Мой молодой альфа.

— Что опять случилось? — спрашивает пришедший Тэхен, увидев погруженного в свои мысли Чонгука. — Ничего, — Чонгук вытаскивает из сумки книги, надеясь что его друг уйдёт, но тот об этом и не думает, так что садится за соседнюю парту и в ожидании смотрит на него. — Он… Джин сказал что…, — совсем тихо мямлить Чонгук, но блондин его слышит. — Что он сказал? — Он сказал, что любит меня, — ещё тише говорит Чон, но Ким по прежнему прекрасно его слышит, его глаза округляются и он всем своим видом показывает удивление. Ему понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя. — Вау, это же хорошо, так почему ты тут сидишь весь кислый? — Он сказал это, когда мы это… Ну того… — Чонгук, тебе что, пять лет, говори нормально. — Во время секса он сказал, ясно? — слишком громко пояснил Чон, тем самым привлекая внимание нескольких одноклассников. — И что? — недоумевал блондин. — И почему ты так паришься? — А что, я должен быть спокоен, после такого? — Да, Чонгук, ты меня действительно пугаешь, что в этом такого? Мне во время секса Чимин может по сотню раз признаться, я же не беспокоюсь по этому? — Тебе не о чем беспокоиться, потому что это правда, но у нас же не такие отношения с Джином. — И что же твоя дурная башка надумала в этот раз? — Ни о чем таком я не думал, — голос Чонгука немного дрожит, а глаза бегают туда сюда, все же врать он не умеет. — Хорош, я же знаю тебя, выкладывай. — Думаю, у него кто-то появился. — Ахх, — блондин устало вздыхает и переводит на Чона усталый взгляд. — И почему на этот раз? — Ну ты подумай, Джин не говорит мне таких вещей, особенно в постели. — И? — Значит, у него появился человек, которому он это говорит, а мне он это сказал случайно. — Чонгук, ты конечно мой друг и я всегда поддерживаю тебя, но не забывай, ты говоришь о моем брате. — Но ты подумай... — Нет, это ты подумай, ты что разве не знаешь Джин-хёна? Как тебе в голову приходят такие мысли? Я конечно понимаю ревность, но не до такой же степени. Почему ты не думаешь о том, что хён говорил искренне? — Не знаю, он же вечно твердит о том, что я ребёнок и что для него как младший брат. — И поэтому он не может говорить что любит тебя? — Да, потому что он меня не любит. — Ладно, переубедить тебя я не смогу, предположим, что Джин-хён тебя не любит, может он сказал тебе это из-за эмоций? — Эмоций? — Ну да, бывает же иногда, особенно в постели, м? — Наверное... — Ну вот, хватит нести всякую фигню. — Ладно, больше не буду.

***

— Чим. Чимин~а? — блондин лежит обняв Чимина сзади и смотря на их переплетенные пальцы. — Ну же Чимин, почему ты молчишь? — Тэ, давай потом, — бубнит бета. — Но это важно, поговори со мной. — Пожалуйста, давай потом, я хочу спать. — Но сейчас обед, кто вообще спит днем? — Ким Тэхен, у тебя совесть есть? Ты меня десять минут назад выебал, дважды. Я устал, дай мне поспать. — Ладно, если сон для тебя важнее спи, —обиженно говорит Тэхен, пытаясь отнять руку, и Чимину приходится открыть глаза и повернуться к нему лицом. — Ну чего тебе? — Я тебя люблю, — говорит Тэхен и ждёт ответ. — Я знаю. — Знаешь? — Знаю, — глаза альфы, что до этого ярко горели, начинают тускнеть, а его улыбка медленно исчезает.Чимин шире улыбается, приближается к лицу альфы и оставляет мягкий поцелуй на губах. — Я тоже тебя люблю. — Правда? — Да. — Сильно? — Сильно-сильно. — Тогда придёшь к нам на ужин в эту пятницу? — Конечно. — Ты не понял, я хочу познакомить тебя с родителями. — Тэ, я знаком с твоим родителями. — Нет, я хочу представить тебя как своего любимого. — Ты уверен? — Конечно. — Правда? — Правда — Ах, Тэхен, как же я тебя люблю, — Чимин обнимает альфу за шею. — Очень сильно люблю. — Я люблю тебя сильнее.

***

— Джин, я дома, — Чонгук возвращается домой уже к вечеру, так как после школы была тренировка. Он оставляет обувь в прихожей и заходит в гостиную, бросает сумку на пол и валится на диван, новый тренер не давал им поблажек, так что он устал как конь. — Чонгук~а, это ты? — кричит Джин из кухни. — Да, это я, — альфе приходится все же подняться с дивана и пойти на кухню. Старший сидит за столом. — Ты опоздал. — У нас новый тренер, пришлось задержаться. Ты в порядке? — Да, — Джин встаёт и подходит к младшему вплотную. — Но мне будет лучше, если ты мне поможешь, — он целует альфу за ухом и спускается поцелуями вниз к шее. — Джин, не сейчас прошу, — Чонгук отстраняет от себя омегу. — Я очень устал. — Ну Гуки, пожалуйста, мне очень нужно, — руки старшего ложатся на Чонгуковы плечи. — Мне было плохо весь день. — Если было плохо, почему не попросил кого-нибудь о помощи? — Чон скидывает чужие руки с плеч и идёт к холодильнику. — Что ты сказал? — старший явно недоволен. — Ничего, — младший пытается уйти из кухни, но старший его останавливает. — Повтори то, что сказал. — Говорю, если было плохо, почему на помощь никого не позвал. — И кого же? — Ну не знаю, альф в нашем доме много. — Чонгук, не переходи границы, я не собираюсь терпеть такое отношение к себе. Как долго это продлиться, скажи мне? Когда ты начнёшь верить мне? — Тогда, когда ты скажешь мне о своих чувствах. — А я разве вчера не ясно выразился? — О чем ты? — Ха, Чонгук, я поражаюсь, говоришь что ждёшь признания, но не слышишь меня в тот момент, когда я рассказываю о своих чувствах, — Джин обходит застывшего в удивлении, от услышанного, Чона и уходит в спальню. На лице у альфы появляется улыбка, после того как он понимает все, что ему сказал старший, и идёт за ним, но чёртова дверь снова закрыта, когда-нибудь Чон избавится от замка на двери. — Хён, открой дверь, пожалуйста.