Praemonitus praemunitus — предупреждён — значит вооружён
***
— …Присаживайся. От этой ухмылочки Дурсли вскрикнули от страха. Алексис лишь понимающе посмотрела на Гарри. От этого взгляда Поттеру стало как-то не по себе. — Что ты так смотришь на меня? Ты меня пугаешь, Ал! — Гарри с подозрением взглянул на сестричку. И он явно ожидал чего угодно, но только не этих слов: — Да так. — беспечно махнула рукой Слизерин, — Просто твои эмоции будут меняться, как у беременной женщины, в течении месяца. — ЧТО-О-О?! — смотря на ошарашенное лицо брата, Алекс, не выдержав, заржала. Через пару минут, когда Ал успокоилась сама, и помогла в этом нелёгком деле брату, Петуния решила напомнить о себе. — Кхм, кхм… Гарри, ничего не хочешь нам рассказать? — Дурсль говорила мягко, ласково, а в глазах, неожиданно, отражалось тепло. От такого проявления эмоций Гарри немного опешил, но, подозрительно поглядывая на Дурсли (эта фамилия не склоняется, но прошлые ошибки не исправляю. Да, я такая: 3), начал: — Это — он указал на Слизерин — моя… сестра и брат в одном лице, Алексис Алоис Слизерин. — Можно просто Алекс или Ал. — вмешалась в разговор девушка. — Но-о-о… Гарри, как же так? Ведь я точно знаю, что у Лильки детей было двое, а не трое… — Петуния задумалась, а все в гостиной ошарашено переглянулись. — Что значит двое, тётя? Почему я об этом ничего не знаю? Как много ещё от меня скрывают?! — последние слова Поттер практически прокричал. Он опустился на пол около телевизора и, наколдовав себе стакан воды и выпив его, устало прикрыл глаза. Его сестра присела рядом с ним и обняла, стараясь поддержать, и продолжила за него разговор. — Да, миссис Дурсль, что значит двое детей? Ведь, насколько я поняла из рассказов брата, родных братьев и сестёр у него нет. — и, заметив заинтересованные взгляды Дурсли, сказала, — Я не в счёт, я случайно тут появилась. — Хорошо, — вздохнула Петуния — началось всё с того, что Лили встретила Сева… Петуния рассказала о том, что помнит, как пятилетний Северус учил их с сестрой магии. Это было прекрасное время. Они много играли, веселились, учились (и не только магии, но и готовке, физической культуре, и др.). Их брат, Ремус Освальд Лу Гуру, сначала не хотел ни с кем общаться, так как он считал себя врождённым уродом. И далеко не из-за внешности. Реми был красивым, светловолосым и длинноволосым мальчиком, с пухлыми губками и большими ярко-зелёными глазами, обрамлёнными длинными пушистыми ресницами. Да и сами они были далеко не уродинами. Сёстры-близняшки, а именно ими были Лилиан Морсендэ и Селестиа Петуния Лу Гуру, были зеленоглазыми, с тёмно-рыжими, с отливом меди и розового золота, волосами, с аристократично-бледной кожей, среднего роста. Северус же имел чёрные, цвета вороньего крыла, волосы, чёрные же глаза и такую же бледную, как и у остальных, кожу и, конечно, высокий рост. В общем, позже, когда им было по девять с половиной лет, Сева поговорил с Лу Гуру и вывел мальчика в свет. Ремус комплексовал по поводу того, что он — оборотень. А так как он был истинным оборотнем, Северус предложил ему помочь подружиться со своим волком. Сначала Ремус боялся. Боялся покалечить, ранить или же, не дай Люцифер, убить. Но Принц переубедил его очень легко. Он… он выпустил собственного маленького, пока что, волчонка. Да, Север — истинный оборотень, как и Рем. Все были, мягко говоря, в полном шоке. К слову, волк Северуса был красив. Иссиня-чёрная шерсть волчонка блестела на свету, в его чёрных глазах блестела искорка игривости и насмешки (так можно сказать-то вообще? : 3), а ярко-красный язык свисал между больших клыков. После этой демонстрации и часа тисканья, замученный и зацелованный девочками Северус перевоплотился обратно, и спросил Рема, готов ли он научиться. Конечно же, мальчик согласился. За два дня до поездки в Хогвартс Лу Гуру смог, наконец, подружиться с волком и превратиться. Все были так рады! Они даже отпраздновали это в Лу Гуру-мэноре. Было весело! Вкусности, напитки, музыка, танцы, игры, смех. Прекрасно! Но вот, пришёл день отправления в Хогвартс. Дети прекрасно понимали, что ничего хорошего в школе их не ждёт, и даже просили родителей оставить их на домашнем обучении, но те были непреклонны. Друзья сидели в вагоне и обсуждали книгу про магическое братство, плюсы и минусы братания, как вдруг, в вагон постучали. Так произошло их знакомство с Джеймсом Поттером, Сириусом Блэком и Лилит (хе-хе. Лилит — имя разврата) Люцифер (!). Учились все хорошо, и это мягко сказано. Непонятно почему, но Шляпа распределила Джейми, Лильку, Сири и Реми к, уже на тот момент, пустоголовым львам, Лил — к воронятам, а Сева и Селестиу — к змеям. Им сразу показалось это странным, о чём они не забыли сообщить родителям по дневникам с Протеевыми чарами. Подумали, повозмущались, но характер решили не показывать, оставив всё как есть. Школу закончили хорошо, на двенадцать «Превосходно», девочки, все трое, приняли Наследие Неко, жизнь потихоньку налаживалась. Джеймс и Лилит поженились, Сириус и Ремус начали странно поглядывать друг на друга, Северус «запал» на Томаса Марволо Реддла, Тёмного Лорда Судеб и т.д., Селестиа нашла красивого мага — Вернона Дурсля — из древней семьи. Все жили счастливо, одна Лилиан не могла найти свою любовь до гроба. Она уже отчаялась, путешествовала в разные страны, бывала на разных мероприятеях и торжествах, но, увы и ах… тщетно. Но тут, Лиля решила съездить в Германию… Посетить Нурменград. В общем, если покороче, то в Германии Геллерта Грин-де-Вальда оправдали и он, спустя год странствий, переговоров и других важных дел, сделал близняшке Лу Гуру предложение. Все были счастливы, но ровно до того момента, когда Том, явно обезумев, пошёл в дом Грин-де-Вальдов, скрывающихся под фамилией Поттер. — …Я не знаю, что нашло на Томми, — утирая подступающие слёзы платочком с вышитой изумрудно-синими нитками буквой 《Л》, вещала Петуния (или уже Селестиа) — но он пошёл убивать тебя. В ту ночь, с тридцать первого октября по первое ноября, когда тебя подкинули к нам на порог, я словно забыла обо всём этом. Я… я возненавидела тебя, сестричку, всех тех, кто является самыми дорогими для меня людьми. — она всхлипнула, —И только сегодня, увидев тебя, Алекс, я вспомнила обо всём. О том, кто есть кто, как я выгляжу по-настоящему, как выглядят Вернон и Дадли. И я прошу вас, дети, помочь мне вернуть то, что я потеряла хоть и, надеюсь, не безвозвратно. — И что же вы хотите вернуть, тётя Селестиа? — спросила Ал. — Ну, во-первых, это наши с Верноном и Дадли внешность и магия. Мы потеряли часть себя. Ладно внешность, можно пережить, но магия… Магия — сестра Жизни, Смерти, Души и Времени, их родственная душа. По сути, мы потеряли часть жизни своей, души своей. Но, опять же, надеюсь, что не безвозвратно. — Хорошо, тётя. — согласился Гарри. Он всё ещё не отошёл от этой истории. Ведь ему говорили явно не об этом. Ему-то рассказывали о четвёрке Мародёров (а почему именно мародёры-то? Воры на войне. Фи, какое безобразие! : 3), красивой девочке Лили, завистливой Петунии, бедном мальчике Северусе, который примазался к красавице и пытался её совратить (не бейте, Минерва и Альбус направляют Гарьку «на путь Света». В этом случае врать можно, да-да.). А тут… Ну ладно, не будем о грустном. — Тётя Села, — позвала Алексис, — как Вы думаете, что могло с вами всеми произойти? Вы потеряли магию, о Вас никто не говорит как об одной из лучших учениц, а как о завистливой МАГГЛЕ, Ремус начал пить Аконитовое зелье изобретённое для него Северусом, что подавляет зверя, Северус враждует с Люп… Лу Гуру и Блэком, откуда, в конце- то концов, откуда взялся Питер Петтигрю и Мародёры? — Что?.. — обречённо вздохнула Дурсль, широко распахнув глаза от шока, — Но… Как такое могло случиться? Так, — Селестиа глубоко вздохнула, успокаиваясь, — мне нужен Северус или Том. Можно, конечно, и с Ремусом поговорить, но он слишком упрям… В общем, Гарри, Алекс, спишитесь с Севом, прошу вас. Он должен помочь отпрыску Лиличьки. — Тётя, — Гарри прикрыл глаза, — профессор Снейп ненавидит меня, потому что я — сын ненавистного Джеймса, очень похожий на него, и его единственной возлюбленной — Лили Эванс. Он… он мне не поможет. Скорее обольёт ядом с ног до головы и пошлёт. В мягкую комнату два на два, ведь: «Мистер Поттер, Вы когда с метлы на третьем курсе с метлы падали не выбили то, что заменяло Вам мозг? Мы ведь уже опытным путём выяснили, что его нет у Вас с рождения.» Эх-х-х… — Но, Гарри! Он просто не может ТАК к тебе относиться! По крайней мере, так, как ты описываешь. Мы давали клятву на крови, что, в случае чего, будем заботиться о детях друг друга, как о своих, если нет каких-то непредвиденных обстоятельств! Магия бы заставила его тебе помогать, хотя бы по минимуму, или он был бы давно мёртв! Да и остальных тоже. Если, опять же, нет никаких непредвиденных обстоятельств, конечно, но… Я не понимаю… — миссис Дурсль устало вздохнула. — Ну ладно, связаться с ним надо точно. Итак, с Северусом разобрались. Далее. Что с Томом? — Безумие… — всего одно слово было сказано Алекс. Но сколько боли оно принесло это слово чете Дурсль. И, да, Вернону тоже. После этих рассказов, он тоже всё вспомнил. — Он стал БЕЗУМНЫМ Тёмным Лордом Волдемортом, Тем-Кого-Нельзя-Называть, Неназываемым и так далее. Он каким-то образом возродился на четвёртом курсе Гарри, и, после этого, попытался убить его два раза. Снова. — Какой ужас… — миссис Дурсль потёрла лицо руками и устало откинулась на спинку кресла, прикрыв глаза, — А Ремус? — Борется со своим волком, травит его Аконитовым зельем разработки Сн…Принца. Ходит весь усталый, худой, в поношенной одежде и не ищет встречи с Гарри. Ненавидит себя, ведь он — тёмная тварь, оборотень. Переживает из-за смерти Сириуса. — С-сири у-у-умер? — Селестиа горестно всхлипнула, — Этого… этого не может быть!.. И Дурсль заплакала. Она долго плакала, вспоминая прошлое, то, что она сотворила, пусть и не по собственной воле. Селестиа оплакивала всё, что произошло с Гарри, её семьёй и друзьями.***
После того, как тётя успокоилась, они поговорили, выяснили всё, что хотели, высказались, и уже собирались спать, как вдруг… — Кхм, кхм… — послышался стук в дверь, — Селестиа, ты здесь? Это я, Ворон!..