Аltera fabula

Всю субботу Драко Малфой не находил себе места. Получив письмо от Лонгботтома, точней — ото всей рэйвенкловской команды в его лице, он прочитал его своей компании, когда Блейз Забини ушел по своим делам и они остались одни в комнате. Письмо изобиловало вежливыми выражениями и в целом гласило: компания воронят на назначенную встречу прийти не может по личным причинам. Причины тоже были изложены, но вызывали некоторое недоумение. — У Грейнджер эссе недописано? — недоверчиво переспросил Грегори. — Вот просто верю-верю. Его лучший друг Винсент согласно хмыкнул. — Поттер… должен исправить оценку по зельеварению? — поднял бровь Тео, явно кое-кого копируя. — В выходной? Ему жить надоело, что ли? Пф! — У Патил семейные дела… — Не придерешься, да и поди проверь — у нее ж сестра на Гриффиндоре, — припомнил Грег. — Лонгботтома мадам Спраут просила помочь в теплицах. Ну, это самое правдоподобное, — протянул Драко. — Ой, не нравится мне это! Он отдал листок Тео и распаковал второе полученное утренней почтой письмо — из дома. Стоит отметить, что Драко впервые отложил родительское послание на потом — и это уже кое о чем говорило. Он быстро пробежал взглядом по дорогому пергаменту. Увы, там было примерно все то же, что и раньше — убедительные просьбы сидеть и никуда ни в коем случае не высовываться. Если бы Люциус Малфой знал, насколько уже упал его родительский авторитет, он, скорей всего, чисто по-слизерински потребовал бы обратное — но Драко свое мнение о папиной заботе и ее странностях излагать не собирался никому — ни в устном, ни в письменном виде. Ну и в целом сидеть на попе ровно было абсолютно против самой природы шила, с недавних пор накрепко засевшего в том, на чем Драко должен был бы сидеть. И так рэйвенкловцы их едва не обошли, отыскав свой проход в подземелья сами, да еще шипеть умеют, целых двое, а на Слизерине — ни одного! — А если они что-то задумали? — сощурился Тео, словно Драко и без того было мало. — Может, еще раз туда прогуляемся? — Свистеть не буду! — заартачился Грег. Оказалось, после встречи с настоящими змееустами он очень болезненно воспринимал свое новое странное умение — считал, что выглядит полным дураком. И как его ни уговаривали, как ни рассказывали, что получается у него очень даже мелодично и красиво, продолжал стоять на своем. Однако слизеринцы не были бы слизеринцами, если бы оставались в тупике слишком долго. — Если у них шипит одна Патил, то надо, чтобы у нас шипела вторая! — подскочил Драко от гениальной идеи. Та вызвала у его команды не то чтоб бурный протест, но крайнее удивление. — Пригласишь к нам гриффиндорку?! — Винс был в шоке. — И ты сунешься к гриффам? — одновременно с ним спросил Тео. — Надо как-нибудь Патил от них оттеснить, — прогудел Грег, мгновенно поддержав Драко переводом его идеи во вполне выполнимый план. — Предлагаю после обеда… Кто-то ее имя знает? — Парвати, — ответил Тео, который с другой сестрой общался с удовольствием и как бы не с далеко идущими планами. — И она интересуется Забини. Падма рассказала. — В одиннадцать лет? — удивился Драко, который, конечно, представлял, что родители уже строят планы на его будущую супругу, но планы — это одно, а интерес к другому полу он считал явно преждевременным. — Это Индия, Малфой, там в эти годы некоторые уже замужем. Им это нормально. Драко только головой покачал. Ну надо же… Хотя ему-то какая разница, тем более если все это может лишь на руку сыграть? Вскоре коварный план был всесторонне обдуман, а значит, готов. Не учли бравые слизеринцы одного: они уже попали в зону внимания гриффиндорцев немного постарше и много опаснее, чем обычно окружавшие Парвати Патил первокурсники. Однако именно это незнание им и помогло: Драко с телохранителями просто подошел к Парвати, когда та вышла из-за стола, и вежливо предложил ей локоть, за который та взялась чисто от неожиданности. Ни Фред, ни Джордж, сидевшие довольно далеко, ни первокурсники, составлявшие Парвати компанию за обедом, представить себе такого не могли. Остальное было делом техники: активация пары фамильных амулетов за дверями — и вылетевшим за ними гриффиндорцам оставалось только недоумевать, куда они подевались. А они тихо-мирно прогуливались в главном коридоре — собственно, поэтому Парвати совершенно не испугалась. Да и пугаться было некогда, особенно когда пошла речь о том, что ее пригласят на самый настоящий бал в Малфой-меноре. Ах, конечно, не ее одну, а с сестрой. Да-да, бал детский, но для родителей будет отдельный небольшой прием. Драко обещал и мысленно клял себя — это же сколько ему предстоит сделать! Ведь если взрослых возьмет на себя мама, то… Мерлин помоги, на что он только что подписался? Ведь еще всю компанию воронов придется приглашать, там вторая Патил… О Грейнджер на территории Малфой-менора он пока даже думать не хотел, хоть и догадывался, что придется. Поттер… Драко вздрогнул: испугался. Блейз Забини, не облеченный «высоким доверием», по сравнению с этими двумя казался не просто наименьшим злом, а вообще нормальным чистокровным слизеринцем — каковым он, собственно, и был. В таких вот смешанных чувствах он не выдержал и спросил Парвати прямо в лоб: — Пошипишь с нами немного, где попрошу? Вот тут-то бедная девочка едва не потеряла дар речи. А когда обрела… — Я буду все отрицать! Откуда?! Нет, кто и зачем? С чего ты вообще взял… — Довелось слышать парселтанг в исполнении твоей сестры. Великолепно получается! И вообще, мы все, — Драко оглянулся через плечо на свой привычный эскорт, — дали ей клятву. И тебе дадим. Ну пойдем, пошипишь, очень нужно! Белокурый голубоглазый Малфой, да еще в полном раздрае оказался слишком впечатляющим зрелищем для второй сестрички Патил. — Прямо сейчас? — чуть скривилась она. — Знаешь, у меня вообще-то были планы… — Ну-у-у… а когда сегодня тебе было бы удобно? — А до завтра твоя змея не потерпит? Днем я совершенно свободна… — Да! Подходи к лестнице на Слизерин… или давай мы после обеда тебя сразу проводим? — А что я на факультете скажу? — Что пошла в библиотеку… — А у нее филиал на вашем факультете? — Нет, просто нужную книгу только что унес, например, я, а ты пошла догонять. — Все нужные книги я беру у сестры на Рэйвенкло. — А ты сама не придумаешь? — Драко, половину головы которого снова начали занимать мысли об организации бала для юниоров, ощутил, что резервы его мозга скоро исчерпаются. — У Паркинсон новый Ведьмополитен… — прогудел Крэбб, глядя немного в сторону. — А Забини недавно притащил какой-то каталог по новым ароматам. Интересует? — поддержал его Гойл. Драко окинул обоих самым благодарным взглядом, на который был способен. «Кстати, вот эти двое и окажут бесценную помощь на балу, — подумал он и улыбнулся. — И Тео припрягу. О, и Забини, нечего его просто так приглашать, пусть поработает…»

* * *

Донельзя заинтригованная Парвати тем не менее молчать умела — хотя бы потому, что глупой не была, да и к авантюрам была чуть более склонна, чем родная сестра, у которой почему-то приключение шло за приключением. Даже обидно немного. После завтрака она прихорашивалась недолго: болтая с Лавандой, подправила линию бровей, поменяла серьги, добавила несколько колечек — естественно, непростых — и вскоре во всеоружии и довольно незаметно, как она считала, выскользнула из комнаты в гостиную. Первокурсников там обычно не замечали, пока те не начинали орать. Хотя не только первокурсников… Она поправила сумку на плече — легкую, с парой тетрадок для вида и несколькими запасными амулетами — мало ли что, и преспокойно отправилась в условленное место. Шпионка из одиннадцатилетней индианочки была никакая, так что она не обратила внимания на то, что вслед за ней из башни Гриффиндора вышли еще двое и почти на цыпочках последовали за ней. Не обнаружив в уже знакомой ей компании Забини, Парвати немного огорчилась, однако ее уверили, что каталог обязательно ей принесут, то есть сам Забини и принесет, а пока отсутствует из-за своих дел, но на балу уж совершенно точно будет. Так, за разговорами, они и отправились по известному уже пути. Теодор Нотт неожиданно ощутил, что быть экскурсоводом с такой благодарной слушательницей весьма интересно, так что разливался соловьем — даже припомнил историю про то, как они открыли «экзекуторскую», из которой их вытащил собственный декан. С ним, а также с компанией распаренных и усталых воронят они разминулись буквально на полчаса. И то лишь потому, что взмокший Снейп почти бегом пронесся к себе, а воронята решили «полетать» с помощью василиска и отправились на выход через второй этаж. Ну а что — и самим любопытно, и к башне своей поближе. Слизеринская компания молча угрюмо оценила практически очищенный от всякого мусора и костей проход и провела Парвати, искренне восхищавшуюся как самим залом, так и его акустикой, к самой статуе. Патил была довольна как никогда: змеи на дверях прекрасно слушались ее «откройся», уверенность в себе росла, приключение становилось все более захватывающим… — Это я ему должна прошипеть? — нахмурилась она, оценивающе глядя на громадную скульптуру, почти нависающую над ними, и потрогала ее аккуратным наманикюренным пальчиком. «Слава всем богам, камень, — подумала она. — Не хотелось бы, чтобы с нами что-то случилось». — Говори со мной, Слизерин, величайший из Хогвартской четверки! — провозгласил Драко. — Вот это прошипи. Сможешь ведь? — Конечно, но он что, по-английски не может? Не понимает? — удивилась Парвати. — Это же человек! Через пару секунд внутри статуи скрежетнуло, возникла сперва небольшая, но постепенно расширяющаяся щель на уровне рта, а в головах громыхнуло на самом обычном английском: — Еще как могу! — А так можно было? — Драко от неожиданности сел там, где стоял. Парвати едва не свалилась рядом с ним — ее поддержал Тео, хоть и чувствовал, что тоже нуждается в опоре. Винс и Грег бросились поднимать Драко, но в это время отверстие рта достигло достаточного размера, чтобы из него мог выбраться его обитатель. — А-а-а-а-а!!! То есть вовсе даже не «А-а-а», разве что только в душе — никакого вопля не было, он застрял у каждого из ребят в горле, и только Парвати смогла что-то прохрипеть, а потом изогнуться в одном поклоне, другом… третьем, постепенно отступая в сторону выхода. Но вскоре она сообразила, что ни спрятаться, ни убежать не получится, не выдержала и распростерлась в той же самой ритуальной позе, что днем раньше ее сестра. Василиску ее было видно благодаря тому, что сползал с нехилого возвышения — мальчишки, дрожа, сгрудились в кучу, чисто инстинктивно загородив единственную девочку. Думать никто ни о чем просто не мог. Драко затошнило, он хотел сглотнуть, но во рту оказалось сухо. А еще он не мог не смотреть на змея, хотя прекрасно понял, кто это, глаз отвести был не в состоянии. Постепенно начала включаться голова — василиск полз медленно, словно давая возможность себя рассмотреть. От такой мысли Драко едва не хрюкнул — нервно, конечно, но вместо этого покрепче сжал челюсти. Но вот змей оказался рядом, и ноги у всех сами подогнулись. «Получается, он откликнулся на мои слова, что ли? — хлопнувшись на пол, почему-то подумал Драко и сам себе не поверил. — И это по легендам — питомец, а то и фамилиар Слизерина! Ну основатель дает! Такое… такое…» Дальше он додумать не успел — его мысли подхватил змей: — В те времена я был гораздо скромней по размерам, о юный слизеринец, — раздалось прямо в голове. — Ну наконец-то и вы явились. — То есть… — Малфой уставился на морду змея, снова напрочь забыв о безопасности. — Тут уже кто-то был? — Естес-с-ственно. — Опять опередили! — Драко в сердцах треснул кулаком по каменному полу, скривился и помахал ушибленной кистью. — Любиш-ш-шь быть первым? — змей склонился к нему. — Похвально, похвально. Может, наконец снова примешь вертикальное положение и представишь мне себя и своих… союзников? Драко подскочил и исполнил требуемое в соответствии со всеми известными ему нюансами этикета. Ну еще бы… перед этаким-то монстром, чья голова была по размерам больше них всех, вместе взятых. — Хорош-ш-шая девочка, — прошипел василиск медленно поднявшейся Парвати и высунул длинный раздвоенный язык, ощупывая воздух. — Но что интересно, ты пахнешь совсем не так, как твоя сестра. — Падма?! — воскликнула не на шутку рассерженная Парвати, тоже забывая о том, что надо бы бояться. — Она уже здесь была? И ничего мне не сказала?! Вот же какая… — Не сердис-с-сь на сестру, она только недавно вышла, — ответил змей. — Когда бы ей тебя встретить? Нет ничего хуже разлада в семье… — Он погрозил хвостом. Патил сложила ладони перед грудью и поклонилась, мгновенно присмирев. Все остальные, тоже уже осмелев, во все глаза таращились на василиска. «Что перед таким все волшебные зоопарки мира?» — подумал Драко, а может быть, и не только он. Умопомрачительный змеище плавно свернулся кольцами и водрузил поверх них громадную и явно очень умную голову. На языке у Драко один за другим завертелись вопросы, но не успел он рта открыть, как его опередили. За задними колоннами зала послышался дружный выдох, и василиск стремительно скользнул туда. — И кто тут у нас, так сказать, контрабандой? А-а-а, мальчики пос-с-старше, мясца побольше. Вкус-с-сные? На лицах сползших по стенке близнецов Уизли можно теперь было различить каждую веснушку. На белом-белом фоне, да. Василиск в конце зала и рядом — это была большая разница. Просто очень большая. — Мы невкусные… — выдавил Фред. — И мы не банда… — вторил ему Джордж. — Почему я вам не верю, особенно пос-с-следнему заявлению? Впрочем, вопрос риторический. — Э?.. — Можете не отвечать. Представьтесь и давайте ползите к остальным. Присоединение близнецов Уизли к честной компании было встречено полной тишиной. Драко покосился на Парвати, которая лишь плечиками пожала — мол, я-то при чем? Они сами! Братья же поглядывали хмуро, но с пиететом — вон, мелкий Малфой уже освоился возле морды василиска, а им это еще только предстояло. — Итак, четверо слизеринцев, двое гриффиндорцев постарше и сестричка Патил, — резюмировал змей. — Четыре крепыша, это радует, можно гонять. Правда, у двоих есть лишний вес, но это ненадолго, поправим… Один ни то ни се, но есть с чем поработать, ну а ты, — обратился он к Драко, — совсем какой-то бледный и хлипенький, а еще заводила. Мало каши ел? Как в воду глядел — кашу Драко не любил. С детства и довольно активно. — А теперь придется куш-ш-шать, — заявил змей. — Или забыть дорогу с-с-сюда. Драко сжал губы, мысленно взвешивая плюсы и минусы, хоть и понял же, что змей еще и мощнейший легилимент, делать-то было уже нечего. Василиск, читая его, словно книгу, едва не засмеялся. — Но раз уж вы сюда добрались, то вам это зачем-то было нужно, верно? — спросил он. — Ведь не только ради того, чтобы оказаться первыми, я полагаю… — Ну… мы хотели найти Тайную комнату! Мы искали Тайную комнату Слизерина! — немного вразнобой, но почти хором признались новые визитеры, то есть слизеринская их часть. Уизли уважительно присвистнули, а Парвати снова рассердилась — уж ей-то могли и сказать! А то пошипи им тут, пошипи им там… Хотя привели ведь сюда, чего еще-то? Но почему-то это недоверие вызывало легкую досаду. А Фреду и Джорджу стало не по себе — они-то просто следили, следуя за Патил со слизеринцами, чтобы проучить тех. А если и их спросят? Может, сказать, что охраняли девчонку? Ага… хорошо охраняли, пока та в середине прохода перед василиском валялась, прятались за колоннами. И больше, как назло, ничего не придумывалось. Как же они обрадовались, когда василиск, одарив их довольно ехидным взглядом, сказал: — Ну, нашли вы ее, что дальш-ш-ше? — А… это она? — Почти, — кивнул змей. — Так с-с-сказать, прихожая. — А можно спросить? — наконец подскочил Драко. — За каждый ответ на твой вопрос — порция каши на завтрак. — Василиск все же хихикнул, не удержавшись. — Но сперва вы все поклянетесь своей магией никому не рассказывать обо мне и о том, что здесь происходит. После того как клятвы были даны, змей снисходительно кивнул: — Так о чем вы хотели узнать, юные последователи факультета моего хозяина и друга Салазара и его побратима, славного Годрика? У братьев Уизли вытянулись лица, но надо отдать им должное: сориентировались ребята быстро. — Вы нам расскажете про Основателей? — А лаборатория Слизерина тоже здесь? — Каким вы были, когда с ним встретились? — Вы правда откликнулись на мои слова? — Вы стережете Тайную комнату? А нам вы ее покажете? — Что нужно сделать, чтобы пройти в Тайную комнату? — Вас правда можно позвать просто словами? Все эти семь фраз из семи ртов раздались одновременно, устроив короткую, но знатную какофонию. Змей приподнялся, прикрыл глаза и потряс головой, прошипев: — Да вы хуже Грейнджер!.. — Мы лучше! — обиделся Драко. — Обоснуй… — Нас много, а она одна так может! — Ну разве что так… умный и гордый мальчик Драко Малфой. — С-с-спасибо… — Это не комплимент, это аванс, — хмыкнул змей. — Начну по порядку с конца. Позвать меня можно по-разному. Салазар предпочитал мой родной язык, но другие основатели им не владели, а поэтому научились имитировать наши слова свистом. — Ой, у нас Грег умеет! — выдал Драко, а Парвати хмуро оценивающе посмотрела на Грегори Гойла — так, что тот покраснел. — А ну-ка, мальчик, давай… Смущенный как никогда в жизни Грег насвистел то же, о чем Драко просил прошипеть Патил. Парвати удивленно смотрела на него и кивала, а потом улыбнулась. — Неплохо, — оценил василиск, — только можно и менее пафосно. — А как? — Да просто «Мы ждем вас, уважаемый Серпекс». Или что-то в этом роде. Грег снова засвистел. — Вот да, как-то так. А теперь ответ на следующие два вопроса: просто попросить и идти ногами. И «да» на первые два. Вся компания резко выдохнула, сообразив, что вот-вот они окажутся в святая святых. И пусть их, этих рэйвенкловцев, которые вечно вперед пролезают, главное — сейчас они все увидят сами! — Экскурс-с-сия номер два, — пробубнил себе под нос василиск. — Этак я устану раньше, чем захочу. — И уже громко добавил: — Обойдите статую, только осторожно. И исчез в черном провале рта.

* * *

Выползшие из импровизированного спортзала, совершенно обалдевшие от новых впечатлений и сведений из первоисточника, да какого, братья Уизли молча устало пожали руки всем, молча же предложили локти Парвати, и новое гриффиндорское пока еще не трио отправилось к своей башне. Слизеринцы оценили бы это, хоть в силу возраста и расположения факультетов почти не сталкивались с одиозной парочкой (один раз, когда сбежали из их башни, не считается), наслышаны о них были, но после всего пережитого им все уже было трын-трава. К счастью, временно. В головах, особенно одной — белобрысой — уже складывался план, как объяснить то, что они с представителями враждующего факультета внезапно оказались не просто на одной стороне, но и в одной компании. В том, что Уизли не преминут заявиться снова, никто не сомневался. — Кто-нибудь знает, почему Уизли называют предателями крови? — спросил Драко. — Твои родители, полагаю. — Знаешь, Тео, это слишком щекотливый вопрос, чтобы я мог им его задать. Разведаешь? — А что мне за это будет? Приглашение на бал ты мне уже пообещал. — А отработать? Между прочим, с меня вообще вся организация этого, — Драко тяжко вздохнул, — бала… — Родители тебя не бросят. А Уизли просто не зови. — Да я и не собирался! Но разузнать стоит, раз уж они оказались рядом с нами, не так ли? — Ладно, ты прав. Берусь. Ох, как же есть хочется! Грег и Винс нахмурились: вместо них Нотту ответили их животы. Вот почему у Малфоя все тихо, он ведь такой же голодный? Зато василиск их единственных похвалил — видимо, не самого плохого учителя фехтования тогда пригласили родители.

* * *

«А по второму кругу уже не так интересно, хоть и с новыми детьми, — думал Серпекс, проводив новых учеников перед самым ужином. — Надо будет их как-то объединить, а то я, кажется, начинаю ощущать себя на ставке преподавателя странного предмета, который я бы определил как историофизкультуру. Мда-а-а… А ведь их всех еще гонять и гонять. И то неизвестно, что вырастет. Как преподаватели-то работают и вообще живут с таким, адская же профессия». Он задумчиво вздохнул, проверил, как ведут себя недавно съеденные бараны, одобрил это и сладко задремал. Почему-то ему снилось, как он читает лекцию в огромном зале, окруженном по периметру амфитеатром скамей.

* * *

А в это время на ужине Гарри обратил внимание своих друзей на поведение «дружественных слизеринцев» — те явно задирали носы. Неужели тоже познакомились с василиском? Гойл ведь мог насвистеть! Как бы узнать? Северус Снейп, для разнообразия присутствовавший на ужине по причине законченного опыта, был внимательней, а потому содрогнулся, заметив, что обычное переглядывание двух компаний носит уже трехсторонний характер. Да какой…