Школьная каморка

Симпатичная зеленоглазая девушка с длинными каштановыми волосами носится по квартире, собираясь в школу. - Что, снова проспала, сестрёнка? – ехидно спросил темноволосый юноша двадцати лет, попивая ароматный кофе в гостиной. - Заткнись! – гневно свернула глазами девушка и побежала сушить волосы. Прошло уже две-три недели с начала учебного года. И последние семь дней Чара постоянно не высыпалась, и девушке приходилось каждое утро торопиться и спешить, чтобы не опоздать на уроки. - Чара, не говори с братом так грубо, - строго сказала зеленоглазая женщина с короткими тёмно-русыми волосами. - Прости, мам! – стараясь перекричать фен, отозвалась девушка. – Свари мне сосисок, пожалуйста! Женщина вздохнула. - Что это с ней в последнее время? – не понимала мама Чары, наливая в кастрюльку воду. Кухня, как и вся квартира, была просторной и светлой. Стена возле плиты и раковины выложена белой и кремовой плиточкой, чистые тумбочки из дерева мягко-орехового оттенка, опрятный диванчик с обеденным столом. В общем, вся квартира была прибрана, опрятна, и были видна хозяйственная женская рука. Чара успела посушить волосы, оделась в школьную форму и собиралась немножко подкраситься, дабы скрыть следы недосыпа. - Чара, иди, поешь! – позвала мама. Длинноволосая девушка затопала на месте: поесть и накраситься она не успеет – придётся выбирать. - Чара, иди кушать, и я тебя отвезу! – раздался из коридора голос отца девушки. Чара подавленно вздохнула. Придётся идти в школу в таком виде… Девушка на лету запихнула в рот сосиски и выбежала на улицу, где её уже ждал папа. - Ну, что? Проснулась, спящая красавица? – с улыбкой спросил мужчина, открывая дверь автомобиля. Чара фыркнула и немножко улыбнулась. У неё была замечательная семья: любящие родители, немного задиристый, но всё равно заботливый старший брат… И, в общем-то, это все её близкие люди. Поскольку Чара ехала на машине, а не шла пешком, она успела к занятиям и даже приехала за пять минут до начала первого урока. Это хорошо – девушка успеет привести себя в порядок. И одноклассников поблизости не видно… - Привет, Чара! – послышался со стороны знакомый голос. К девушке подходил Дружина – как всегда красив и, как всегда, с улыбкой на лице. Но заметив состояние одноклассницы, рыжий красавчик перестал улыбаться, а на его лице появилось выражение крайней озабоченности. - Ой, Чара, у тебя круги под глазами, - заметил Дружина. – Тебе нужно лучше высыпаться. Юноша ободряюще похлопал Маринову по плечу и ушёл в сторону кабинета истории. Чара аж зарычала от досады. «Ну, почему, почему это заметил именно он?» - разочарованно подумала девушка и потопала в сторону уборной, чтобы замазать синяки. А к кабинету истории тем временем подходили все ученики выпускного десятого класса. - Всем доброе утро! – провозгласил Ловчо, усаживаясь за свою парту. – Кто выучил параграф? - Я, - с улыбкой ответила Талия, уже понимая, какое предложение последует далее. - Давай ты ответишь на четвёртый вопрос, а то я его не успел разобрать, - сложил руки в умоляющем жесте Дружина и мило надул губы. Талия только улыбнулась и кивнула. Увидев это, Теодор встрепенулся. - А на седьмой кто-нибудь может ответить? – с надеждой спросил Тео. - На седьмой отвечу я, - сказал вошедший Савелий. Тут подбежала и Чара, и как раз прозвенел звонок. Урок прошёл интересно и весело, за исключением того, что вместо устного опроса по домашнему заданию, был письменный. А вот следующие два урока родного языка прошли уже не так весело. - Некоторые меня приятно удивили, - говорила госпожа Лурсон (учительница родного языка), раздавая проверенные сочинения. Отличниками по этому предмету всё так же являлись Номин, Констанция, Савелий и Конон, да ещё и Талия добавилась. Дружина, Чара, Харитон, Жанна, Эдита и Панфил получили четвёрки. - Некоторые просто удивили, - слегка озадаченно пробормотала учительница. – Как мистер Грей, который доказывал незыблемость любви к Родине с помощью теории квантовых частиц. Госпожа Лурсон положила на парту Теодора его сочинение, а парень, увидев отметку «хорошо», довольно улыбнулся своей квадратной улыбкой. - Остальные удивили совсем неприятно, - заключила учительница и раздала остальные работы. Влас на свою тройку только закатил глаза – учёба, его вечная проблема… Лариса, увидев тройку на своей работе, недовольно перевела взгляд на Чару, которая всё списала у Малковой, но получила на балл выше. Маринова виновато потупила глаза. Матильда же просто бездумно пялилась в листок, где была выведена аккуратная двойка. - Я смотрю, кто-то отличился, - ехидно заметил Влас, заглядывая в листок соседки по парте. Матильда злобно зыркнула на одноклассника и спрятала лист с сочинением в портфель. Весь оставшийся урок черноволосая красавица хмурилась и злилась. На всех: на госпожу Лурсон, которая влепила двойку в первый же месяц учёбы, на Власа, который ехидно хихикал и вечно поддевал, на мать, которая снова будет промывать мозги, как только увидит неудовлетворительную оценку, и на саму себя, не умеющую скрывать свои эмоции. Следующие два урока – математика. Тео устало вздохнул – за время учёбы в этой школе мадам Фрейдон стала его самым худшим кошмаром. Её уроки были до ужаса нудные, и сегодняшний не стал исключением. И ладно бы один, но сегодня их два, и они идут подряд… - Тео, не спи! – с улыбкой подошла к однокласснику Констанция на перемене между двумя математиками. За этот месяц Корпан сдружилась с новенькими и всегда старалась чем-нибудь помочь Талии и её брату. - Я бы и рад, - вздохнул Теодор, - но математика!.. Констанция перевела на Грея взгляд, ясно говоривший: «Ты серьёзно?..» - Ну, правда, Конста! – недовольно пробурчал Тео. – Один урок я ещё могу выдержать, но два… Это выше моих сил! Тут прозвенел звонок. И, в этот же момент, на телефон Матильды пришло сообщение: «Привет, малышка. Как дела?». Дюпен сидела на последней парте, так что она просто закрыла телефон тетрадкой и спокойно переписывалась во время урока. «Всё просто ужасно, - писала Матильда под бубнящий голос Фрейдон. – За сочинение двойку получила, да ещё и одноклассник издевается». «Забей на этого недоразвитого», - получила девушка ответ. «Больше всего пугает реакция матери», - призналась Матильда. «Не переживай, - писал собеседник. – Знаешь, тебе просто нужно расслабиться. Хочешь, я тебе с этим помогу?» Брюнетка усмехнулась: «Я сейчас на уроке. А после него ещё один». «Ну, если ты общаешься со мной вместо того, чтобы слушать лекцию, значит, ты понимаешь, что ничего особо важного не пропустишь». Матильда ненадолго задумалась: действительно, что такого? Есть двойка, будет прогул – плевать. Она сейчас слишком расстроена. «Я закончу через пятнадцать минут», - написала девушка, взглянув на часы. - Я Вам не мешаю? – раздался совсем рядом громовой голос мадам Фрейдон. Матильда замерла. Девушка испуганно подняла голову, но оказалось, что учительница обращалась вовсе не к ней. - Мистер Грей, - сухо произнесла мадам Фрейдон, глядя на развалившегося на парте Теодора. «Снова заснул», - подумала Дюпен и облегчённо выдохнула. Тео тем временем продрал глаза и удивлённо таращился на учительницу. Молчание затягивалось, и юноша перевёл взгляд за спину мадам Фрейдон. - Солнечный зайчик! – воскликнул Теодор, указывая на доску. Все одноклассники приглушённо засмеялись. В какой-то степени они уже привыкли к странностям парня, но его непредсказуемые выходки всегда вызывали улыбки на лицах окружающих. - Мистер Грей, ещё раз я замечу такое поведение на своём уроке, я сделаю Вам предупреждение, - грозно сказала мадам Фрейдон, проходя к своему месту. Теодор только озадаченно молчал, обдумывая, можно ли за один проступок давать целое предупреждение. Хотя, учитывая, сколько раз он засыпал на её уроках… - Мисс Корпан, - обратила на себя внимание Констанции мадам Фрейдон. – Нагоните с мистером Греем сегодняшний урок и все предыдущие, кои он соизволил проспать. Констанция немного растерялась, но отказать учительнице просто не могла. - Хорошо, - ответила девушка. Через пару минут урок закончился, и Матильда направилась в сторону выхода из школы. - Ты куда? – остановила брюнетку по дороге Чара. – У нас же ещё этика. - Ай, плевать я хотела на эти уроки! – резко ответила Дюпен. Маринова от громкого голоса одноклассницы схватилась за висок и зажмурила глаза. Заметив реакцию подруги, Матильда обеспокоенно взглянула на Чару, а в душе Дюпен взволнованно запели альты и скрипки. - Ты чего? – уже тише спросила брюнетка. – Снова голова болит? - Да, - безрадостно ответила Маринова. – Вот, хочу сходить к Марине Демьяновне. Может, даст что-то от головной боли. Матильда ободряюще обняла подругу. - Давай, не болей, - сказала Дюпен. – Береги себя. - А ты не прогуливай,- пробурчала Чара. – Номин снова будет злиться. Матильда только закатила глаза и фыркнула. Но в этот момент её душу заполнило тремоло литавр, явно указывающее на скорое появление старосты на горизонте. - Ладно, мне пора, пока, - скороговоркой проговорила Дюпен и выбежала из школы. А к Чаре в тот момент как раз подошёл Номин. - Только не говори мне, что это была Матильда. Маринова виновато улыбнулась. - Я как раз иду в медкабинет, - заметила девушка. Кар устало вздохнул и пошёл к классу этики. А Чара поплелась к школьной медсестре. У девушки и раньше были головные боли, но последние два урока стали для Чары настоящим испытанием. - Здравствуйте, Марина Демьяновна, - поприветствовала медсестру Маринова, зайдя в медпункт. - Привет, Чара, - ответила женщина. Марина Демьяновна была женщиной довольно пожилой, но высокой и статной. У неё были короткие светлые волосы, маленькие карие глаза, пухлая верхняя губа и почему-то совсем обвислые щёки. - Что случилось? – спросила медсестра. - У Вас есть какое-нибудь лекарство от головной боли? – вымучено спросила девушка. - Давай померяю температуру, - тут же принялась исполнять свои обязанности Марина Демьяновна. Но температура Чары была в полном порядке, так что медсестра дала ей таблетку лёгкого обезболивающего. - Кстати, - вспомнила Чара, выпив лекарство. – Вы не могли бы… выписать справку Дюпен Матильде? О том, что она освобождается с последнего урока по состоянию здоровья… Марина Демьяновна глубоко вздохнула и укоризненно покачала головой. Одноклассники уже не первый раз просят выписать справку Дюпен, чтобы её отсутствие не засчитали за прогул. И, в общем-то, покрывать отсутствие учеников совсем не в правилах медсестры, но детей жалко. - Выпишу, поскольку это первый раз за учебный год, - сказала женщина. – Но в следующий раз можете меня об этом и не просить. - Спасибо, Марина Демьяновна, - улыбнулась Чара, забирая справку и выходя из кабинета. К уроку этики Маринова пришла вовремя, со светлой головой и со справкой, которую девушка отдала старосте. Номин, в свою очередь, передал справку и извинения от «внезапно заболевшей» Матильды учителю, как только тот пришёл в кабинет. Этика прошла легко и быстро. Этот урок нравился всем, наверное, потому что нужно было размышлять больше, чем учить. После урока Констанция подошла к Теодору. - Ну, что? – спросила блондинка. – Ты сейчас свободен? Грей как-то странно посмотрел на девушку, будто не понимая, чего она от него хочет. Но потом до него, кажется, дошло, и у парня аж глаза на лоб полезли. - Ты, что, серьёзно собралась меня учить? – удивлённо спросил Тео. Констанция растерялась и даже немножко обиделась. Дело в том, что фраза одноклассника прозвучала так пренебрежительно, будто девушка была недостаточно умной, чтобы помочь парню с математикой. - А что? – смущённо пробормотала Корпан. – Меня же мадам Фрейдон попросила… - А забить? – крайне заискивающим тоном спросил Грей. - Нет, - строго отрезала блондинка. – Тео, будь серьёзен! - Ладно, ладно, - замахал руками перед носом одноклассницы парень. – Давай завтра. Завтра как раз нет математики. Констанция согласилась – сейчас от Теодора она большого рвения не дождётся. Большая часть учеников направилась к выходу из школы. - Ты куда? – спросила Лариса Чару, которая, видимо, уходить никуда не торопилась. - В библиотеку, - устало произнесла Маринова. – Нужно получше подготовиться по литературе. А ты? - Хочу в зале немного позаниматься, - улыбнулась Лариса. – Ну, удачи. Малкова отправилась в сторону малого спортзала, а Чара пошла в библиотеку. Голова у девушки больше не болела, но чувствовала себя Чара неважно. Уставшая, заспанная, она сейчас хотела не в библиотеке сидеть, а спать под тёплым одеялком. Но надо подготовить домашнее задание… Взяв необходимые книги, Чара села за стол в библиотеке и начала готовиться. Через полчаса помещение совсем опустело – осталась только Маринова. Чара уже почти закончила, как в библиотеке выключился свет. - Супер, - устало проворчала девушка. Кромешной темноты, конечно, не наступило – солнце ещё не село. Но окна библиотеки располагались на стене у дальних стеллажей, так что основной зал погрузился в сумрак. И закончить работу Чара уже никак не могла. - Ну, видно, не судьба, - выдохнула Маринова и закрыла учебники. Девушка встала и разнесла книги по местам. Тут Чаре показалось, что справа что-то шевельнулось. Маринова резко повернулась. Там действительно что-то шевелилось, но девушка не понимала, что именно. И лишь присмотревшись, Чара поняла, что двигается стена! В девушке тревожно и страшно заиграли контрабасы. Чара подбежала к двери и подёргала ручку. Дверь закрыта. Все стены и потолок медленно и бесшумно сдвигались. А Чара, напуганная, загнанная в ловушку, просто не знала, что делать. - Помогите! – кричала девушка и колотила в дверь. – Кто-нибудь! Пожалуйста, помогите! Внутри Чары разливался липкий страх под пугающую мелодию контрабасов. Маринова не выдержала – обхватила колени руками, свернувшись в клубочек, зажмурилась и закричала. Вскоре девушка почувствовала, как кто-то трясёт её за плечо. Сквозь её крик и ужасающую музыку стал пробиваться знакомый голос: - Чара. Чара, открой глаза! Маринова резко распахнула свои испуганные зелёные глаза и постепенно перестала кричать. Рядом с ней стояли старый завхоз и Лариса. - Тише, - успокаивающе говорила Малкова, гладя одноклассницу по спине. – Всё хорошо. Чего это ты? Ну? Всё. Всё уже хорошо. Чара глубоко дышала и судорожно оглядывалась. Стены и потолок были на своих местах. Свет включен. Всё и правда было в порядке. Только книги были разбросаны, а сама Чара забилась в угол. - Что произошло?.. – глотая слёзы, спросила Маринова. - Тебя нашла уборщица, - продолжая успокаивающе гладить по спине подругу, ответила Лариса. – Она предупредила нас и побежала за врачом. А с тобой-то что случилось?.. Но ответить Чара не могла – её колотило, из глаз текли слёзы, она бормотала что-то бессвязное. У девушки была настоящая истерика. - Что случилось? – спросила Марина Демьяновна, как только зашла в библиотеку. – Чара, ты как? Но, увидев состояние ученицы, медсестра поняла, что сейчас разговоры не к месту. - Помогите мне отвести её в медпункт, - попросила Марина Демьяновна. Завхоз подхватил Чару под левый локоть, а Лариса – под правый. Через несколько минут Маринова уже была в медкабинете. Медсестра дала девушке успокоительное и выпроводила остальных за дверь. Минут через десять лекарство начало действовать, и Чара начала приходить в себя. - Ну, как? Лучше? – спросила Марина Демьяновна. Девушка кивнула. - Что случилось? – задала наконец женщина интересующий её вопрос. Чара рассказала. Иногда путанно и спотыкаясь, но рассказала честно и открыто. Медсестра внимательно слушала и кивала, глубоко задумавшись о чём-то. А потом спросила: - Скажи: ты хорошо высыпаешься в последнее время? - Нет, - устало ответила девушка, а потом перевела удивлённый взгляд на Марину Демьяновну. – Вы что… Думаете, мне это приснилось? - У тебя всегда была восприимчивая психика, - пожала плечами женщина. – Возможно, это реакция на стресс. Я выпишу тебе успокоительные, но лучше обследоваться в больнице. Чара кивнула, всё ещё не веря в происходящее. Девушка взяла рецепт у медсестры и вышла из кабинета. «Но ведь… - думала Чара, направляясь к выходу из школы, - это не может быть просто сном?..»