Все нормально.

Жан-Пьер налетает сзади, пока парень осматривает зал торгового центра. Польнарефф смеется от того, как Какеин завизжал и уронил куртку, почувствовав на своей спине нелегкую такую тушку. Нориаки ворчит и выдает не меньше пяти колких фраз, прежде чем успокаивается. Тем не менее, Польнарефф не теряет гордость и жмет другу руку, как только тот поднимает куртку и поворачивается к нему. Нориаки вдруг осознает, что напрасно бежал на автобус — многоуважаемый французишка появился даже позже. Пускай на пять минут, но Какеину ли терять возможность ткнуть этим другу? — Ты опоздал, — хмуро отмечает он. — На пять минут опоздал. У Жан-Пьера глаза на лоб от такого заявления лезут, и Какеин очень даже доволен своим замечанием. — Мon ami, эти никчемные пять минут ничего нам не сократят! Мы же не дети какие-то, которых мамочка ждет к восьми домой, — весело парирует он. — Меня к восьми домой ждут дела и экзаменационные билеты. И, напоминаю, если бы не ты… Польнарефф шикает, прервав друга. Какеин тянет за чужой шарф, намекая на удушение и нескорую смерть, но вдруг пошатывается и понимает, что кто-то задел его плечом. Парень даже поворачиваться не хочет, пока не слышит короткое «хм» уже знакомым голосом. — И снова ты. Что ж, извини, — равнодушно бросил парень. Незнакомец уже собрался идти по своим делам, как Нориаки остановил его. — Второй раз сталкиваемся. Как хоть зовут? — отчего-то откликнулся он. И пока Жан-Пьер в непонимании наблюдал за происходящим, юноша, изогнув бровь, быстро осведомил Какеина: «Куджо Джотаро». И ушел вглубь толпы. — Ты нашел себе хахаля? — поинтересовался Польнарефф, и Какеин замахнулся на него. — Я просто спросил!

***

Вечер оказывается не таким уж и убогим, когда Польнарефф, в знак раскаяния, покупает другу большой горячий шоколад в Starbucks и предлагает зайти в какой-нибудь книжный магазин. Какеин соглашается, рассчитывая найти языковой и этнографический атласы. И, о, черт, Какеин такой везунчик, что сталкивается с тем Джотаро Куджо уже в третий раз за вечер! Он, кажется, приехал на работу, и бейдж «Джотаро» на его груди подтверждает это. У него стопка тетрадей в руках и круглые очки на лбу. Куджо как будто специально подходит именно к Нориаки и тихо спрашивает: — Могу ли я помочь? — А? — шарахается парень. — О. Наверное, да. Я ищу языковой атлас Китая. Джотаро оставляет тетради на ближайшем столе, кивает в сторону дальних стендов и просит Какеина пройти за ним. Они вдвоем перебирают все полки, и Джотаро наконец вытаскивает с самого низа заветную книжечку. Он останавливает от поиска своего клиента и протягивает ему атлас. — Пожалуйста. Это то, что вы искали? — удостоверяется Куджо, и Какеин кивает ему. — Отлично. Консультант напоминает расположение кассы, возвращается к тетрадям, а после направляется к служебному помещению. Он открывает дверь и звучно хлопает ею. Какеин, позабыв о Жан-Пьере, оплачивает атлас и уходит. И только когда он заглядывает в соседний художественный магазинчик, до него вдруг доходит: что-то не так. Он вспоминает с самого начала: торговый центр, Польнарефф, сейчас знакомый на тот момент незнакомец, куртка, книжный. Ах, да, он потерял друга. Нориаки возвращается и сталкивается с парнем в дверях. Он выглядит очень даже довольным и, кажется, даже прощается с кем-то. Жан-Пьер обнимает Какеина, и они уходят к эскалатору. Польнарефф вдруг замирает в нескольких метрах от лестницы, и Какеин готовится дать ему пинок, мол, пошли, что ты встал. — Постой. Как ты оказался за дверью раньше меня? — А, ну, я забыл о проблеме в виде тебя и спокойно отправился в художественный рядом, — сознался парень. — А что? И вообще. С кем ты прощался? Опять по первому зову какой-то юбки несешься? — Вздор! Это была не «какая-то юбка», а парень. И он, кстати, учится в нашем университете. Странно, что я его не знал раньше. Представляешь, он родился в Каире и приехал учиться в Японию. — И как зовут твоего египтянина? — искренне поинтересовался Какеин. — Абдул. Он довольно милый, и мы обменялись номерами. Нориаки посмеялся, отметив, какой же его друг все-таки странный. Сколько они были в том магазине? Минут пятнадцать, никак не больше, и Польнарефф уже с кем-то познакомился. Удивительно! — Я видел, что тот брюнет увел тебя вглубь зала. Все-таки хахаль! Какеин не побрезгал и замахнулся на друга повторно, отвесив ему уже неслабый подзатыльник. — Он увел меня, потому что он чертов консультант в этом книжном магазине, а я искал атлас, идиот! — подытожил Какеин. Польнарефф потер затылок и подтолкнул друга к эскалатору так, что тот даже пошатнулся. Жан-Пьер понял, что сейчас от него могут остаться только серьги-сердца, когда Какеин, с абсолютно серьезным выражением лица повернулся к нему и одними губами прошептал: «Молись».