Winner

Их возродившиеся отношения можно было смело описать тремя словами. Сделка с дьяволом, — так, страшась и нервничая, думала Эмма, впервые услышав об этом вдруг возникшем из ниоткуда «условии». Но что он мог ей предложить? Версий было предостаточно, но во главе всех возвышалось только одно имя, не дающее покоя капитану — Дейв. Глядя в его изумрудные глаза, на его непроницаемое и не выдающее эмоций лицо, Эмма словно давно предчувствовала это: Джефф попросит разорвать с ним любые связи. Будучи коллегами, они сразу невзлюбили друг друга, и даже когда детектив неплохо справлялся со своими обязанностями, капитан находил для него парочку едких выражений. Причина у всего этого была одна, и сейчас она сидела в кровати рядом с Джеффом, нервничая и зажмурившись в ожидании условия. Значит ли это то, что она согласится его выполнить? Однозначно, нет. Дейв был её лучшим другом, и какое бы дерьмо он ни вытворял, ошибочно считая, что «так будет лучше» — она от него не откажется. Джеффу придётся с этим смириться. Девушка нервно вздохнула и стала ждать, когда капитан, наконец, заговорит. — Я тут поговорил с твоим режиссёром... Алеком. — Аланом? — Бес его знает, — мужчина кладёт сигарету в пепельницу и серьёзно смотрит на блондинку. — Он сказал мне, что в Нью-Йорке ты довела одну девушку до нервного срыва. Это правда? Эмма в удивлении приоткрывает рот. Это он о том случае, когда гримёрша первая на неё наорала за синяки под глазами?! Так Эмма не виновата. Та глупышка первая начала. Актриса выпрямляется и качает головой. — Нервный срыв... он преувеличивает. Она просто разревелась и не могла остановиться. — Ты иногда такая бесчеловечная сука, Эм. — Кто бы говорил? Сколько человек ты уволил вчера? Капитан в раздражении фыркает, уставившись на актрису в немой задумчивости. Дуэль взглядов продолжается недолго, пока Джефф снова не начинает вспоминать. Он чувствует себя чёртовым мозгоправом, но у него просто нет выбора. Будет заботиться о ней, — сколько бы седых волос это ему ни стоило. — Чёрт с этим Алленом, ты ведь понимаешь, что все твои психи — побочные эффекты принятия той дряни, что нашли в твоей сумке? — Я похожа на идиотку? — с губ девушки слетает нервный смешок. Она встаёт с кровати и, обнажённая, подходит к балкону, облокотившись о перила. Ветер с океана приятно треплет светлые волосы, предрассветные сумерки нагоняют сон. Эмма стоит так до тех пор, пока большие ладони капитана не ложатся на её талию, поворачивая девушку к себе. Она отводит взгляд, создавая видимость вселенской обиды. — Не дуйся, Эм, я лишь хочу помочь. Эмма усмехается и обвивает шею мужчины руками, утыкаясь в неё носом и вдыхая родной запах. Так они и стоят, обнявшись, пока прибрежный ветер обдувает их оголенные тела. Подняв на полицейского взгляд, девушка нервно вздыхает: — Так что за условие? Предупреждаю: если ты собрался... — Ты будешь ходить со мной в зал. Эмма обескураженно открывает рот, отстраняясь. И пока с губ её ещё не сорвался бешеный поток вопросов, Джефф опускает руки на её ягодицы и усаживает девушку на балконные перила. — Когда ты ушла от меня... улетела, я был в ярости. Я понимаю твои чувства, Эмма. Только у тебя это побочные эффекты от транквилизаторов, а я всегда таким был. Однажды я пришёл в клуб, чтобы разнести там все к чертям за то, что они опять спалились на нелегальном бою, а мой приятель Зак предложил мне немного поспарринговаться до прихода Роджера. Колотить грушу, тренироваться, участвовать в боях и всё в этом роде — это правда помогает справиться с гневом, Эм. Теперь я не представляю свою жизнь без этого дерьма. Нет ничего такого в том, чтобы устраивать нелегальные бои. Для кого-то это бизнес, для меня — способ отвести душу. Ещё и бабки за это неплохие отгрести. Как видишь. Удивлённо вскинув брови, она не может подобрать нужных слов. Вместо этого девушка обвивает ногами ягодицы капитана, придвигая его ближе к себе, и с укором заглядывает в любимые изумрудные глаза. — Ты что, предлагаешь мне участвовать в боях? — Что? Господи, нет конечно. Твой этот Алан сказал мне, что собирается предложить твою кандидатуру на главную роль в одном триллере какого-то известного режиссёра. Для этого нужно много тренироваться, быть выносливой. Ты можешь убить двух зайцев сразу, Эмма. Когда ты будешь чувствовать, что ярость застилает тебе глаза — приходи в клуб. Колоти грушу, учись ударам со мной, не знаю, что угодно, чтобы направить энергию в другое русло. Предложение Джеффа, новость о новом фильме, его забота и тот факт, что они действительно могут спокойно поговорить обо всем: всё смешалось в бешеную воронку чувств, не позволяющую справиться с приливом впервые за долгое время радостных эмоций. Неужели после всего произошедшего Алан действительно предложит её кандидатуру? Неужели Джефф и правда так искренне беспокоится за неё после всего, что было? Некогда хмурого лица блондинки касается тень улыбки. Есть люди, которые действительно всегда будут с ней. Несмотря ни на что. Это и есть излечение от одиночества. Оно в двадцати пропущенных от Дейва, оно в этом будто бы родительском взгляде Алана, оно, в конце концов, в самых родных на свете руках, сжимающих её талию. Кончик носа краснеет, в уголках глаз скапливаются слезы. В эту самую секунду она перестаёт чувствовать себя воином. Ей больше не нужно бороться, больше не нужно бояться и вставать в защитную стойку. Может быть, единственная, кто вселяет в Эмму страх — и есть она сама, её демоны, что пожирают девушку изнутри, не давая надежды на полное излечение. Тогда она гордо выпрямит спину, изящно поправит кудри и встанет на последний, решающий бой — бой с самой собой. И рядом обязательно будет Джефф. — Так ты принимаешь мои условия? — в голосе его впервые теплится надежда. — Учти, тебя ждут бешеные физические нагрузки. Эмма улыбается, когда поднимает на него свой взгляд. Проводит ладонью по щетинистой щеке, опускается на шею, ласкает широкие напряжённые плечи, а затем лукаво улыбается: — Можем начать тренировку прямо сейчас. Джефф понимает этот взгляд: так, как она, никто и никогда не смотрел. Желая раздразнить её, растянуть это удовольствие, как можно дольше насладиться её стонами и этим довольным личиком, Джефф сжимает ладонью аккуратную грудь девушки, другой же рукой спускаясь ниже и начиная ласкать девушку, кружа пальцами вокруг её клитора и проникая в неё. Эмма выгибается и стонет, прижимает мужчину к себе и в немыслимом кайфе откидывает голову. Он продолжает терзать её удовольствием, а она победно улыбается, когда опускает руку и сжимает его возбужденный член рукой. Безумное желание велико настолько, что в глазах всё плывёт, и всё это подогревается ласками капитана, ощущением его напряжённого члена в её руке. Эмма обхватывает его ладонью, проводя вдоль основания и заставляя Джеффа шумно выдохнуть. — Сучка, — оскал его становится нечеловеческим, а Эмма нарочно издевается, наращивая темп, в одном ритме с его движениями. На ногах ему стоять становится крайне трудно, и свободной рукой он опирается о перила, припадая губами к её шее. Они терзают друг друга, до тех пор, пока Эмма вдруг не достигает своего пика, сокращаясь на его пальцах, прекращая свои движения и выдыхая его имя. Она запрокидывает голову, а когда открывает глаза, то видит совершенно безумную для неё картину, заставляющую её впасть в полнейший ступор. Не сводя с обнажённой девушки взгляд, он берёт оба своих пальца в рот, проводя по ним языком... Эмме срывает крышу. В глазах темнеет, и она окончательно теряет рассудок, опускаясь на колени перед его членом. Глядя на мужчину сверху вниз, как он на неё секундой ранее, она берет его в руку, облизывая головку, проходя языком по стволу. Капитан закрывает глаза, полностью отдаваясь этим крышесносящим ощущениям, и кладёт ладонь на её голову, придвигая девушку ближе к себе. Эмма берет его в рот настолько, насколько может себе позволить, двигаясь быстро, помогая себе рукой и в считанные минуты заставляя мужчину содрогнуться в оргазме. Это немыслимое ощущение, это продолжение их полёта, только далеко в космосе, в невесомости, в недоступности от чужих глаз. — Я хочу тебя, Джефф, я так хочу тебя, — в отчаянии шепчет она и поднимается на ноги минутой позже. Он снова усаживает девушку на перила, ладонью раздвигая её ноги и пристраиваясь к её входу. В ту же секунду Эмму ослепляет вспышка немыслимого наслаждения. Джефф начинает медленно двигаться в ней.

***

Ей с третьей попытки удаётся застегнуть чёртов ремень безопасности. Откуда-то взявшаяся нервозность вкупе с сонливостью мешают Эмме сосредоточиться — все цифры и буквы в экране телефона плывут перед покрасневшими от бессонной ночи глазами. Девушка тихо зевает и снова набирает Дейва. Нет, так они никогда друг до друга не дозвонятся. — Мне не нравится, что ты до сих пор общаешься с Ларсоном. Даже после всего происходящего, — капитан не скрывает отвращения, выкручивая руль и сворачивая на наводненную машинами главную улицу. Эмма закатывает глаза, слушая бесконечные гудки. — А мне не нравится, что мы встали в девять утра, проспав всего три часа. — Это не моя вина, — он улыбается уголком губ и опускает на глаза авиаторы. Когда оператор в очередной раз оповещает о том, что абонент не может ответить на её звонок, Эмма бросает телефон в сумку и раздражённо вздыхает. В Нью-Йорке уже полдень. Где его, черт возьми, носит? — Я серьёзно, Эмма, насколько далеко у вас с ним зашло? Он приставал к тебе? Вы спали вместе? — Один раз мы напились, и да, мы спали вместе. На полу. И там было ещё несколько девочек из съёмочной группы. Дейв думает, что у него был с ними тройничок. А я думаю, что он наивный дурак. Джефф поднимает ладонь, призывая девушку замолчать. Она смеётся и показывает ему язык, отворачиваясь к окну. Эмма будет боготворить их стычки, если однажды Джефф и Дейв снова столкнутся в одной вселенной. Тем не менее, она счастлива даже когда едет колотить грушу в какой-то сомнительный подвал, из которого в последний раз ушла со скандалом. Из которого, вернее, её унесли. На лице актрисы расцветает улыбка, и она усмехается, заметив свое отражение в окне. Как давно она улыбалась вот так, без повода, не на камеру и не с оскалом? Это было невероятное состояние окрыленности, все в её душе трепетало и цвело. Жизнь действительно налаживалась. И она действительно была счастлива. Форд Джеффа останавливается напротив неприметного супермаркета, заставляя девушку в недоумении выглянуть в окно. — Я куплю воды, — поясняет он. — Ты останешься? Эмма кивает. — Попробую дозвониться Дейву. Скрипя зубами, Джефф молча выходит из машины. Все его психи и истерики по поводу её общения с этим полудурком ничего не изменят: Эмма будет поддерживать связь с ним, даже если дуло пистолета приставят к её виску и пригрозят пристрелить. Это неизменная и несокрушимая правда, ему придётся с этим смириться. Эмма вытягивает руку с телефоном, пытаясь поймать сигнал. Одной беды не хватило, теперь телефон её напрочь отказывается принимать и совершать вызовы. С раздраженным рычанием девушка выходит из машины, поднимая руку с мобильником. — Чёртов Комптон, тут даже связь не ловит! — слетает с её губ, пока она ходит с поднятым в руках телефоном, словно умалишенная. Одна полоска сети заставляет её радостно улыбнуться. Эмма подпрыгивает на месте, и, пошатнувшись, пихает кого-то плечом. — Боже мой, извините, я вас не заметила! — актриса оборачивается, роняя телефон на асфальт. А затем и свою челюсть. Ведь вторая сторона аварии вдруг оборачивается, заставляя Эмму широко распахнуть глаза и впасть в ступор самой. — Джина? — ошеломленно слетает с губ.