Теплые прикосновения.

Стоя в центре небольшой комнаты, Кагами несмело озиралась по сторонам, сцепив руки в замок за спиной. Легкие занавески колыхались от сильного морского ветра, пробивающегося через щели закрытого окна. Цуруги обводила взглядом изгибы гитары, стоящей у кровати, изучала струны и легкие царапинки на корпусе, оставленные временем. Девушка сделала несколько шагов вперед, легко балансируя на качающемся полу. На улице собиралась гроза. Кагами еще немного помялась, наклоняясь к туалетному столику и поправляя короткую прядку волос, лезущую в глаза. Краем глаза заметив расставленные рамки, фехтовальщица переключилась на них. Среди множества фотографий больше всего цепляла та, где вся семья Куффен была в сборе. Кагами трудно было оторваться от созерцания счастливых улыбающихся лиц. Послышались шаги и в комнату заглянула Джулека. Она машинально коснулась своей челки и едва заметно улыбнулась Цуруги. Кагами замерла, а потом неуверенно помахала рукой в знак приветствия. — Лука сейчас подойдет, он помогает матери, — Джулека дождалась, когда фехтовальщица кивнет, и скрылась. Цуруги встала по стойке смирно, вытянувшись словно струна. Она склонила голову, сведя глаза и рассматривая свой галстук. В таком виде Лука ее и застал. Он прислонился к стене и, скрестив руки на груди, улыбнулся. Молча наблюдая за девушкой, гитарист ждал, когда же она его увидит. Наконец Кагами вздрогнула, заметив легкое шевеление совсем рядом, а потом покраснела, поняв, что Куффен. — Не хочешь присоединиться к нашему семейному ужину? Кагами как-то расстроенно поправила свой пиджак и произнесла: — Не могу, прости. Это же семейный ужин. Лука подошел ближе к девушке и положил руку ей на плечо, заглядывая в глаза: — Не беспокойся, ты уже член нашей семьи. — Но я… — Погода сегодня плохая, поэтому поужинаем тут, внизу, — Куффен ласково потянул Кагами за руку, давая ей возможность сопротивляться. Но Цуруги была только рада ему поддаться. Возможность провести вечер в кругу таких замечательных людей казалась ей очень заманчивой. Лука отпустил руку Кагами только возле стола, предлагая ей самой выбрать место. Девушка села и сложила руки на коленках. Лука исчез, а через секунду вышел с тарелкой на которой дымилось что-то жареное. Стол давно был сервирован, видимо, именно с этим Лука помогал матери. Кагами слышала, как Анарка хлопотала на кухне. Джулека принесла стаканы, а Лука бутылку сока. — Могу я тоже чем-нибудь помочь? — спросила Цуруги, слегка привстав. — Сиди, мы все сделаем, — ответил гитарист, снова пропадая из поля зрения. — Ты наша гостья, мы обо всем позаботимся, — дружелюбно улыбнулась Джулека, на этот раз более смело. Фехтовальщица снова села ровно, наблюдая как брат и сестра по очереди выносят разные блюда, специи, столовые приборы. Последняя зашла Анарка, неся в руках нож для масла. Все четверо сели за стол и пожелали друг другу приятного аппетита. Кагами замешкалась, рассматривая красиво оформленные блюда. Дома ее рацион питания был запланирован на долгое время вперед и всегда выглядел одинаково и предельно просто, без изысков. Сейчас же Лука с долей озорства положил девушке в тарелку редиску, порезанную цветочком, и симпатичную звездочку из морковки. — Попробуй утку, — Джулека пододвинула тарелку к Кагами, – сегодня я помогала маме готовить. Фехтовальщица поспешно поблагодарила и отрезала себе кусочек утиной грудки. Запах стоял великолепный. Домашняя еда приятно кружила голову и резко отличалась от штампованных блюд в доме Цуруги. Во рту обильно выделялась слюна, поэтому Кагами с большим аппетитом отрезала и съела первый кусочек. А потом и второй, и третий. Анарка умилительно прижала руки к груди и воскликнула: — Девочка моя, у тебя такой хороший аппетит! Как у настоящей пиратки! Кагами немного смутилась, но Лука положил свою теплую руку ей на спину и нежно улыбнулся в попытке ободрить. Его действие возымело верный эффект и Цуруги немного расслабилась. Анарка затянула какую-то пиратскую байку, иногда напевая старые песни, гармонично вписывающиеся в историю. Джулека искренне и чисто смеялась над шутками, которые ее мама не преминула вплести в рассказ. Лука весь вечер всячески поддерживал Кагами, стараясь, чтобы ей было комфортно с его семьей. Корабль изрядно качало, но это никак не мешало бурному веселью за ужином. Когда вечер начал потихоньку превращаться в ночь, телефон фехтовальщицы звучно оповестил о том, что мать ждет ее дома немедленно. Печаль отразилась на лице девушки, поэтому Анарка мгновенно усмехнулась, хлопая Кагами по спине: — Обязательно приходи к нам на ужин еще. А то вы с Лукой вечно прячетесь в комнате, а я и так очень редко тебя вижу. Цуруги залилась краской, пока гитарист выразительно смотрел на мать. Погода стихла к ночи. И пусть все еще бушевал ветер, гроза ушла, оставив лишь тяжелый воздух и грязь под ногами. — Надеюсь мы тебя не сильно смутили, — обеспокоено спросил Лука, держа руку Кагами в своей. — Нет, мне очень понравилось с вами. Спасибо за приглашение, — фехтовальщица улыбнулась, переводя взгляд с Куффена на подъехавшую машину. — Надеюсь, когда-нибудь ты снова спасешь меня от вечера дома. — Надеюсь когда-нибудь я спасу тебя раз и навсегда, — ответил Лука, на прощание прижимая девушку к себе и пряча в теплых объятиях.