Совсем иная история II

      Питер резко открыл глаза и тут же закрыл их, когда яркий свет ослепил его. Он тяжело выдохнул, пытаясь прийти в себя. Тело ныло, напоминая о том, что у него сломано по меньшей мере два ребра и рука, а тупая головная боль пульсировала в затылке. События стали постепенно выстраиваться в голове по порядку, и Питер готов был поклясться, что его тело вновь ощутило все прелести прошедшей ночи.       Парень заставил себя открыть глаза и дал им привыкнуть к свету, льющемуся из окна. Он повернул голову, обнаруживая, что находится в какой-то комнате, которую никогда раньше не видел. Питер внимательно изучил всё глазами, пытаясь понять, где он находится. Пит лежал на мягкой кровати, его сломанная рука была перетянута бинтами, как и нога, на которую он с трудом наступал. Раны на теле почти затянулись, как и обычно, но всё же не до конца. Учитывая стадию исцеления, прошло около двенадцати часов с того момента, как эти травмы были получены. Теперь возникал вопрос лишь в том, что случилось после того, как он потерял сознание.       Питер медленно сел на кровати, обнаружив, что сделать это не так больно, как ожидалось, хотя рёбра протестующе заныли. Парень скинул с себя одеяло, которым был накрыт, и опустил босые ноги на пол. Он встал, тут же шикнув от того, как отреагировала на это его перебинтованная нога, но всё же не упал, как мог бы ожидать, лишь немного покачнувшись. На нём не было ничего, кроме его боксеров, что могло значить абсолютно всё, что угодно.       Питер провёл рукой по волосам, взъерошивая их, и прислушался к своим ощущениям. Ощущение опасности отсутствовало, но было предчувствие чего-то неизбежного и не самого приятного. Такое же чувство было тогда, когда к нему приближался Флэш или когда близились ссоры. Редкое и почти непонятное ему ощущение.       Питер осторожно, стараясь не шуметь, приблизился к двери и приоткрыл её, тут же удостоверившись, что чутьё молчит, выскальзывая из комнаты, в которой очнулся. Парень оказался в просторном холле с потёртыми обоями, которые в паре мест отходили от стены, справа от него были две двери. Ещё одна дверь расположилась слева, больше похожая на входную, если учесть глазок. Питер подумал о том, что мог бы прямо сейчас уйти, чтобы не огрести проблем побольше, но замер, когда услышал позади себя шаги, а затем почувствовал спиной взгляд.       — Я, конечно, знал, что там тепло, но тебя не поймут, если ты появишься посреди Сан-Франциско в одних боксерах, — сказал чей-то приятный мужской голос позади.       Питер обернулся и тут же замер, широко раскрыв рот от удивления. Его вдох резко оборвался, словно бы воздух внезапно выбили из его лёгких. Позади него стоял Эдди Брок. Сам, чёрт его возьми, Эдди Брок.       — Что? — только и смог спросить Питер, а потом начал обрабатывать полученную информацию. Так, Сан-Франциско, Эдди Брок… А где же та тварь, что чуть не убила его?       — Я так посмотрю, ты знаешь меня, верно? — усмехнулся мужчина.       Он выглядел немного потрёпанным. Исхудал с того времени, когда Питер видел его на экранах в последний раз, волосы немного отросли и находились в полном беспорядке. На нём красовалась поношенная толстовка светлого цвета тауп и такие же потрёпанные джинсы. Этот образ явно не соответствовал тому существу, которое точно будет преследовать Питера в кошмарах до конца его жизни. Так как же парень тут оказался?       — Покажите мне человека, который не знает Вас, мистер Брок, — чуть усмехнулся Питер, пытаясь придать себе беспечный вид, — А… как я тут оказался?       — Мы спасли тебя, — пожал плечами Эдди, а затем окинул парня взглядом, — Выглядишь в разы лучше. Пошли, парень, я объясню тебе всё, а потом разберёмся, как поступать будем, ладно?       Питер медленно кивнул и подошёл к Эдди, немного припадая на болящую ногу. На вопросительный взгляд мужчины парень лишь махнул рукой и сделал вид, что в полном порядке, но это было не так. Хоть паучье чутьё молчало, Питеру было страшно. Он и представить не мог, что будет дальше, но то, что он всё ещё жив — уже хороший знак. Может, теперь у него будет шанс вновь поговорить с Тони, попросить у него прощения… и узнать, жива ли Мэй. Он не знал, что случилось после того, как сбежал полгода назад. Не знал, выжила ли она, оплакивать ли ему её? Вдруг кроме могил родителей и Бена будет ещё могила Мэй?       Эдди зашёл в комнату, в которой проснулся Питер, и открыл шкаф, в котором лежали огромной кучей вещи.       — Вряд ли тебе будет удобно просто вот так ходить, так что… — Брок выудил из шкафа какую-то синюю футболку и серые спортивные штаны, — Вроде они мне маловаты, но на тебя могут налезть.       Эдди протянул вещи Питеру, и тот осторожно взял их, неуверенно окидывая взглядом. Они явно чуть больше, чем нужно ему, но намного лучше, чем ничего. Питер тут же натянул на себя штаны, обнаружив, что они, в принципе, подходят ему, хоть и немного длиннее, а следом футболку. У одежды был уже впитавшийся запах одеколона, который Питер учуял, пока одевался.       — Так лучше, — сказал Брок.       — Спасибо, — пробормотал Питер, тут же потупив взгляд, — Это действительно лучше.       — Пошли, я поставлю чайник. Судя по всему, ты давно ничего не ел вообще, но так как на еду я не богат, хотя бы чай. Не думаю, что ты здесь надолго, верно?       Питер сидел, скрестив ноги под стулом и нервно постукивая пальцами по поверхности стола, за которым сидел. Кухня Эдди была в не меньшем беспорядке, чем вся квартира. Такое ощущение, что здесь наводят порядок только тогда, когда некуда ступить, но Питер молчал об этом.       — Сразу отвечу на твой вопрос, который, готов спорить, давно вертится у тебя на языке. Та чёрная тварь — это симбиот с другой планеты, и он живёт во мне. Его зовут Веном, — Брок тут же кашлянул, закатывая глаза, — Нас зовут Веном, окей.       — Звучало бы как бред, если бы не было научно доказано, что симбиоз человека с другим организмом вполне вероятен, при определённых условиях. В чём заключается ваш симбиоз? Он просто живёт внутри, а когда надо превращается в страшилу, которая любого до усрачки напугает?       — Лучше не называй его так. Он это не любит, — чуть тише проговорил Эдди, а затем уселся за стол напротив парня, — Подхватил его, когда влез в закрытый отсек у Фонда Жизни, пытаясь найти доказательство. Долгая история.       Питер кивнул и поймал себя на мысли, что стучит пальцами по столу. Он тут же отдёрнул руку и закусил губу, потупив взгляд. Парень чувствовал себя жутко неловко. Он всё ещё не понимал и половины произошедшего, но был так счастлив, что больше не находится в том аду, где провёл последние полгода своей жизни.       — А когда я смогу вернуться домой? — спросил Питер, понимая, что звучит как потерявшийся маленький ребёнок.       — Мне нужно, чтобы ты добыл мне доказательство о том, что Тони Старк — Железный Человек. А дальше уже без проблем.       Питер резко выпрямился, испуганно взглянув на Эдди, лицо которого оставалось невозмутимым. Как он…?       — С чего Вы взяли, что он Железный Человек? — только и смог спросить парень, поборов свой внезапный ступор.       — Веном находится в нас обоих прямо сейчас, — чуть улыбнулся Эдди.       Питер вздохнул, прикрывая глаза. Ну да, ничего не бывает просто так, верно? Неужели он поверил, что жизнь дала ему второй шанс? Ладно, хорошо, но неужели в нём находится частица этого чёрного страшного существа? И самым смущающим фактом было то, что парень даже не чувствовал в себе чьё-либо присутствие. Быстрый поток мыслей хлынул в его голову, и он даже не успевал понять суть собственных вопросов и выводов.       Эдди поставил перед ним кружку. Питер кинул неуверенный взгляд сначала на чай, а затем на мужчину, уже вновь присевшего перед ним. Он, судя по всему, не собирался никуда спешить и давал ему время подумать.       — Как? И… когда? В смысле… я вообще ничего не чувствую.       — Ты слишком много думаешь, Пит, — вздохнул мужчина, потерев переносицу, — Всё не так просто, так что не будем лезть в подробности.       Между ними снова наступила тишина, но если Брок казался спокойным, то Питер был максимально напряжён. Парень наконец взял поставленную перед ним кружку и немного отпил.       — Он что, типа, мысли читает? — смог спросить он, когда сделал второй глоток.       — Ага, — прозвучал чужой голос.       Питер вздрогнул, чуть не выронив кружку, но сумел её поймать, благодаря своим рефлексам. Он огляделся по сторонам, готовый вскочить со стула, но ничего не обнаружил. Внезапно зазвучал смех, и это вызвало волну беспокойства и страха, пробегающих по его позвоночнику.       — Он у тебя в мозгах. Не удивляйся, — сказал парню Эдди, заметив его поведение.       — Какого хрена?! — воскликнул Питер, впиваясь взглядом в мужчину.       — Понимаешь ли, парень, я потерял работу из-за Фонда Жизни. И чтобы вернуться, я должен выпустить громкую статью. Разоблачение Тони Старка будет залогом на моё возвращение, — Эдди пожал плечами, — Очень удачно, что ты мне подвернулся.       Парень вспомнил, как они с Тони проводили время в мастерской, как они с Тони ходили по магазинам, как они встретились спустя такое долгое время на той крыше. И потом в голове возникли образы их последнего разговора, когда Питер в отчаянии кричал на него, когда он чувствовал лишь ненависть и боль. Но спустя такое долгое время, всё поменялось, и он посмотрел на всё это с другой стороны. Злился ли Питер? Да, но только поначалу.       — Я не буду делать этого, — сказал Питер, отставляя кружку, — я понимаю, что у Вас проблемы и бла-бла-бла, благодарен за спасение моей жизни, но… нет.       — А у тебя выбор не шибко большой, — сказал Веном в голове.       Внезапно всё тело изнутри скрутило болью, и это было не от травм. Питер вскрикнул, падая на пол со стула. Казалось, все внутренности скручивает тугим узлом, а затем пронзает тысячью иголок. Он готов был расстаться со своими органами, потому что боль была практически невыносимой.       — Хватит! — закричал парень, выгибая спину дугой. Пальцы скребли пол, но ничего не помогало.       — Веном, остановись, — приказал Эдди властным голосом.       Боль отступила. Питер облегчённо сделал вдох, кашляя. Рёбра напомнили о себе знать, как и рука. На глазах выступили слёзы, которые он тут же вытер. Непроизвольные, просто появившиеся от боли.       — Что за хрень? — спросил Питер надломленным голосом.       — Он показал, как медленно и больно ты умрёшь, если не поможешь мне, — просто ответил Эдди, — В общем, найди мне доказательства против Тони Старка, или же ты умрёшь. Может, доберусь до тётушки Мэй… Если она жива.       — Не смей её трогать! — закричал Питер, вскакивая на ноги и тут же морщась от боли в лодыжке.       Если она жива.       В голове загудело. Противно и назойливо. Питер зажал уши руками, зажмурив глаза.       — Веном, прекрати! — рявкнул Эдди.       Всё прекратилось. Питер тяжело вздохнул, чувствуя подступающую к горлу истерику.       Чёрт, он попал.       — Ты такой аппетитный, м-м-м, — протянул голос в голове.       — ЧТО?! Не смей меня трогать, пугало! — воскликнул Питер, резко выдыхая. Его что, серьёзно собирались сожрать?       — У тебя такие вкусные органы… — продолжил голос в голове.       — ЭЙ! Не трогай меня! — запротестовал Питер, на самом деле ничего не чувствуя. Складывалось впечатление, что он просто сумасшедший.       — Что он там болтает? — поинтересовался Эдди обыденным тоном.       — Он хочет сожрать меня! — он уже был на грани истерики.       — Он прикалывается, — усмехнулся Эдди, — Он мою печень хотел съесть через пару дней знакомства.       Питер поморщился.       — Не хотел бы я таких друзей.       Ему казалось, что он во сне, что Фонд Жизни устроил какой-нибудь эксперимент с его сознанием, а он так спокойно купился на это. Будто всё, начиная с того момента, когда он очнулся в фургоне и до настоящей секунды, было сном. Эти люди любили экспериментировать с ним, пытать его и всё время изучать, так почему бы им не протестировать его сознание?       Питер уронил голову на руки, тяжело вдыхая воздух. Сломанные рёбра всё время напоминали о себе, и каждый вдох отдавался болью, особенно после падения на пол. Он чувствовал нарастающую паническую атаку и решил немного отвлечься от мысли, что он всё ещё у Фонда.       — И что же он тогда ест? — спросил Питер.       — Он любит жрать людей… — начал Эдди.       — Это я уже воочию увидел, спасибо, — кинул парень, ощущая, что это не помогло, когда перед глазами возникла картина с лежащими в лужах собственной крови людьми.       — Люблю шоколадки! — радостно воскликнул Веном в голове.       — Что, блять?! Тварь. Пожирающая людей. Любит. Шоколадки?! — Питер закашлялся, тут же морщась от боли.       — Типа того. Я думал, у меня будет сахарный диабет, когда он требовал только сладости, — развёл руками Эдди, словно это могло бы быть очевидной вещью. Ну да, кто не подумает, что страшный монстр из космоса, который ест людей, любит сладкое? Это же так понятно!       — Жесть, — выдохнул Питер. Ему стало чуть легче, потому что он сумел отделаться от парочки назойливых мыслей, — Ну, а что там с Фондом Жизни? Как Вы вообще меня нашли? — Питер устремил свой взгляд на Эдди.       — Я тебя не искал, если так посмотреть. У нас с Фондом свои тёрки. Я лишь хотел найти пару доказательств против них, как раз Венома подцепил, ну, а потом снова наведался к ним. Увидел, как тебя пытаются незаметно перевести. Думаю, что явно не так что-то. Ты был как будто под наркотой, а тебя вели куда-то, предварительно заковав в наручники. Ну кто подумает, что всё окей? Поэтому я последовал за машиной, — объяснил Эдди и отхлебнул чай из кружки, которую держал в ладонях. Питер отметил про себя, что у мужчины дрожат руки.       — То есть я в Ваши планы не входил? — понял парень.       — Но удачно подвернулся, — кивнул мужчина, — Да, что-то вроде этого.       — Совпадение, — протянул Питер саркастично, закатывая глаза.       Он попытался сесть поудобней, вытягивая спину. Снова боль, на этот раз сильнее, заставляющая его зашипеть сквозь зубы. Почему же его паучье исцеление было таким медленным? Если говорить честно, Питер терпеть не мог, что переломы так медленно заживали, а получал он их на патрулях, к сожалению, часто.       — Невероятно! Ты что, Человек-паук?! — радостно воскликнул Веном в голове.       Питер тут же замер, вспоминая, что эта тварь читает мысли. Он уже готов был взвыть от отчаяния.       — Заткнись! — прикрикнул Питер.       — Оу, — выдохнул Эдди, удивлённо посмотрев на парня.       Чёрт, Брок тоже услышал это. Почему его секрет уже не секрет? Слишком много людей знают его личность, это начинало бесить. Питер прикрыл лицо ладонью здоровой руки, отмечая, что движение сломанной причиняет уже меньше боли, чем раньше.       — Я не скажу, не волнуйся, — Эдди отставил кружку в сторону, — Но… Воу, серьёзно? Сколько тебе? Пятнадцать? И ты Человек-паук? Это немного… неожиданно.       — Может, такой статьи тебе хватит? — вздохнул Питер, вспоминая, что теперь находится между двумя крайностями.       — Ну уж нет, твою жизнь портить я не хочу таким образом. А вот Старк… у нас с ним свои счёты, — Эдди отрицательно покачал головой.       Питер даже поверить не мог, что находится в таком положении прямо сейчас. Как бы больно Тони ему не сделал раньше, хорошего было гораздо больше. Парень не сомневался, что его искали, ведь Старк не мог просто так отпустить его. Забавно, что после этого предательства, Питер отчаянно цепляется за надежду, что дорог для Тони, и что всё это было лишь одной небольшой ошибкой.       — Если он искал тебя, то почему не нашёл? — спросил Веном в голове, и в его голосе прозвучали грустные нотки, словно бы симбиот сочувствовал парню.       Питер вытер слезу, появившуюся в уголке глаза, и предпочёл проигнорировать Венома.       — Тебе больно, я могу помочь, — заверил симбиот.       — Ты о какой боли, душевной или о моих травмах?       Веном ничего не ответил. Внезапно Питер ощутил, как кости постепенно начинают заживать, словно внезапно все трещины и надломы затягиваются клеточка за клеточкой. Боль начала отступать, дышать стало неожиданно легко, иглы в ноге исчезли, вырывая из парня облегчённый вздох. Питер прикрыл глаза, глубоко втянув воздух, не ощутив этой пронзительной и ноющей боли в рёбрах.       — Спасибо, — прошептал парень, двигая теперь уже целой рукой в бинтах.       — Я не отвозил тебя в больницу, потому что твои раны довольно быстро затягивались, — сказал Эдди со своего места, — Но видно, твоя регенерация не настолько быстра, верно?       — Обычно мои повреждения менее обширны. На меня падало здание, но кости оставались целыми после этого. Нужно немало усилий, чтобы сломать мои кости.       — Люди внутри того фургона, где тебя перевозили… Они были похожи на отбитое мясо, ты знаешь? — медленно произнёс Эдди, внимательно изучая Питера взглядом.       Парень вспомнил ту ужасающую картину, и ему показалось, будто желчь из желудка поднимается вверх. Он тяжело сглотнул, опуская глаза в пол, чтобы посмотреть на свои босые ноги. Питер был уверен, что его может стошнить ещё раз даже от одной мысли о том, как выглядели те люди.       — Мистер Брок…       — Можно просто Эдди.       — Хорошо, Эдди, — Питер поднял на него взгляд, — у тебя есть компьютер? Желательно мощный. Или же доступ к данным определённых людей.       Эдди сначала вопросительно выгнул бровь, а потом, видимо, самому себе, медленно кивнул головой, и почесал затылок.       — Хочешь знать, жива ли твоя тётя?       Питер кивнул, закусывая губу.       — У меня нет такого доступа, но ты умный малый, уверен, способен взломать базу.       — Я могу… ну… одолжить компьютер?       — Валяй, — Эдди со вздохом встал со стула и вышел из кухни, оставляя Питера одного на какое-то время.       Ему определённо повезло выбраться оттуда, где он был подопытной крысой.       Ему определённо не повезло попасть в эту ситуацию.

****

      — В прошлый раз ты сказал мне, что хочешь любоваться моими провалами, верно? — доктор Холл внимательно смотрел на Питера через стекло, словно посетители смотрят на зверей в клетках в зоопарке, — Ты считаешь, что наши эксперименты ни к чему не приведут?       — Я считаю, что вы все тут чокнутые придурки, о которых снимают фильмы, — сказал Питер, смотря мужчине прямо в глаза, — У вас ничего не получится. Никогда. Поверьте мне.       — Но ведь ты же когда-то получился, — заметил доктор Холл.       Питер усмехнулся, опуская взгляд. Он провёл рукой по волосам, чувствуя в горле ком.       — Я неудача и обыкновенная случайность. Хотите знать, что со мной делали? Я просто расскажу вам, но что бы вы не делали, поверьте, вы провалитесь, — голос был таким непривычно тихим, — Я изучал всё, что было сделано со мной, я помню все схемы препаратов, порядок их введения. Помимо меня такие же опыты ставили ещё на троих, но получилось только со мной. Я думаю, кто-то из ваших допустил ошибку либо в введённой мне формуле, либо в её записи.       Холл внимательно смотрел на Питера из-под своих очков. Его пронзительные голубые глаза изучали каждый миллиметр парня.       Питеру было тошно от него, от всех людей вокруг. Его постоянно приводили в эту камеру, чтобы беседовать с ним, но ещё чаще он находился в агонии, пока эти уроды экспериментировали с ним, словно бы с подопытной крысой.       — Ты знаешь, сколько ты здесь пробыл? — спросил мужчина.       — В первый раз я был тут двенадцать месяцев и одиннадцать дней. Сейчас идёт тридцать четвёртый день моего пребывания в этом месте. Восемь из этих дней ко мне никто не приходил, кроме как приносить еду. Десять дней мне вкалывали сыворотки. Два дня меня исследовали, не причиняя боли. Шесть дней меня резали, проверяя скорость регенерации. Один день меня били током, проверяя работу сердца и реакцию. Четыре дня меня морили голодом, проверяя реакцию организма на обезвоживание и истощение. Пять дней я просто пробыл в отключке, — Питер перечислил всё это, не сводя глаз с доктора Холла, — Эта информация была Вам нужна?       — У тебя невероятная память, — заметил мужчина.       — Вы невероятный козёл, но я к таким толерантен, когда вне костюма. Хотя знаете, хотелось бы плюнуть в Вашу самодовольную рожу, чтобы Вы перестали смотреть на меня так, — Питер говорил это с неким равнодушием, чуть улыбаясь.       Доктор Холл вздохнул, снял очки и после поднялся со стула, на котором сидел. Он кинул на парня уставший взгляд и махнул рукой, подзывая одного из помощников.       — Отведи его в комнату номер двести пять. Сегодня понижение температуры до нуля. Если мои расчёты верны, то объект пятьдесят восемь и четыре может унаследовать от гена проблемы с терморегуляцией, — сказал доктор Холл как можно тише, смотря на стоящего рядом с ним парня лет двадцати трёх, — Через пять часов принесёшь отчёт.       Питер истерично усмехнулся, проводя руками по лицу. Что ж, появилось нечто новое.       — В моём расписании обновление? Хоть какое-то разнообразие, — чуть громче, чем он говорил в последнее время, сказал Питер.       Доктор Холл кинул на него раздражённый взгляд, а затем ушёл, покидая лабораторию. Молодой помощник сочувственно посмотрел на Питера, которому это сочувствие не приносило ни грамма утешения.       — Прости, что тебе приходится страдать, Пит. Ты тут ни при чём, — сказал парень.       — Мне твои извинения как утопающему железная гиря, — зло бросил Питер.       Камера открылась, когда помощник доктора Холла ввёл код. Он прошёл внутрь, осторожно беря Питера за руку. Тот и не сопротивлялся, просто смирившись с тем, что на этот раз он замёрзнет, потому что расчёты доктора Холла были верны. Питер уже чувствовал некое равнодушие. У него забрали всё, что было ему дорого и важно. Он не знает, жива ли Мэй, ему врал дорогой человек, и его худший страх вновь с ним.       Потому что вокруг лишь белый цвет и боль.