Я скучаю.

Все было как обычно, осенняя ночь. Моросил дождь, но было тепло. Уилл, Майк, Дастин и Лукас собрались в подвале Уилеров, чтобы поиграть в D&D. Байерс ждал этого почти год и наконец, как в старые добрые времена, вся компания снова вместе. Он правда был очень рад, что Оди и Майк расстались, но было чувство вины за это.  — Уилл, твой ход, — радостно сказал Уилер, посмотрев на мальчика с улыбкой.  — Уилл, не подведи, тебе должна выпасть тринадцать, иначе нам всем хана!  — Да, да, я понял, так, — Байерс зажал в руках кубик и кинул на стол, — боже, это тринадцать.  — Ура! Мы победили Демогоргана, Уилл нас спас! — Весело закричал Дастин. Мальчики начали обниматься и прыгать от радости, как маленькие дети.  — Майк, мальчикам пора домой, уже поздно. — Раздался голос миссис Уилер с первого этажа.  — Хорошо, мам, — Крикнул в ответ Майк, — До завтра, ребят.  — Пока, ребят! — Крикнули Лукас и Дастин, почти выходя из подвала. Уилл должен был остаться с Майком на ночевке. Ребята уже все приготовили, чипсы, газировку и собирались посмотреть фильм, не смотря на то, что уже поздно…  — Майк…  — Да Уилл?  — Когда я был в больнице, я все слышал… Я хочу узнать, что ты хотел мне тогда сказать? — По Майку было видно, что он занервничал, плечи напряглись и лицо покраснело.  — Я…эм…я хотел сказать, что ты многое для меня значишь, и я не понимаю что со мной. Я любил Оди, но сейчас такое чувство, что я люблю тебя, Уилл… — Байерса накрыл шок и волнение с головой, но больше всего радость, ведь он любил Уилера, его веснушки, нежный голос, обнимашки, которые он дарил Уиллу и просто обожал этого мальчика.  — Это только что было признание?  — Да, Уилл, это было признание…  — Майк, я тоже тебя люблю. — Совершенно просто сказал Байерс. Он просто подошел и обнял Майка, зарываясь пальцами в его волосах, обнимая так крепко, как только может.  — Я скучал по тебе, Уилл. — У самого злого человека расцветает лицо, когда ему говорят, что его любят. Стало быть, в этом счастье… Лев Николаевич Толстой.