Птицы под кровлями

Еще уходя от Фредерики, Андерс условился, что она обязательно узнает у отца фамилию его компаньона-неудачника. — Да, ему придется все рассказать. Или, если хотите, придумайте другой предлог. И обязательно уточните про близких родственников. Потом, в автобусе, осторожно обняв дремлющую Клару, он сам боролся с сонливостью и вспоминал все, что видел. Клара описала широкоплечего человека с полными, но небольшими руками. Он, в общем, видел то же самое, и все-таки кое-что не давало покоя. Кое-что не совпадало. Следы на влажной земле остались очень небольшие. Андерс нарочно оставил рядом один свой след. У незнакомца нога была меньше — и главное — уже. "А Клара говорила, он здоровяк или толстяк". Потом: видимо, проникал в сад незнакомец черед пролом в заборе. По крайней мере, удрал в последний раз именно этим путем. Но пролом был такой узкий, что Андерс сам туда протиснулся не без труда. И еще: Клара описала невысокого человека. Андерс не мог подтвердить или опровергнуть это впечатление: слишком большое расстояние, чтобы оценить рост. Но пролом в заборе был как раз в рост Андерс, и в этом месте незнакомец зацепился капюшоном за торчавший гвоздь. Андерс нашел клочок черной ткани и черные нитки. Итак, выходило следующее: Клара видела невысокого крепыша, который на самом деле высок и очень худ. И еще у него удивительно маленькие для такого роста ноги и руки. Он прибегает к довольно примитивной маскировке: что-то надевает под одежду, чтобы казаться полным, и сгибается. Модель и цвет машины, на которой незнакомец скрылся, Андерс тоже запомнил, хотя принадлежит ли эта машина незнакомцу или тот одалживает ее? И наконец, куртка. Возможно, незнакомец как-то избавится от нее. Но возможно, он беден. Тогда просто попытается заштопать. Клара отправилась в училище. Андерс очень понадеялся, что она не уснет прямо за фортепьяно. У него самого голова как свинцом налилась, но ему было легче: он мог позволить себе поспать хотя бы два-три часа. И даже должен был, потому что сегодня предстояло еще немало дел. ...Поспал Андерс дольше, чем рассчитывал: проснулся он около одиннадцати. Быстро перекусив, спустился к Себастьяну: у того сегодня был выходной, и Андерс хотел объяснить ему, как говорить с Фредерикой Кьюзак, если она позвонит. Но со вчерашнего вечера Себастьян совсем разболелся и теперь лежал под одеялом с температурой и болью в горле. Это было очень не вовремя. Андерс знал, что его друг, хоть и был прекрасным врачом, сам из-за слабого здоровья переносил тяжело даже не очень опасную болезнь. Не самая высокая температура уже лишала его аппетита, пульс учащался, и Себастьян впадал в сильную тоску. Словом, даже при простуде за ним стоило присматривать. Андерс осмотрел его, сходил в аптеку за лекарствами, напоил теплым чаем. Но к вечеру ему все же надо было уйти, а оставлять друга одного он не хотел. Пришлось позвонить Кларе в надежде, что она все-таки отдохнула. Клара сразу согласилась приехать. Привезла для больного немного фруктов и молока. Андерс объяснил ей, когда давать Себастьяну лекарства, а о том, что должна была позвонить Фредерика, Клара знала и сама. Больной уснул, и чтобы не мешать ему, они вышли поговорить на кухню. — Можно узнать, куда ты уходишь? — спросила Клара шепотом. — Или это секрет и меня не касается? — Иду проследить за Джонатаном Хантером. — Любовником Фредерики? — Да. Я хочу узнать, как он выглядит. — А почему именно он? Просто я подумала, пока ехала сюда: второй комплект ключей есть у домработницы. Разве ей не проще всех прийти домой, пока хозяйки нет, и облить кровью раковину или ванну? Только зачем... — Это как раз просто. Подкуп или маленькая личная месть. Но ведь ты не сомневаешься, что сегодня ночью мы видели мужчину? Клара охнула и сжала его пальцы. В первый раз Андерс подумал, что она, должно быть, сильно испугалась. И немудрено: все ли в порядке с головой у человека, который устраивает такие розыгрыши? По возможности Клару втягивать в расследование больше не стоит. — Я испугалась, — согласилась с его мыслями Клара. — Ты побежал за ним, а это было так опасно. Андерсу совершенно неуместно захотелось поцеловать эту худенькую ручку с грубоватой кожей и мозолями на пальчиках. И эти прозрачные, выразительные глаза, и локоны цвета тумана. — И сейчас ты рискуешь, — добавила Клара горько. — Знаешь, мне все больше жаль, что... — Но ведь ты не отказала бы этой своей Фредерике, — пожал плечами Андерс. — И я надеюсь, то, что зимой случилось с твоей Джорджи, немного излечило тебя от сумасбродства — если, конечно, ты когда-нибудь была сумасбродкой. А пытаться справиться самой в такой ситуации — это сумасбродство, Клара. Клара потерла лоб: видимо, ей все же хотелось еще отдохнуть. — А ты уверен, что не надо обращаться в полицию? — Я не говорил этого. Фредерика и ее родители могут обратиться в полицию, если посчитают нужным. А то, чем собираюсь заняться я, совершенно не рискованно. Хочешь кофе? — Спасибо, он у тебя очень вкусный, но я уже не могу видеть кофе в принципе. Месяц не буду его пить. — А чай? — Ну, чай еще ничего. Андерс, но все-таки... Под маскировкой так сразу и не поймешь, мужчина это или женщина. — Женщины редко бывают моего роста. По крайней мере, домработница Фредерики меня гораздо ниже — я спрашивал. — У Фредерики довольно много знакомых мужчин. Почему ты заподозрил именно ее любовника? — Как бы тебе объяснить... — Андерс размял пальцы. — У всех в ее компании, кроме него, не по одному общему знакомому с Фредерикой. Да и общаются они по несколько лет. Джонатан появился три месяца назад, и в числе общих знакомых у него с Фредерикой только некая Офелия Найт. Тебе ведь знакомо это имя? — Она тоже училась с нами. Но... — Именно! Училась. Значит, могла знать о фобии. Или предполагать, что какой-то страшный случай из детства не прошел даром. Клара осуждающе нахмурилась — видимо, своим мыслям. — Что за человек эта Офелия? — спросил Андерс. Клара снова стала барабанить пальцами по столешнице. — Скрытная. Держалась особняком после того, как отошла от Фредерики. Ядовитая немного, но тихая, пожалуй. Может быть, ты слышал про ее отца? Известный хирург. — Уникальный мистер Найт? — присвистнул Андерс. — Как не слышать. Великолепный индюк и очень большая мразь, но дело знает. Ну что ж, мир тесен. А мне пора. Адрес Джонатана Хантера у Андерса был: Фредерика продиктовала. Оставалось придумать предлог, под которым можно увидеть его лично. Андерс решил не маскироваться: прошлой ночью, убегая, незнакомец вряд ли успел его разглядеть. "И даже если я спугну рыбу, не тот случай, чтобы переживать". Когда Андерс уже шел по нужной ему улице, вышла неожиданность. В окне одного из домов, как ему показалось, мелькнуло лицо Брюса. Тот после истории с Джорджи сменил квартиру — выходит, поселился здесь? "Зайти, поздравить братца с новосельем?" Андерс ухмыльнулся, представляя, как передернет Брюса при его появлении. Но дело есть дело, так что пусть брат живет спокойно. А вот адрес его стоило запомнить и даже записать в блокнот. В конце концов поиски привели его к двухэтажному дому. Когда-то, видимо, дом принадлежал состоятельным людям и чем-то явно напоминал родительский. Но теперь он явно нуждался в ремонте. Мрачное впечатление усиливали решетки а паре окон второго этажа. Андерс взошел на крыльцо и позвонил. Ему открыла невысокая женщина средних лет, в черном платье. Лицо у нее было помятое, глаза утомлены, и Андерс заподозрил, что дело тут не в одной усталости. Возможно, она плохо питалась или мало бывала на воздухе. Также возможно, усталость была затяжной, хронической. — Здравствуйте, — Андерс не дал себе растеряться. — Здесь проживает Джонатан Хантер? У меня к нему очень важное дело. Устало и мрачно на него посмотрев, женщина пробормотала: "Сейчас позову", и ушла. Как раз в эту минуту наверху раздались какие-то жутковатые звуки, что-то вроде утробного подвывания. Прислушавшись, Андерс понял, что их издает человек. "Мужчина, — машинально подумал он. — Голос сорван". Между тем к нему кто-то подошел. — Джонатан Хантер — это я. Что вы хотели? Парень держался уверенно, даже нагло. Он был ростом с Андерса, но гораздо худее, с узкими и слабыми плечами, цыплячьей шеей. Андерс успел метнуть взгляд вниз и увидеть очень небольшие, почти женские ноги. — Здравствуйте, — широко улыбнулся Андерс, подавая ему руку. — А я от Уилли Раннера, помните? Парень машинально пожал руку (маленькая кисть, рукопожатие слабое) и удивленно уточнил: — Уилли Раннера? Не помню. А чего вы хотели? — Да всего лишь передать вам письмо... — Андерс стал шарить по карманам. — Какая досада, забыл в машине. Одну минуту. Он выскочил за дверь и быстро пошел по улице. Не исключено, что Джонатану Хантеру сейчас очень страшно, но кто же его заставлял пугать девушку? "Хотя кто знает, каким становишься, живя в одном доме с сумасшедшим". Глаза, кстати, у Хантера были красные, напряженные. Оставалось уточнить еще немало деталей, и все же Андерса окрыляло сознание, что он совершил прорыв. Вернувшись на квартиру Себастьяна, он радостно обнял открывшую ему Клару, и минуты две, наверное, они не отходили друг от друга. Андерс почувствовал доносившийся с кухни аппетитный запах и тут же заметил, насколько Клара измучилась Глаза у нее были мутные, лицо серое — совсем как у женщины, которую он видел рядом с Хантером. — Себастьян спит, но ему не лучше, — проговорила Клара, глядя ему в глаза. — Ты увидел все, что хотел? — Да. — А при мне позвонила Фредерика. Я записала все, что она сказала. Просмотрев записи, Андерс остался очень доволен. С этим уже можно было идти к мистеру Барроу и просить его о помощи — за часть гонорара, разумеется. — Сейчас мы поужинаем, — сообщил он Кларе, — а потом ты возьмешь ключ от моей квартиры, поднимешься и ляжешь спать. Тебе нужен немедленный отдых. Позвони Летиции, если хочешь, предупреди ее. У Клары, видимо, даже спорить сил не оставалось. — Когда уходила, я оставила Летти записку. Но ты прав, лучше позвонить. ...Засыпая, Андерс думал о том, что Клара сейчас в его квартире, в мансарде, почему-то заставляет вспомнить о ласточках, живущих под крышами. "И сколько же нас таких. Живем себе, подбираем крошки..." Клара однажды вспоминала страшную сказку о людях с птичьими головами и крыльями, по ночам нападающих на прохожих. Хорошо, что Джонатан Хантер этой сказки не знал. Утром Андерс проснулся рано, потому что услышал шаги. Себастьян встал и попытался приготовить завтрак. Пришлось его уложить, хоть и утверждал будто ему лучше. Вскоре к ним спустилась Клара и стала помогать с завтраком, когда в дверь позвонили. Удивившись, Андерс открыл. На пороге стояла Летиция с хозяйственной сумкой. — Я пришла помочь, — объяснила она. — Услышала, что Себастьян заболел. У меня есть немного лечебного чая, и еще... Андерс отвлекся, потому что услышал радостное восклицание Себастьяна. Тот лежал, обернувшись к двери, и словно не верил своим глазам, но был совершенно счастлив.