Safe In Your Space

Если я скажу, что после нашей с Дэмианом свадьбы всё было гладко, то бессовестно совру. Но вот до свадьбы, уж поверьте, нам пришлось пройти через огонь, воду и медные трубы — и ещё раз, и много-много раз, в произвольном порядке. Дело в том, что мой Дэми оказался вовсе не тем нежным и безобидным мальчиком, коим я его считал. Да, вы скажете, я сам просил его проявить характер, но… не таким же образом! Чтобы вы осознали весь масштаб катастрофы, придётся вернуться обратно, во времена, когда мы лишь притирались друг к другу. Тогда прозвучал первый тревожный звоночек, на который мне следовало обратить гораздо большее внимание. И теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что сам навлёк на себя гнев… э-э-э, несуществующих богов. *** Итак, это случилось где-то через месяц после нашего знакомства. Тогда всё ещё виделось в розовых тонах, мы наслаждались друг другом и новыми отношениями, подолгу занимались любовью, сутками, бывало, не покидая покои… Я был очарован Дэмианом, всецело поглощён им и захвачен в плен. Он до сих пор выполнял всё, что я ему говорил, подчинялся мне, ловил каждое моё слово, и это, признаюсь, мне льстило. Я привыкал к этому и, сам того не замечая, всё меньше заботился о чувствах Дэмиана и всё больше — о своих. И вот однажды я доигрался. Сати, мой бывший любовник, всё ещё приходил во дворец, и мы с ним частенько виделись, так как он за время наших отношений сблизился с моими друзьями, и они хотели продолжать общаться с ним. Да и мне иногда не хватало лёгкости и непринуждённости, которая отсутствовала в разговорах с Дэми. Его познания о мире были слишком ограниченными из-за жизни в монастыре, его всё удивляло, а иногда — и пугало, а с Сати можно было и неприлично пошутить, и выпить, и обсудить личную жизнь во всех подробностях… В общем, из любовника он превратился в близкого друга. От Дэмиана я сей факт скрывал, ведь он знал о моих былых отношениях, и я не хотел, чтобы парень приревновал. Я, конечно же, познакомил своего Спутника с друзьями, но он был слишком невинным для нашего сборища сумасбродов. По крайней мере, я так думал. Поэтому я оставлял Дэми одного и проводил пару вечеров в неделю в компании Сати и остальных. Постепенно наши посиделки растягивались во времени: сначала до полуночи, затем — до двух, до трёх и так далее. Дэми безропотно терпел и пытался дожидаться меня, но в конце концов засыпал — или притворялся, что спит. В тот раз я припёрлся уже после рассвета — нетрезвый, сонный и провонявший дымом от кальяна. Ванну мне, конечно же, никто в такую рань готовить не стал бы, поэтому я просто стянул смердящую одежду и забрался в постель, где тихонько посапывал мой милый кудряш. Но оказалось, что он вовсе не посапывал, а возмущённо сопел, ведь как только я улёгся, он повернулся ко мне и воззрился своими бесовскими глазами, полным упрёка. — Где ты был? — строго поинтересовался он. Я опешил и пару раз моргнул, пытаясь развидеть это наваждение и надеясь, что это лишь часть пьяного бреда. — Э-э-э… с друзьями, — выдавил наконец я. — Ты же знаешь, детка. — Но сейчас уже утро! — тихо, даже в порыве негодования пытаясь следовать правилам приличия, воскликнул Дэми. — Д-да… прости, я потерял счёт времени, — пробормотал я, с возрастающим беспокойством глядя на своего некогда милого, покладистого мальчика. Что это с ним приключилось? Когда он успел превратиться в ревнивую фурию? Что я упустил? — И чем же это вы там занимались, что не заметили, как наступило утро? — ехидно поинтересовался Дэмиан, сел в постели и отодвинулся как можно дальше от меня, практически на самый край. — Ничем особенным, — поспешно ответил я. — Пили, разговаривали… — Там был Сати? — окончательно добил меня своим вопросом парень. — Что? Как ты узнал? — вырвалось у меня. Дэмиан шумно выдохнул и закрыл лицо руками. — Значит, это правда, — глухо пробормотал он. — Что — правда? — не понял я. — Слухи, которые ходят по дворцу, — ответил Дэми и печально взглянул на меня. — Об этом шепчутся все придворные и слуги, даже твоя сестра меня предупреждала. — Да о чём шепчутся-то? — не выдержал и повысил голос я. — Не понимаю, что ты имеешь в виду! — О том, что Сати зачастил во дворец, и вы с ним видитесь, — объяснил парень. В его огромных глазах стояли слёзы, но голос был на удивление спокойным, и от этого у меня по коже побежали мурашки. — Детка… — прошептал я. — Он — просто мой друг, мы общаемся… — Он — твой любовник, — перебил меня Дэми. — Бывший любовник! Остатки дурмана выветрились, как по мановению волшебной палочки, и я, выпутавшись из одеяла, подобрался к своему Спутнику и взял его за руку. Мысль о том, что я своими пьяным похождениями причинил боль своему малышу, потрясла меня до глубины души. Я будто посмотрел на себя со стороны и увидел, какими мои поступки, должно быть, показались Дэмиану. — Ты же знаешь, что я давным-давно расстался с ним, — пытаясь заглянуть парню в глаза, прошептал я. — Между нами никогда не было возвышенных чувств, мы с самого начала были друзьями с преимуществами… а теперь осталась только дружба. — Ты спал с ним? — будто не слыша меня, спросил Дэми. — Трахал его после того, как появился я? — Нет! — выдохнул я. — Конечно же, нет, милый… — И сегодня ночью ты не изменял мне? Ни с кем? — уточнил парень. Я вспомнил, как полуголые мальчики, приглашённые моим другом Арджуном — как он сказал, «для увеселения» — жались ко мне, пока я курил кальян, развалившись на диване, и, может быть, я в пьяном угаре позволил себе… — Нет. Я ни с кем не спал, тем более — с Сати, — решительно ответил я. Дэмиан выдохнул, заметно расслабился, и я с облегчением привлёк его к себе. — Ты веришь мне? — прошептал я ему на ухо. — Хочу верить, — прошептал в ответ Дэми. — Но все эти разговоры, придворные сплетни… — Я узнаю, кто разносит эти сплетни, и разберусь с ними, — пообещал я. — Но, бака подери, даже собственная сестра, Джая, посчитала меня изменщиком! — Она лишь передала то, что услышала. Да и тот факт, что ты скрывал своё общение с Сати, лишь подтвердил мои опасения, — грустно произнёс Дэмиан. — Я не хотел, чтобы ты заподозрил меня в чём-то. В конце концов так и случилось, — констатировал я. — Но у меня же нет оснований для опасения, верно? — ещё раз уточнил парень. — Эй… как думаешь, если бы я с кем-то переспал ночью, у меня был бы такой стояк сейчас? — вкрадчиво прошептал я, решив, что пора переключить внимание Дэми на более приятные вещи. Парень издал неразборчивый, тихий возглас, когда я положил его ладонь себе на пах, где под одеялом виднелся внушительный бугорок. Как ни странно, меня возбудили строгие речи и ревность Дэмиана, и мне очень захотелось утвердить свою власть над ним. Но кроме этого… я ощутил совершенно новое желание — чтобы Дэми мне сопротивлялся, а не безропотно предоставлял своё тело в моё пользование. Похоже, он это почувствовал — или же в самом деле был не в настроении — ведь когда я попытался уложить его на подушки, он воспротивился и оттолкнул меня. — Милый, ну ты чего? — удивился я. — Ты в самом деле на меня обиделся? — От тебя пахнет чужими мужчинами и дымом, — сморщив нос, пожаловался он. — Я не изменял тебе, — уже начиная раздражаться, повторил я. — Это хорошо, — вздохнул Дэми. — Тогда поцелуй меня, пожалуйста. — С радостью, — пробормотал я и, притянув его к себе на колени, нежно поцеловал. Когда наши губы разомкнулись, парень уткнулся лбом мне в плечо, пару мгновений посидел неподвижно, просто делая глубокие вдохи, а затем поцеловал меня в шею и прошептал: — Если бы ты трахнул Сати, я бы его убил. Как и любого другого. Моё сердце рухнуло куда-то вниз, и меня обдало мертвенным холодом. Что? Как мой нежный мальчик мог сказать подобное?! Я замер, не понимая, верно ли расслышал его слова, и всё-таки решил переспросить: — Что ты сказал? — Я убил бы Сати, — абсолютно спокойно повторил Дэмиан. — Перерезал бы ему глотку. — Что ты такое говоришь? — воскликнул я и отстранился, пытаясь перехватить его взгляд. — Как ты можешь даже думать об этом? Да что с тобой, бака подери? В его глазах клубилась тьма, а лицо будто превратилось в нечитаемую маску, невозмутимую и холодную. Я с отчаянием искал в его чертах знакомую мягкость и не находил, но… через какое-то время, показавшееся мне вечностью, парень будто оттаял, часто-часто заморгал и удивлённо взглянул на меня уже прежними глазами. — Я… я не знаю, зачем сказал это, — испуганно пробормотал он. — Златан, прости, пожалуйста, я не хотел. — Нельзя так говорить, — дрожащим голосом произнёс я, всё ещё держа его на расстоянии вытянутой руки. — Нельзя вредить людям, Дэми. Ты не можешь вот так взять, пойти и перерезать кому-то глотку. Я надеюсь, ты понимаешь это? — Я понимаю, — кивнул Дэмиан и виновато прикусил губу. — А я не понимаю, — недоверчиво покачал головой я. — Как ты вообще смог такое сказать? Ты же аскез! Последователь Пути Радости, и в частности — тапаса сердца! Вам нельзя даже думать о таком! Я был уверен, что ты — образцовый ученик и достиг полной гармонии с самим собой. Как… как ты смог пройти испытание? Дэми вздохнул и опустил глаза. — Я научился притворяться. Знаешь… когда всё детство и отрочество проводишь на улице, то волей-неволей учишься выживать. И убивать — тоже. Мне приходилось убивать ради спасения своей жизни и чести, Златан. Признаюсь, иногда мне хотелось убить даже тапаситов, у которых я был в обучении. Но постепенно я научился прятать это желание глубоко-глубоко и казаться послушным, робким, любящим всё и вся. А затем я сам поверил в это. Теперь же, с тобой, я становлюсь настоящим, таким, как был до обучения. Прости, если напугал тебя, я… это просто вырвалось само. Я очень приревновал. — О, детка… ничего, — растрогано прошептал я и снова привлёк его к себе. — Эти гады, жрецы, обижали тебя? Причиняли боль? — Нет, — покачал головой Дэмиан. — Не мне. Я был слишком ценным, лучшим учеником и первым претендентом на роль твоего Спутника, поэтому они не осмеливались. А вот с другими мальчиками, не столь удачливыми, как я… они поступали мерзко и жутко. Я видел это, но ничем не мог помочь. — Что… что они с ними делали? — спросил я, опасаясь того, что мог услышать в ответ. — Били их… унижали, — промолвил Дэми, цепляясь за мои плечи, словно в поиске защиты от прошлого. — Прикасались неподобающим образом и даже… даже лишали чести. — Они насиловали подростков? — в ужасе переспросил я. К горлу подступила тошнота от осознания, что я и моя семья, хоть и косвенным образом, причастны к этому безобразию. Дэмиан кивнул, подтверждая мою догадку. — Бака подери, милый… мне так жаль, что тебе пришлось такое пережить, — прошептал я. — И знаешь, с этим надо что-то делать. Это должно прекратиться. — Но как мы сможем это остановить? — недоверчиво переспросил парень. — Для начала ты расскажешь всем, что происходило с теми мальчиками, и назовёшь имена жрецов, ответственных за это, — сказал я. — Ты выступишь на молитвенном собрании в честь Дивали*, через неделю. — Я? Выступлю на собрании? — смутился Дэмиан. — Но, милый, я не смогу, я — никудышный оратор. Меня учили больше молчать и соглашаться, а не провозглашать пламенные, изобличительные речи. Может, ты сам выступишь? Ты же анэтера, тебе поверят скорее, чем мне. — Нет, это должен сделать очевидец, — покачал головой я. — Лишь ты сможешь передать весь ужас произошедшего. Я знаю, ты справишься. Ты говорил, что ничем не мог помочь тем парням… ну, так теперь ты можешь. Воспользуйся этим шансом. В монастырях начнутся проверки, и мы дадим системе толчок, из-за которого она рано или поздно рассыплется. — Погоди… ты задумал искоренить саму систему Спутников? — поражённо переспросил Дэми. — Я давно считал её рабовладельческой и прогнившей, а теперь убедился в этом. Мы обязаны что-то сделать, милый. Довольно уже тем парням и девушкам посвящать жизнь выдуманному божеству. Пусть сам культ уничтожить не так легко, но разоблачение жрецов может послужить хорошим началом. — Да… наверное, это мой долг — рассказать правду, — согласился наконец Дэмиан. — Ты прав. Я это сделаю. — Ты у меня самый лучший и самый смелый, — обрадованно похвалил его я, но вспомнил о страшных словах насчёт убийства и помрачнел. — Слушай, ты должен мне пообещать, что не тронешь Сати, ни при каких обстоятельствах. Дэми тоже посерьёзнел и задумался. — Тогда ты пообещай, что он больше не появится во дворце, — проговорил он. — Но, милый… — Пожалуйста, — не дал мне договорить парень. — Если твои друзья хотят с ним видеться, пусть делают это в другом месте и без тебя. Я не хочу, чтобы ты находился рядом с ним. Я вздохнул и, быстренько сравнив важность присутствия в моей жизни Сати и Дэмиана, решил в пользу последнего. — Хорошо, я сделаю так, как ты хочешь. — Спасибо, анэтера, — прошептал Дэми, и я, хоть поначалу терпеть не мог это слово, сейчас уже знал, что он вкладывает в него совсем другой смысл. Мне приятно было осознавать, что я — его личное божество.