Переутомление

***

— Эра, соберись, ты отстаёшь от ритма, — строго приказал Эш.       Тренировка в самом разгаре, Эрнар никак не может собраться. Все тело ноет от недосыпа, но он старается не жаловаться. Все устали, как и он. — Так, давайте ещё раз. И… Раз, два, три, четы…       И все резко затихло, в глазах потемнело, а тело стало бросать то в холод, то в жар. — Чёрт, Эш, поддержи голову, — Эйм снял с себя чёрную кофту, сложил её, и положил под Эрнара. — Почему он не сказал, что ему плохо? — с недоумением произнёс Аю. — Наверное, боялся.       Внезапно Эйм начал снимать с Эры все, что было. Худи полетело в угол, цепочка на подоконник. И, нащупав пульс, удостоверился, что всё в порядке. В больнице Эра очнулся только через день. Он помнил, что в глазах резко потемнело и голос Эйма. На часах, висевших в палате, было 3:16, а на стуле, сложив руки на груди, спал красноволосый.       «Ох, черт. Я подставил ребят», — пронеслось тут же в голове парня. — Султан… — прохрипел Эра.       Одногруппник резко открыл глаза. — Эра! С тобой всё нормально? — парень волновался за младшего, не скрывая этого. — Что со мной? — Переутомление. — Ох, я, наверное, вас подвёл… Простите, я правда не хотел.       Эйм неожиданно обнял больного. — Как ты можешь так говорить? А если бы что-то похуже? Ты бы тоже извинялся? — он сжал его крепче. — Почему ты не сказал, что тебе плохо? Ты боишься нас? — Эйм, прекрати… Я просто не хотел вас подводить.       Султан аккуратно отстранился, его глаза скользнули по оголенной бледной ключице. Эрнар дотронулся холодными пальцами до бледной бархатистой шеи. По телу пробежала волна мурашек, а щеки Эйма загорелись красным румянцем. Он почувствовал как пальцы Эры скользнули по его скуле. — Эра? — заигрывая с парнем и ненадолго задерживая взгляд на его ключице, Султан поднял глаза.       Эрнар, прикусив нижнюю губу, придвинулся ближе. Больничный халат не скрывал возбуждения, а руки красноволосого сами тянулись к лицу Эры. Он мягко коснулся губами той желанной бледной кожи, спускаясь к шее, а потом немного поднимаясь к уху. Руки Султана возбуждали, пуская табун мурашек по спине. Оставляя красные следы на нежной коже, он успевал поглядывать на покрытое румянцем лицо Эрнара, который сдерживал стоны-вздохи, прикусив губы. Спустившись к животу, он медленно провёл пальцами вдоль позвоночника, заставляя Эрнара немного выгнуть спину, выпрямляясь. Эйм схватил его обеими руками за бёдра, усаживая к себе на колени. Наконец, поднимаясь к лицу, он мягко прошептал хриплым, манящим и немного грубым от возбуждения голосом: — Эрнар… Давай остановимся, пока не поздно…       Эра, ещё больше возбудившись, вцепился в плечи Султана, придвигаясь и целуя алые губы. Он слышал пульс в ушах, что заставило его ненадолго забыться. Прикусив верхнюю губу красноволосого, больной отстранился, давая понять, что на сегодня хватит.