенно пуст, Илария подсчитала время и заказала пиццу. Если подумать, то Бену должна понравиться пицца, если вчера он пусть и с ворчанием, но съел всю яичницу. То, что тело начнёт получать полезные вещества, после такого долгого голода, может означать, что тело Лоумана начнёт меняться? Возможно, даже начнёт налаживаться сердцебиение, ведь она тогда чётко ощущала слабую пульсацию вены. Но главный вопрос в другом, говорить ли об этом Бенджамину? Кажется, он избегает этой темы, или упорно игнорирует и не обращает на неё внимание, ведь "он мёртвый, ему и так хорошо". Как сильно станет он ругаться, если он расскажет? Может, он не хочет перемен, а она мало того, что на нервы вечно капает, так ещё и полезла в его личные дела без его согласия. Ну не нахалка ли?       Вдохнув свежий вечерний воздух, девушка вышла из автобуса, постояла немного, подняв взгляд на безоблачное розоватое небо, вздохнула и медленно зашагала в сторону дома. Осталось ещё минут пятнадцать до того как придёт курьер, Лари вполне успевает, возможно, на даже поймает курьера, когда он даже не успеет позвонить в дверь. Возвращаться с пустыми руками к Бенджамину не хотелось, но что делать. Брат молчит в тряпочку, библиотека уже закрыта, да и времени уже нет, а искать в интернете бесполезно, так как это его стихия и наверняка, какую бы ссылку она не открыла, он уже проверил её, прочитал и разочаровался. Подойдя к дому, она заметила курьера, что стал что-то набирать на домофоне. Вспомнив, что в квартире только злобное привидение, которое может прикрикнуть на парня, она поспешила к подъезду, но не добежав до него буквально пару шагов, курьер открыл дверь и спокойно зашел внутрь. Ей показалось, или он действительно ни с кем не говорил, а просто набрал что-то и зашёл? Местный? Не долго думая, она прошмыгнула за ним в дом, пока он не занял лифт, который, к сожалению, только один работает, так как на днях другой сломался.       Еле успев забежать в лифт с парнем, она аккуратно устроилась рядом и мимолётно взглянула на него. Ну, она планировала мимолетно, а получилось как всегда. Золотитяе волосы, чуть светлее, чем у Бенджамина, были завязаны в маленький хвостик коротких торчащих волос. Она оказалась ниже его на целую голову, поэтому взгляд идеально лёг на выпирающие ключицы и кадык, которые были хорошо видны благодаря кофте с широким горлом и расстёгнутой курточке. Заметив, что она как-тот засмотрелась на курьера, Илария поспешила отвести взгляд и спрятать слегка покрасневшие щёки за шарфом. Будто заметив взгляд девушки, парень мимолётно посмотрел на неё в ответ, но увидев, что она рассматривает свои ботики, быстро отвел глаза, слегка поджав губы.       Выйдя на одном этаже и устремившись к одной квартире, Лари поспешила перенять инициативу и обогнав парня, подошла к двери и открыв её, повернулась лицом к блондину и стала суматошно искать кошелёк.       — Ого, так это ваша Пепперони, мисс. —Парень мило улыбнулся и спокойно ждал, пока девушка достанет деньги.       — Д-да. — Лари протянула ему слегка дрожащей рукой купюру — Извините, мне следовало забрать пиццу, пока вы были ещё внизу. Я не была уверенна, что это именно моя пицца, но в итоге только отобрала ваше время.       — Всё в порядке. — От его милой улыбки сердце Лари буквально остановилось на мгновение, но тут же чуть не выпрыгнуло из груди. — Всегда приятно прокатиться в лифте с такой милой девушкой как вы, Илария..?       Заметив, что парень явно немного смутился, когда произносил её имя, ибо был, вероятно, не до конца уверен в своей правильности, шатенка так же мило улыбнулась и слегка кивнула ему.       — Угу. С-спасибо.. — Приняв из его рук пиццу, её глаза на секунду остановились на бейдже, когда блондин начал отходить — Базиль...       — Спасибо за заказ. Надеюсь, вы и далее продолжите пользоваться услугами нашей компании.       — Обязательно!       Ещё раз обменявшись улыбками, Лари поспешила в квартиру, а Базиль обратно в лифт. Эх, живи она сейчас нормальной жизнью, заказала бы завтра пиццу снова, и если бы курьером опять оказался этот милый парень, могла бы попробовать пригласить его на свидание, но придется довольтсвоваться этим как очередным хорошим сном и забыть о медово-кареглазом блондине как можно скорее, переключив своё внимание на другую блондинистую макушку. А ей ещё сейчас объясняться перед ним...       Зайдя в квартиру, Илария, сквозь полумрак, аккуратно положила пиццу на тумбочку и сразу же полезла за выключателем. Мгновенно вспыхнувший свет в коридоре осветил фигуру подошедшего парня, что заслонился рукой от столь яркого света. Скорчив недовольную мину, Бен постарался убрать руку от лица, но яркий свет светодиодной лампы подействовал на него как лимон, заставив скорчить его более недовольную мину, что была до этого, приправив её нотками отвращения и боли. Наконец привыкнув к свету и проморгавшись пару раз, Лоуман облокотился на свой излюбленный косяк двери, пока девушка поспешно снимала курточку.       — Ну и?       — Всё плохо.. — Пичес повесила вещи и несмело повернулась к парню — Молчит как партизан, но, думаю, пара-тройка визитов и телефонных звонков, и я смогу сказать тебе адрес.       — Вот как..       Нахмурившись, Бен прикрыл глаза, что Лари мгновенно посчитала признаком недовольства, если вообще не сдерживаемого гнева. Перепугавшись, она схватила пиццу, будто это была её соломинка, которая должна, наверное, помочь выжить, и вытянула руки, открыв одновременно коробку.       — Не злись, пожалуйста, я принесла пепперони!       — Очень глупо подкупить меня едой, в которой я не нуждаюсь.       — Ну, ты же съел вчера яичницу, поэтому, ты можешь отведать и пиццы, раз у тебя все вкусовые рецепторы в норме. Ты ешь и не толстеешь, почему бы этим не пользоваться?       — Съел и теперь чувствую тяжесть в теле. — Один хмурый взгляд на Лари и она готова затрястись не хуже стиральной магины — Да бог ты мой, прекрати пугаться всего подряд, когда я даже не договорил! Я съел твою яичницу и теперь ощущаю тяжесть, но не от того, что ты не умеешь готовить. Эта тяжесть была естественная, будто так и должно быть.       — Я умею готовить!       — Поэтому каждый раз заказываешь еду?       — Ты предлагаешь мне прямо сейчас идти в магазин, а потом творить шедевры кулинарии? Извини, но мне завтра на работу, вообще-то.       — Сплю и вижу, как ты, как шеф-повар в французском ресторане, одной рукой, подобно японскому самураю, мелко режешь овощи в воздухе, а другой рукой лопаткой помешиваешь мясо на сковородке, из под которой так и хочет цапнуть тебя язык пламени.       — Ну, я умею подбрасывать блинчики, когда готовлю их..       — Мои аплодисменты, о великий маэстро. — Наигранно похлопав, Бен снова облокотился об косяк.       — Да боже, не хочешь – не ешь, но прекрати оскорблять меня через каждые два слова.       — Так не нарывайся.       Ещё раз глянув на надувшуюся девушку, блондин вздохнул и взяв один кусок пиццы из упаковки, скрылся в темноте соседней комнаты.

***

      Наверное, прошло уже около двух недель, как Илария старается узнать у брата, где находится секта. Она звонила, пару раз ещё приходила к ним в новую квартиру в небоскребе, которая была в полчаса езды от её съёмной квартиры, но всё было тщетно, хотя можно было заметить совсем маленький, но прогресс. Лари была уверенна, что ещё чуть-чуть и всё, можно наконец-то поделиться радостными новостями с Утопленником, пока тот изучает всё новые и новые найденные в библиотеке книги, которые она откопала в самых забытых её уголках. Чем дальше в лес, тем больше дров, так сказать. Правда, к огромному сожалению, они находили всё меньше и меньше нового, что параллельно со всем, Бен начал подучивать древнегреческий, так как считал, что есть вероятность, что он может пригодиться им.       На следующий день, после словесной перепалки по поводу еды, Пичес притащила в квартиру море продуктов и к вечеру приготовила замечательную лазанью, что Бенджамин, хоть и через силу, но всё же забрал свои слова назад. За всё прошедшее время, Лари стала замечать, что блондин начал питаться, оправдывая это тем, что ему нравится вкус, да и вообще, ей то какое дело? Продолжая свои "скрытые наблюдения", девушка стала подмечать, что кожа парня стала чуть более розовой и уже не такой ледяной, как прежде, а сам он стал более сонным, что совершенно не мешало ему делать всё так же продуктивно, как и раньше. Неужели "очеловечивается"?       Заправив выбивающуюся прядь вновь за ухо, она поняла, что это совершенно бесполезное занятие, так как та мгновенно выпрыгнула обратно. Не думала она, что сделает такое с волосами, но вот она идёт домой и чувствует, как ветер ласкает её уши. Как непривычно...       — Так, ты пришла. Можешь не разуваться, ибо я дочитал последнюю книгу по Гекате, которую ты притащила, поэтому бегом в библиотеку, я не хочу, чтобы это дерьмо мозолило мои глаза.       Бен остановился и с удивлением глянул на девушку, которая, стараясь сохранять спокойствие, тихонько снимала курточку, под острым взглядом блондина.       — Что? — Немного поёжившись, Лари, всё же, посмотрела на Лоумана.       — Ты, как будто, не только подстриглась, но и сделала операцию по смене пола. Ты похожа на пятнадцатилетнего тинейджера, состоящего в шахматном клубе. Такая плакса и нюня, но за ферзь пояснишь, мама не горюй. Потом ещё будешь капать мне на мозги тем, как лучше ухаживать за кактусом и чем он лучше маргариток на клумбе тети Клэр, у которой 40 кошек. При этом, ты настолько серый шахматист, что, не смотря на твоё миловидное личико, симпатизирует тебе только пожилой историк с грязными фантазиями по поводу маленьких невинных хрупких мальчиков.       — Можешь прямо сказать, что мне не идет, по твоему очень важному мнению.       — Да нет, наоборот, очень идёт. Ты перестала быть похожа на девочку из «Звонка».       — Я опять заказала еду, скоро должна приехать, поэтому книгу в библиотеку отнесу завтра. Там совсем ничего нового не написано?       — Вообще ничего. Они будто все под копирку идут, поэтому больше не бери книги, бесполезная трата времени.       — Хорошо.       Зайдя в ванную, Пичес помыла руки и несколько раз брызнула в лицо холодной водой. Что-то ей нехорошо сегодня, надо выспаться, чтобы завтра бодрячком опять идти и допрашивать Фокаса. Мда, опять у неё самые весёлые планы на выходные...       — Слушай, — голова Бена внезапно появилась за спиной у девушки, что та пролила воду мимо раковины — ты очень даже кстати так подстриглась. Когда мы поедем в твою секту, будет больше шансов быстро добраться до архивов и так же быстро свалить, если они тебя не узнают. Наденешь цветные линзы, кепку там.. Тебе даже необязательно надевать толстовку, чтобы скрыть грудь, ведь у тебя её всё равно нет, поэтому за парня тебе прикинуться будет очень просто.       — Спасибо за очередной комплимент. Почему ты вообще в нашу первую встречу чуть не накинулся, если я такая плоская?       — Потому что больше большой груди мне нравятся длинные ноги. Я могу продолжить? — Кивнув, Илария повернулась Бену и состроила заинтересованное лицо. — Отлично. Так вот, ты прикинешься парнем, а чтобы не спалиться на голосе, притворишься немым. Поняла?       — И как я немая узнаю где у них архивы и смогу втереться в доверие?       — Эй, я ведь тоже собираюсь присутствовать, ведь доверять что-то важное тупенькой тебе крайне опасно, Илария и тысяча и одна глупая отмазка.       — Тебе хватит времени и сил? Ты ведь только на пять часов можешь спокойно беспрерывно тут находиться.       — Ну, вообще-то, уже шесть, ибо кто-то меня откармливал последние две недели, что в моём организме пошли какие-то реакции. Остальное обсудим позже, когда достанешь местоположение секты.       — Так точно~       Выйдя из ванной, они оба направились в спальню, один в ноутбук, другая вздремнуть, пока не привезли пиццу и её любимый супчик. Как давно она его не ела. В голову сразу пришли мысли о Хелен и о её чудесном тыквенном супе, которые заставили желудок заурчать. Стоило Лари только прилечь, а Бену подойти к экрану ноутбука, как раздался звонок в дверь, из-за которого, перепуганная Лари резко встала.       Ноги подкосились, в глазах потемнело и вот она уже падает в невесомость, как её подхватили две руки. Объятья оказались крепкими и не особо приятными из-за холода, но на удивление, было вполне уютно и комфортно. Постепенно, картинка этого мира вновь начала представать перед Иларией и вот она видит две руки в белых рукавах, которые прижимают её к зелёной тунике, а на лоб упала золотистая прядь волос.       — Если ты свернёшь себе шею, то мне никакой выгоды не будет. Стоять можешь?       — А? Кажется да...       Отодвинувшись от парня, Лари, немного пошатнувшись, присела на край кровати и легонько помассировала виски. Звонок раздался вновь.       — Можешь открыть дверь? Это всего курьер, деньги у меня в сумке. Пожалуйста, там ведь и твоя пицца тоже.       — Ну естественно, не хватало мне ещё, чтобы ты всё обронила и обожглась кипятком вдобавок. Я не няня и с тобой сидеть не буду.       Подойдя к двери, Бен порылся в сумочке и найдя кошелёк, сразу открыл дверь.       — Вот деньги, а теперь прова-       Осёкшись на последнем слове, Бен с удивлением взглянул на не менее удивленные взгляды из коридора. Продержав зрительный контакт ещё пару секунд, он захлопнул дверь, пока незваные гости не успели ничего сообразить.       — Илария. Илария, это не пицца, чёрт возьми.