***
— И будет рождена она — Жена Вампиров Короля, Но это в будущем, сейчас, Ещё не настал тот час. И будут чувства их сложны, И будут упрямы они, Но если противиться будут они, Только хуже будет им жить. Если она будет ненавидеть, То они оба будут страдать. Если она будет любить, Любовь эта будет спасать. * Впервые эти слова Шу услышал случайно. Он заглянул в кабинет отца за важным маминым поручением, а там Карлхайнс распевал эти слова с озадаченным лицом. — Много подслушал? — с улыбкой спросил Карлхайнс (Если что, то он тут няха — прим. автора). — Всё, — Шу виновато опустил голову. — Это про тебя, — сказал Карлхайнс. — Но кто она? — спросил Шу. — Это пока неизвестно, но ты сразу её узнаешь, — Карлхайнс улыбнулся.***
— Это она! — в комнату ворвался Карлхайнс. Сакамаки охренели от такого резкого появления отца. Только что к ним приехали новые Жертвенные невесты и они обсуждали их поведение. — Кто она? — спросил недопонявший Райто. — Кто именно? — спросил нахмурившись Рейджи. — Аня, — проговорил Карлхайнс и привёл себя в порядок. — Шу, она. Аня — это она! — Ну не он же, — заметил всё ещё не понимающий Райто. — Ты не поймёшь, — обычно собранный Карлхайнс выглядел просто чисто охуевшим. Волосы были чуть не приглажены, что уже могло довести некоторых до инфаркта. — Да не может быть, — проговорил Рейджи. — Но это так! — сказал Карлхайнс. — Своего поведения не менять. Ничего подозрительного не говорить. А ты, Шу, должен влюбить её в себя. Помолвку я уже объявил. Только это секрет! Карлхайнс вышел из гостиной, оставив в комнате чисто охуевших вампиров. Хорошо, что девушки только приехали и не знают обычного поведения вампиров, а то им бы было легко спалиться. Но после вампиры притерлись к девушкам, особенно к Ане, и привыкли к их обществу. Сакамаки даже почти забыли про то появление отца.***
— А ты… ик… в курсе, что ты… ик… моя Истинная невеста. Наша встреча была… ик… предначертана судьбой! — еле выговорил Шу. Аня засмеялась пьяным смехом. Они сидели в саду, скрываясь ото всех с бутылкой водки, которую где-то достал Сакамаки. — Конечно! — сказала Аня. — А ещё я — законная королева Англии! Шу закатил глаза и отпил из бутылки. Они с Аней просто сидели и пили, некоторое время. Бутылка кончились, а задница жаждала приключений. Аня и Шу встали на ноги, поддерживая друг друга. Облокачиваясь на всё, что встречалось по пути, они пошли в особняк — за добавкой! — Так ты мне не веришь, да? — спросил резко остановившись Шу. Аня чуть не поцеловала дорожку. — Не верю! — не хуже Станиславского сказала Аня. Шу, под воздействием алкоголя, идиотизма и иже с ними, притянул к себе пьяную в дровишки девушку. Аня даже сопротивлялась, когда Шу осторожно поцеловал её. Девушка наоборот взяла инициативу на себя и углубила поцелуй. Вот так и появляется любовь (прим. автора: и дети! ).***
— Отец, ты хотел меня видеть? — в кабинет Короля Вампиров вошёл Шу. — У меня есть две важные новости, — сказал Карлхайнс отрываясь от бумаг. — Первая — Вы с Аней едете отдыхать. Только вы. Вторая, чуть похуже — из-за того, что вы до сих пор не признались друг другу в чувствах и остальное с последствиями, ночью на тебя может напасть «Безумство страсти». Думаю не надо объяснять чем это губительно. «Безумство страсти» или «Животная любовь» — сильнейшее воздействие на человека/вампира/любое другое существо, в следствие которого есть только одна цель — оплодотворяться. Шу нервно сглотнул и вышел, кивнув напоследок.***
— Играешь? — в дверях школьного музыкального зала стояла Аня. Наглая ухмылочка и скрещенные на груди руки придавали её образу излишнюю дерзость и чертовскую привлекательность. — Как видишь, — безразлично сказал Шу. Пальцы ещё раз пробежались по знакомым с детства клавишам. Неожиданно произошло то, чего ну никто не ожидал. Аня просто упала. Как стояла так и упала. А потом забилась в истерике. Дверь, за которую попыталась уцепиться девушка, слетела с петель и полетела в противоположную сторону. Шу подбежал к девушке и громко закричал, желая увидеть тут хоть кого-нибудь (прим. автора: бойся исполнения желаний, Шуся).