Отдаю свою душу (Daanimamea)

Разумеется, я любил тебя… и я знал, что это снова повторится… то, что когда я люблю — я наношу непоправимый ущерб. Я не подходящий для любви человек… я никогда не любил, не причиняя вред.

***

Джинни настолько вымоталась на изнурительной тренировке, что забыла метлу в раздевалке, за которой пришлось срочно вернуться. Охранник, недовольно бурча, поплёлся открывать дверь и, спустя несколько минут, вынес ей то, что она просила. — Не хорошо, дамочка, свои вещи оставлять. Миссис Поттер молча выхватила новенькую Молнию последней модели и отправилась в обратный путь. — Какая я ему, к дементору, дамочка! — тихо возмутилась она, поворачиваясь на месте и исчезая в вечернем тумане с тихим хлопком. Через мгновение Джинни уже вдохнула свежий воздух Годриковой Впадины, увидела крышу своего дома и тут же наткнулась на что-то мягкое. Или на кого-то. Падение было болезненным. — Что за?.. — она поднялась и направила метлу на того, кто приземлился одновременно с ней в одну точку аппарации. Под капюшоном не было видно лица. — Джинни, это не палочка, а метла, — сказал ей знакомый голос, явно с усмешкой. Джинни спохватилась и убрала метлу, меняя её на палочку. — Малфой? Ты?

***

— Ладно, спасибо за компанию. Надо идти, — Рон пошёл к выходу, и Гарри последовал за ним, чтобы проводить. Снейп остался в гостиной, допивать остатки сливочного пива. Друзья задержались у двери, прощаясь и обещая встретиться вновь, когда на улице что-то произошло, было похоже, будто кто-то аппарировал и теперь шёл от калитки в дом. — Это Джинни, — уверенно заявил Гарри и открыл дверь, собираясь впустить жену, но замер, увидев, что она не одна. — Здравствуй, Поттер, — Малфой скинул капюшон, — я могу войти? Время как будто остановилось, стрелки часов замерли в ожидании того, что же случиться дальше. Пауза затянулась, Уизли смотрел на сестру в полном замешательстве, она с опаской на мужа, а тот в свою очередь сверлил глазами Драко. В конце концов, Гарри пошевелился, сделал резкое движение, словно хотел схватиться за палочку, но сразу убрал руку, в следующее мгновение буквально подлетая к Малфою и сшибая его с ног одним точным ударом в нос. Тот упал на землю, отцовская трость, с которой он теперь постоянно ходил, отлетела в сторону, из носа пошла кровь. — Гарри! — в ужасе воскликнула Джинни. Её муж уже развернулся, чтобы уйти. — Справедливо, — буркнул Драко, вытирая рукавом лицо. Рональд заржал. — А как же «Кулаки - это метод к которому стоит прибегать последним», а Гарри? — очень похоже спародировал он. — Иди ты! — отреагировал тот, однако послал ответную улыбку и повернулся снова, но теперь не для удара, а для того, чтобы помочь Малфою встать. — Естественно, ты можешь войти! Драко принял помощь, отряхнул мантию и вошёл в дом. — Так, я пошёл, — всё ещё храня улыбку, сказал Рон, — Вас ждёт серьёзный разговор, удачи там, — он пожал Гарри руку и отсалютовал кулаком в знак поддержки, поспешно закрывая за собой дверь.

***

Снейп обернулся, увидев вошедших, и сразу поднялся с кресла. — Мистер Малфой, — сказал он в своей обычной манере, приподнимая бровь. — Да, — Драко стоял в грязной мантии и с совершенно несчастным видом, — я пришёл извиниться. — Вас уже извинили, я вижу, — с сарказмом заметил Северус. Тот не отреагировал, не ответил колкостью, а только вздохнул. — Проходи, — тихо сказала Джинни, — я заварю чай. И не перед нами тебе нужно извиняться. Она ушла, вероятно, чтобы оставить мужчин наедине, ведь чай она могла призвать с кухни и с помощью магии. Малфой угрюмо поплёлся через гостиную и занял то кресло, в котором до этого сидел Рон, профессор и Гарри сели на прежние места. — Драко, — Снейп произнёс его имя медленно, обдумывая то, что собирался сказать, — Почему именно сейчас? У меня складывается странное впечатление, что… что-то с вашим сыном? Тот затравленно поднял и опустил взгляд, сцепив руки на коленях. — Нет… то есть не совсем… — Как это не совсем, Малфой? — взвился Гарри, — Что ты сделал со Скорпиусом? — Я... я не знаю, что было со мной, Гарри, — он назвал его по имени, а это обычно значило крайнюю степень доверия, — Альфред передал кому-то, якобы для тебя, мои секретные данные… я взбесился и закрыл его в подземелье. Хорошо, что Драко смотрел в пол и не видел лица своего начальника в этот момент. — Это действительно было для Поттера, — задумчиво произнёс профессор. — Ты закрыл своего дворецкого в подземелье, которое запечатали сразу после войны? — Гарри негодовал, — Ты там в своём был уме? Какого дьявола, Драко? Малфой кивнул. — Я совершил ужасную ошибку. Злость не отпускала, меня каждую ночь преследовали жуткие кошмары, чары Малфой-Мэнора проснулись, и я был абсолютно беззащитен перед ними. Я не был там слишком долго. Слишком долго не отменял своего приказа не выпускать и не кормить Альфреда… — Альфред умер? — Джинни только что вошла в комнату и выронила поднос, который держала в руках. Чашки и чайник разлетелись по полу, оставляя осколки и чай повсюду. Снейп волшебной палочкой вернул всё в нормальное состояние и сам донёс до стола, потому что у миссис Поттер сильно тряслись руки. Драко продолжал. — Я приказал домовым эльфам следить за Скорпиусом и не беспокоить меня. Таким образом, когда Бри явилась ко мне по моему же приказу, был полдень… Я опоздал на пять часов… На целых пять часов! — он не мог заплакать при Джинни, но, когда эти слова были озвучены, боль обрушилась на него с новой силой, боль, которая не отступала ни на мгновение, не давала дышать. Северус и Гарри сидели молча, абсолютно поражённые этим признанием. Джинни плакала. — Бри сказала, Альфред умер на руках у моего сына, у моего Скорпиуса… он возненавидит меня за это. Я потерял его доверие. Я ничтожество! — Малфой больше не мог сдерживаться, и потому отвернулся к окну, прижал сжатый кулак к губам. Поттер, сидевший рядом, положил руку ему на плечо и крепко сжал, так же, как сделал это в больнице после взрыва. — Ты не должен уходить в свои проблемы, Драко, и оставаться один, — поддержал Снейп, одновременно размышляя о чём-то своём. — Да, — подтвердила всхлипывающая Джинни, — мы всегда поможем тебе, и к нам ты можешь прийти с любой проблемой. Все трое едва ли сейчас могли его в чём-то обвинять. Драко рукавом вытер тщетно сдерживаемые слёзы и повернулся, ему больше не хотелось скрывать своё горе, если они готовы были простить его, ему не стоило больше лгать и уходить в себя. — Думаете, я могу ещё что-то изменить? — Конечно, можешь, — сказал Гарри — у тебя ещё есть шанс. Профессор перестал слушать их, потому, когда он вдруг заговорил, слова, сказанные им, показались неуместными. — Постойте, Драко, вы только что сказали… — он задумался. — Что именно из всего, что я сказал? — О каких чарах поместья идёт речь? — Вы не знаете? — Хотите сказать, что чары вашего поместья датируются девятым-десятым веком нашей эры? — Да, насколько мне известно, так же как и чары Хогвартса. — Вы!.. — Снейп резко встал и прошёлся по комнате. Он сжимал и разжимал кулаки, словно пытался справиться с болью. Джинни заняла его место, обеспокоенно переводя взгляд с одного на другого. — Почему вы не сказали мне этого тогда? — накинулся Северус на Драко, — Почему я об этом не слышал, когда вы первый раз умоляли меня помочь Гермионе? — Что? Какое это имеет… Как это связано? — Напрямую и связано, Драко, вы что?.. Это знает каждый второй чистокровный волшебник, и вы не исключение. Малфой понимающе уставился на профессора, Джинни прикрыла рот рукой. Гарри показалось, что он один не понимает, что происходит. — Не поместье выбрало Гермиону… а Гермиона явилась носителем заклинания, которое связало её с поместьем… — прошептал Малфой. Поттер выругался. — Что с этим заклинанием такое, профессор, что вообще происходит? — Это заклинание, которое накладывает отпечаток на всё, с чем оказывается связано во время своего влияния, — неожиданно для всех сказала Джинни. — Откуда ты?.. — удивился её муж, теряя всякое понимание действительности. — Я тоже чистокровная волшебница, Гарри. Все замолчали, осознавая сложившуюся ситуацию и положение, из которого нужно было выходить, чем скорее тем лучше. Драко встал, и прислонившись к открытой раме окна, посмотрел вниз, на маленький сад дома Поттеров. — Где она? — тихо спросил он. — У меня дома… Вы опоздали, Драко. Сердце ухнуло вниз, Малфой побледнел. Джинни и Гарри с укором взглянули на Снейпа, тот, в свою очередь, понял, что сказал что-то не то. — Она жива, но… действие заклинания проходило иначе, откровенно говоря, намного хуже, чем в прошлый раз. Драко выдохнул, его взгляд потеплел, и только он знал, как сейчас бьётся о рёбра его сердце. — Она без сознания, да? — Уже давно, — профессор замолчал, оценивая его реакцию, но почти сразу продолжил, — так давно, что нет никакой вероятности, что ваше присутствие вернёт её. — Что? — Вы удивлены? Связь действующего вторичного заклинания daanimamea и чар вашего родового поместья слишком сильна. И ваш сын… он связан заклинанием с вами обоими. Вам это известно? Малфой кивнул. — Да, но только сейчас я понял, что своими действиями не защищал его, а мог убить… убить их обоих. — Иногда, мистер Малфой, до вас невероятно туго доходят совершенно очевидные вещи. Драко кивнул снова и взял трость, которую до этого поставил у кресла. — Отведите меня к ней. Я должен её видеть!