Выживает сильнейший

apashe x cherry Lena — feeling good

      Только ночью, и только в этой точке Сеула, каждый, несмотря на то, кто он — альфа или омега, может почувствовать себя достаточно свободно, чтобы общаться с тем, с кем захочет и даже, возможно, провести ночь без обязательств с кем-то своего или противоположного пола.       Возможно, это именно то место, где можно делать всё, что душе угодно, и городская полиция не оштрафует тебя за нарушение общественного порядка, от которого уже, если честно, в горле першит.       Клуб «Эйфория» принадлежит сеульской мафии, которые доброжелательно разрешают местным жителям проводить здесь время. Никто не знает, что означает этот жест доброй воли: поначалу не самые богатые и смелые омеги боялись приходить сюда с мыслями о возможной ловушке и массовом теракте. Но со временем людей становилось все больше и больше, страх уходил, руки развязывались, коктейли становились все крепче, что и Тэхена сюда занесло чуть ли не по инерции.       Тяжело не привыкнуть к эйфории, в буквальном смысле, которая наполняет тебя в центре танцпола. Сложно выйти из клуба и больше не вернуться, потому что тянет обратно то самое чувство свободы, независимости от правил и границ, чувство, как будто сбросил с плеч огромную ношу, так, что еще чуть-чуть и сможешь взлететь.       Знать бы, для начала, в какую сторону хоть лететь, и тогда бы все наладилось, — думал Тэхен, заходя в клуб в очередной вечер пятницы. Он не сильно отличается от остальных людей, которые приходят в этот клуб — здесь собираются смелые альфы, омеги и беты, которые не боятся выражать свою позицию, бороться с жесткими правилами, и, в конце концов, — быть собой. Это именно то, чего он уже довольно долго не может добиться — узнать, кем же он является на самом деле. И не потому что сам о себе чего-то не знает или не готов разобраться, попросту не может, не позволяют, диктуя правила и дергая за ниточки.       По правде говоря, такие вечера в клубе ему, совсем немного, но помогают — громкая музыка освобождает голову от ненужных мыслей, позволяет отпустить себя и свои собственные предрассудки, убрать свою же требовательность к себе и этот дурацкий перфекционизм во всем, особенно в работе и личном развитии. Здесь, в клубе, нет камер, которые бы следили за каждым его вздохом, нет ненужных взглядов, которые следят за тщательным исполнением указов, нет границ. Он никогда не переставал работать, учиться, узнавать что-то новое и делиться этим на работе, он в какой-то степени получает от этого удовольствие, хотя иногда думает о том, что делает недостаточно. Было бы так круто, если бы был в его жизни хоть один человек, перед которым не нужно было бы строить образ, думать о каждом шаге и слове, а просто быть самим собой, ни омегой, ни учителем, ни академиком, ни ресурсом, ни материалом в руках правительства, а Ким Тэхеном.       Он сам не замечает, как уже со вторым коктейлем двигается где-то в центре танцпола, аккурат под дискоболом, увлекая за собой нескольких симпатичных омег, которые ни разу не стесняются распускать руки, водить по тэхеновым бедрам и пытаться поймать его взгляд, когда как сам блондин неживой куклой замер, встречаясь взглядом со статной фигурой на втором этаже, смотрящей прямо на него. Судя по виду и вальяжной позе, это, возможно, владелец клуба и по совместительству глава сеульского клана — Чон Чонгук. Вблизи Тэхен его никогда не видел, но от чего-то думает, что догадки верны.       Он бы еще долго пялился, но оторвать взгляд от скрытого в полумраке мафиози Тэхена заставляет резкая смена картинки перед глазами, а точнее — ее размытие. Музыка в раз становится слишком громкой, а на лбу проступает холодный пот. Его откровенно качает из стороны в сторону, но тех самых омег почему-то рядом уже не оказывается, чтобы хотя бы довести до выхода из клуба. Приходится кое-как ползти самому.       На улице он не сразу замечает силуэт человека, стоящего прямо возле двери, с сигаретой в руках. У Тэхена нет сил отойти дальше от противного ему, особенно сейчас, дыма и запаха табака, но и попросить стоящего отойти совесть не позволяет.       — Извините… — он не успевает ничего договорить, ноги становятся ватными, голова тяжелеет и в последний момент, перед тем, как окунуться в темноту, чувствует, как оказался в чужих руках.

***

      — Фух, успел, увидел со второго этажа, что пареньку стало плохо, — вылетает из двери Чонгук, видя Тэхена в руках своего телохранителя.       — Босс, куда его?       — Неси в гостевую на моем этаже, — вздыхает и добавляет уже только что пришедшей охране клуба: — А вы выясните, что же повлияло на такое резкое ухудшение самочувствия нашего клиента. Приказ понятен?       — Да, босс.       — Выполнять, — в своей обычной манере лидера отмахивается Чонгук, отправляясь в гостевую спальню, выяснять, что же за парень буквально упал в лапы его клана.