Привет, я чокнутая фанатка!

      С моего дня рождения прошло несколько месяцев. Я жила то у Сакамаки, то у Муками. Ходила в школу и много чем ещё занималась (доставала братьев)       Приближался Новый год, который тут праздновали на день позже и без ёлочки. Но я настояла чтобы ёлка была и там, и там.       Отношения между мной и вампирами (обеих семей) намного улучшились. В речи сквозили «сестрёнка», «братец» и многое другое. С Шу я общалась более открыто, как и он со мной. Старший Сакамаки перестал лениться и даже стал ходить самостоятельно, а не по просьбе (что я с вампирами делаю!). Я не рассказала Шу, о том кто поджёг деревню. Также мы ни о чем не говорили с Юмой или Рейджи. Это была наша маленькая тайна.       С другими вампирами у меня также были свои приколюхи и режимы. Рейджи включал во мне злую девушку и я орала и истерила, лишь бы подоставать его. Аято меня чуть побаивался, но в принципе мы мирно сосуществовали. О Канато я заботилась, готовя и покупая ему сладости. С Райто мы тоже много общались, но не так тепло как с Шу. С Субару я играла в «Кто кого вырубит первым», обычно выигрывала я. С Руки мы пили чай, обсуждая литературу. Юме я помогала в огороде, за что он меня уважал. С Коу мы сюсюкались и ходили по магазинам, делая из меня принцессу. С Азусой я обычно не общалась, но иногда мы вместе ловили жертвенных невест для Муками.       Последнее было моим самым нелюбимым в обоих особняках. Но кушать нужно, поэтому мне приходилось вылавливать девушек, либо забирать их из церквей. В такие моменты я сама себя ненавидела.       Кстати с Шу нас пока что не женили. Но приезжал Карлхайнс и долго с ним про что-то говорил. Как я поняла, сначала Карлхайнс говорил про силу наследников, потом про сильных королей и престол, а потом просто приказывал Шу на мне женится. После таких разговоров мы с Шу шли в магазин и покупали дешевое пиво. Ну, а потом гуляли по городу. Отрывались, пьянели, смеялись, один раз даже поцеловались. В такие моменты мы были свободными. Нам это нравилось. — Кошечка, о чем думаешь? — спросил у меня Коу, оторвав от размышлений.       Сегодня я ночую у Муками. Сейчас мы ужинаем, а я уже минут десять смотрю в пустоту, вспоминая всё прошедшее от моего дня рождения. — Ни о чем, — ответила я, вставая из-за стола. — Я к себе в комнату.       В комнате я приняла душ и улеглась в кровать. На телефоне висело уведомление о пропущенном звонке. Удивило меня то, что этот звонок был от Рейджи. Обычно он звонит Руки, если происходит что-то важное. Я поспешила перезвонить. — Аллё?! — спросила я в трубку. — Аня, срочно приезжай! — проговорили мне в трубку и сбросили.       Причём говорил Аято, а значит произошло что-то очень важное. Черканув записку о том что скоро вернусь, я телепортнулась в особняк Сакамаки. — ЭЭЭЭЙ!!! — проорала я, оказавшись в доме. — Аня! — навстречу мне выбежал обеспокоенный Канато. — Что случилось, братик? — проговорила я. — Там Рейджи ушёл, а Шу плохо. Субару бесится, а Райто гуляет. Аято пытается мне помочь напоить Шу лекарствами! — протараторил Канато.       Как всё запущено. Оказалось из-за резкого похолодание Шу заболел. Канато ссылается на отправку ленивого брата на север, несколько десятилетий назад. Прибью Карлхайнса когда-нибудь. Кому вообще в голову придёт отправить сына на север за плохие оценки?! С Райто и Субару понятно, а вот куда Рейджи делся? Об этом мы подумаем позже. Мы наконец пришли к комнате Шу. — Аня! — в один голос проговорили Субару и Аято.       Я прям спасительница рукожопых идиотов.       Мой взгляд упал на Шу, который лежал в постели и умирал. Ну это преувеличение конечно. Вокруг валялись разные флакончики и таблетки. — А вы ему нурофен давали? — спросила я подходя к Шусе. Нихренасе какой он горячий. Вообще не думала, что вампиры могут нагревается до такой температуры. — Что? — удивлённо спросил Аято. Точно. Нурофен это ж наша приколюха.       Я стала рыться в баночках и скляночках, выискивая подходящие лекарства. Послала Аято за водой, Субару за какой-нибудь настойкой, да покрепче, а Канато за мёдом. Наконец всё было готово и температура стала падать, отчего все выдохнули. — Аняяя, — протянул умирающий вампир. — Чего тебе, больной? — спросила я у Шу. Остальных я отправила по комнатам, оставшись на всякий случай. — Иди сюда! — проговорил он.       Мне пришлось встать с дивана и пойти к Шу. Кто ж знал, что он повалит меня к себе и крепко обнимите со словами: — Какая ты холодненькая!       Какая сильная хватка у болеющего вампира. Удивительно. От нечего делать я уснула.