эпилог
26 мая 2020 г., 13:31
g-eazy — kids
— Тэхён, я, конечно, понимаю, что я сам тебе предложил эту должность, но это не значит, что нужно ради неё жертвовать семьёй! — Чонгук, я министр образования, а у Первой Сеульской школы нет директора, что мне остаётся делать? — обиженно надувает губы, сидя на краю стола. — Я же не виноват, что ты уволил всех, кто занимает позицию чуть выше обычного менеджера среднего звена! — Я сделал то, что должен был, — коротко отвечает Чонгук, намекая на то, что не хочет продолжать этот разговор. — Вот и я делаю то, что должен, — замечая реакцию, добавляет: — И не надо тут обиженного строить, или мне напомнить, как ты забыл про нашу вторую годовщину свадьбы? — Нет. — Вот и всё, с понедельника я начинаю работать в школе, а на важных мероприятиях буду появляться в качестве министра, — Чонгук на такое лишь вздыхает, понимая, что с мужем спорить абсолютно бесполезно, как и 2,5 года назад — в день, когда ошарашил новостью о президентском кресле. После того, как камеры погасли, Тэхён устроил настоящую истерику об опасности данного решения и его безрассудстве. Но больше всего было обидно от того, что Чонгук не посоветовался с Тэхёном. «Ты только что пообещал мне и в горе, и в радости, и в первые же секунды принимаешь настолько важные решения сам!» — эти слова омега бросил в сердцах, после чего просто психанул и ушёл из клуба, оставив новоиспеченного президента наедине с его новым статусом и свитой. До сих пор жалеет, что ушел тогда, но с обидой и волнением за дорогого сердцу человека ничего поделать не мог. Но потом всё с лихвой компенсировал на первой пресс-конференции, сидя рядом и держа за руку, демонстрируя всем своё обручальное кольцо с гравировкой «Навечно». — Кстати, — начинает Тэхён после минутного сеанса ностальгии. — Может быть на этих выходных сходим все вместе в Эйфорию? А то я боюсь, что если сейчас не попадём, то уже никогда, с этим ритмом работы, — Тэхён знает, на какие точки давить, чтобы уговорить Чонгука, например, как сейчас: сидя на коленях, лицом к альфе, и обхватив его за шею обеими руками, он пристально смотрит в глаза напротив, улыбается фирменной улыбкой и мысленно передаёт сигнал о том, что если Чонгук откажется, то ему несдобровать. — И что, даже Чимина позовём? — Даже Чимина, — омега закатывает глаза и добавляет: — Только малолетку пусть оставляют дома, а то мне начинает казаться, что он то ли хвастается тем, что у него есть ребенок, то ли пытается меня этим задеть. — Ты же знаешь, что это не так. Просто они оба в Джейми души не чают, — искренне улыбается Чонгук, а у Тэхёна в голове мысли о том, что эта теплая улыбка должна быть предназначена разговорам об их ребёнке, а не о чужом. — Фу, как можно было назвать сына, который и так копия папаши, почти таким же именем, — морщится и отстраняется от альфы. — Тэ… — омега на секунду останавливается. — У нас будет ребёнок, но чуть-чуть попозже. — Да, конечно, — вымученная улыбка. — Я напишу Намджуну и жду тебя в восемь дома, чтобы вместе выехать.***
Никто не говорил, что строить новый мир ещё сложнее, чем разрушить старый. Что помимо тех, кто будет безмерно благодарен, будут те, кто осуждает и презирает любой из предложенных режимов — просто по натуре такой человек с отвратительным характером. Намджун с этим уже сталкивался, и знал, с чем Чонгуку придётся бороться. Но более достойного человека, что сможет правильно использовать данную ему позицию и власть, он не знал и не знает до сих пор. Между собой они шутят о том, что будут занимать пост по очереди, через один. Но пока время первых выборов с момента принятия демократии не прошло, они наслаждаются моментом и ощущением, как будто ты выкинул весь хлам из дома и заново раскладываешь новые или хорошо вымытые вещи обратно на полки. Страна расцветает, люди не только возвращаются на работу, но и не боятся начинать своё дело. И, конечно же, правительство им в этом помогает, не без инициативы Тэхёна, с его акселератором для молодых бизнесменов, и чиминовой студии продюсирования, управление которой он благополучно передал заместителю и ушёл в декрет почти два года назад. Кто бы мог подумать, что тот день был судьбоносным не только для новой семьи, но и помеченного омеги, что с того момента носил под сердцем маленького гражданина свободной страны.***
— Ты серьезно притащил в клуб маленького ребёнка? — возмущается Тэхён, держа в руках стакан с виски. С тех пор, как он познакомился с Чонгуком, напитки в его карте предпочтений становились все крепче и крепче. — Он не хочет оставлять его на чужих нянек, — защищает мужа Намджун, присаживаясь на диван напротив Чонгука с Тэхёном. — Я бы тоже не доверял сына абы-кому, — уверенно говорит Чонгук, получая скептический взгляд от своего омеги. — Что? — Ну-ну, господин Президент, посмотрим, как вы сами будете няньчится с маленьким врединой, который будет носить вашу фамилию. — В любом случае, мне не придётся волноваться о его будущем и о том, в какой стране он будет расти. Один раз я систему поменял ради тебя, — не обращая внимания на гостей, произносит серьезную речь Чонгук, обращаясь к Тэхёну. — И, если придётся, сделаю это снова.
