163 часть. Мотивы, плюсы, минусы.
17 марта 2020 г., 10:00
Примечания:
Это довольно важная часть, потому что я хочу вам многое рассказать про Нику. Так как, думаю, что вы её не много не любите. Надеюсь, что эта глава многое прояснит.
Воспоминания.
POV Ника.Четыре года назад.
— Воробей Николь Александровна, — зачитала женщина в строгом облачении. — Допустим, — усмехнулась я. Я подняла голову. До этого я не смотрела на них. А зачем? Приходят, уходят, но смысл один — либо я становлюсь на учёт, либо. Ой. Другого варианта нет. Ну конечно. Три раза сбежать из дома. Поджечь заброшенный дом. — Как ты докатилась до такого, девочка? — с укором спросила женщина. — Я не девочка, — фыркнула я. — Мне уже шестнадцать. Я снова опустила голову. — Ты думаешь, что лучше сбежать отовсюду? — продолжала спрашивать женщина. — Да, — ответила я.***
Три года назад
— Мам, я дома, — крикнула я, скидывая обувь. Закрыла дверь и скинула куртку. Пошла в свою комнату, бросив короткий взгляд на мать. — Ты приготовила ужин? — спросила я. — Сделай себе бутерброд. Не маленькая уже, — отмахнулась мать. Я послушно сделала бутерброд и пошла в свою комнату.***
Три с половиной года назад.
— Лесбиянка! — проорал мне вслед одноклассник. Смысл повторять это слово? Я закатила глаза и достала телефон. — Привет, милая, — проговорила моя девушка, подходя ближе. Я устало вздохнула и положила голову ей на плечо.***
Четыре с половиной года назад.
— Я МОГУ СТРИЧЬ СВОИ ВОЛОСЫ, КАК ХОЧУ! — проорала я и захлопнула дверь. Слезы покатились по щекам. Я сползла по стеночке. Утерла слезы и потянулась к телефону. — Привет, Алиса, — проговорила я дрожащим голосом. — Мы можем сейчас поговорить? — Ника, я сейчас с Ульяной. Потом позвоню. Гудки. Слезы усилились, а я просто уткнулась носом в колени.***
Два года назад.
— Но. Ты же говорила. — не могла найти я слов. — А как же вместе даже с крыши? — Прости, но я. Я тебя никогда не любила. Мне просто было жаль тебя, — проговорила Алиса. И ушла. Ушла. Я хватала воздух ртом, но не могла вдохнуть его. Волосы растрепались. Тогда я приняла решение покрасить их. Злость. Только бешеная злость во всем теле. И вдруг тихий голос, в голове. — Детка, всё не так плохо, — мягкий, шелестящий голос. — Меня можешь звать Аллой. Мы порвем всех гадин. Я сошла с ума. Но так даже лучше.***
Полтора года назад.
— Если не встречу свою любовь до тридцати лет, то уйду в порно индустрию, — проговорила я небрежно. — Погоди, стоп, что? — неслаженным хором спросили одноклассницы. — А смысл ждать дальше? — спросила я. Я рассмеялась, смотря на шокированные физиономии одноклассниц. Взяла свой рюкзак и вышла из раздевалки. — Сумасшедшая, — услышала я голос позади себя. Достала макет гранаты и оторвала чеку. Бросила в раздевалку с криком «Ложись!». Послушав крики, я счастливая ушла. — Молодец, детка, — проговорила Алла.***
Полгода назад.
— Я сказала, что у неё будет нежно-голубое свадебное платье! — упрямо проговорила я, отправляя своей Даше голосовое. — Платье должно быть белым! В крайнем случае можем сделать омбрэ! Я рыкнула и отложила телефон. Откинулась на кровати и прикрыла глаза. Услышала как телефон разрывается от сообщений и лениво встала.***
Год назад.
— Вы психолог или психиатр? — спросила я, прищуриваясь. — Я психолог, — проговорила девушка лет двадцати. — Понятно, — сказала я. Раздвоение личности, хоть и небольшое. — Как ты говоришь зовут твою вторую личность? — спросила мозгоправ. — Алла. Типа. Адекватная личность, — проговорила я. — И ты с ней говоришь? — спросила девушка. — Не-а. Она не отвечает на мои вопросы. Только комментарии, — сказала я. — Сейчас она говорит, что, цитирую — «Ника, твоей больной головушке мозгоправ не поможет». Я усмехнулась и продолжила мысленный диалог с Аллой. Кто говорил, что мне нужно говорить правду?***
Менее года назад.
— Ты теперь ведьма! — саркастично фыркнула Алла. — Мы теперь ведьмы, — поправила я. Алла снова фыркнула и, я больше чем уверена, закатила глаза. Всё таки те таблетки только увеличили ей громкость, а также иногда я видела перед глазами девушку. Я с внутренним трепетом рассматривала ведьминский домик. Пыль убрать и можно музей сказки открывать. — А как назовем? «Сказка «Дом Николь Сумасшедшей»? — продолжала говорить Алла. Перед глазами возникла старая я. С длинными русыми волосами, а также в позе «руки в боки». — Ну уж нет. Такие сокровища будут только моими, — проговорила я.***
Первое время в особняке.
— Па-бам! — громко сказала Алла в моей голове. — Я сейчас тебе такой «Па-бам» устрою! — прошипела я вслух. — Ты с кем? — спросила Даша, появляясь из ниоткуда. — С зельем. А то оно как-то подозрительно шипит, — выкрутилась я. Даша сделала вид, что поверила. — Куда пропала крыша? Большой-большой трындец! — пропела Алла. Я ударила себя по голове. — Что ты делаешь? — спросила Даша. — Тараканов выгоняю, — улыбнулась я.***
Настоящее.
— День пятьдесят третий. Таблетки не помогают. Ника сходит с ума. Заберите у неё гитару, — проныла Алла. Я отложила гитару. — А может забудем всё и сбежим? — спросила я. — Тебя совесть загрызет, — проговорила Алла. — Она есть? — скептически спросила я. — Я про себя, — обиделась Алла. Я фыркнула и легла спать. Завтра ещё зелье варить.
