Эпилог
6 июня 2020 г., 10:56
Марат пришел в свои покои и отправил всех слуг отдыхать. Привидение. Вот уже несколько лет он ведет эти малые и незначительные беседы, иногда спрашивает, что читает его привидевшийся знакомый, а он лишь улыбаясь говорит — жизнь читаю. Очень странное привидение. Никого не пугает, ни за кем не охотится, половицами не скрипит и в лучах солнца не истаивает. Вот только, лицо его стирается из памяти буквально за минуту, как бы сильно не желал его запомнить Наследный Принц империи Легио Эври Маин Марат. Эври — титул, который получает наследник, когда женится в первый раз и его первая супруга производит на свет потомство. Элонду — титул, который дается, как только сына императора выбирают Наследным Принцем. Нуоко — титул, который дается тогда, когда император получает Наследного Принца.
Марат усмехнулся. Та жизненная история про императора Тенанука и его супруга Тенаара не имела звучания титула Эври. Первым на брачный диск встал мужчина. У императора по определению не могло быть этого титула, так как между ним и его первым супругом общих детей быть не могло. Они оба были мужчинами. И никто из них не смог бы родить.
Покачав головой, он прошел по своим покоям, тем самым, где с первых дней официального оглашения о приходе в империю Тенаара, он сам жил до того дня, пока не были готовы его личные покои. В этой зале стояла его любимая зеленая кушетка. Здесь они скандалили или просто мирно проводили время, обучали друг друга чему-то. А вон там, в спальне — любили друг друга. И хоть время смазало все, стерло былые упоминания, переставив мебель, изменяя стиль и наполнение, но Марат мог поклясться, что если не пытаться представить, а просто чуть прикрыть глаза, то поверх всего здесь имеющегося налегает налет того, как в те времена стояла мебель, как блестели украшения, ветер развевал легкие воздушные шторы.
— Супруг мой, — ласковые руки легли на спину, и Марат заулыбался, — вас одолевают думы?
— Да, любовь моя, — Марат мягко развернулся, и опустил глаза, рукой дотронулся до щеки белокурой красавицы. — Есть думы, что одолевают.
— И они так вас печалят? — ее аквамариновые глаза, как два драгоценных камня, поблескивали и лучились светом, внутренним, что идет от ее души, тем самым из-за которого он встал в позу и потребовал именно эту женщину в первые супруги, наплевав на выбор императора. Марат победил.
— Нет, не печалят. Лишь налет грусти, но не глубок, — опустив руку, погладил ее округленный живот, его победу. Это будет второй малыш. Первого она ему уже подарила. Как и свою любовь. Как и тепло. Как и тот свет, который он видел в глубине ее глаз.
Наталья-Ирен Моальди, третья дочь правителя Тарпенди, не по роду и крови дочь, а по наречению. О ее семье никто и ничего не знает, они умерли еще при ее рождении. Правитель вырастил девочку как родную, и отдавал в замужество за взбалмошного Марата с боем — он реально выставил боевой расчет перед планетой и с кулаками требовал от Наследного Принца убираться восвояси. Но даже его Марат одолел. Словами. Ни одного выстрела, ни одного оскорбления. Марат пришел с одним кораблем и умудрился уговорить разбушевавшегося будущего тестя. И забрал свое. Женился. А теперь ждет рождение второго любимого ребенка. А привидение…ну что привидение, оно лишь является, но на его жизнь не влияет. Оно есть, но для Марата не представляет ценности. Просто желание разгадать загадку и грусть, когда этого не получается.
***
Это была уже вторая трагедия. Во второй раз, на сроке ровно четыре месяца, Айрана-Руми скинула ребенка. Паолина ехидно проговорила:
— Так и надо змее, — она сидела в кресле в компании императрицы, Анами и Роксаны, — мало того, что ручки свои на императора распростерла, так еще и женой стать хочет.
— Вы не справедливы к ней. — Покачала головой Роксана, которая сочувствовала горю несостоявшейся матери.
— А вы, леди Роксана, видели ее после того, как она скинула ребенка? Нет? — Паолина покачала головой ядовито улыбаясь, — советую посмотреть. Это не горе матери, это яд и желчь об утраченной возможности приобрести здесь статус и стать в ряд с нами!
— Леди Паолина права, — подала голос Анами. — Я была тому свидетелем. И уж горе от утраты дитя, выглядит иначе.
— Вы думаете, что любовница императора желает пролезть в его семью таким образом? — нахмурилась императрица.
— Да мы уверены в этом! — Паолина негодуя всплеснула руками, совершенно не как воспитанная дама. — И лично я желаю сократить ее время с императором втрое.
Конец третьей книги.
