Charlotte

Аластор ненавидел имена. Он ненавидел все эти заморочки с родственными душами, которых определяли по набору букв, написанных на твоём предплечье с рождения. Многие носились как бешеные, искали свою вторую половинку, напрочь забывая об остальном. Думали, что это сделает их счастливыми. Молодой радиоведущий презирал таких людей. Слабые, слишком эмоциональные и не способные спрятать свои истинные чувства. Их болевые точки видны всем, каждый может надавить на них и разбить их мечты и надежды. Их легко сломать, даже проще, чем грифель карандаша. Эти жалкие существа, по мнению Аластора, даже не стоили внимания. Без цели, без силы и без чувства собственного достоинства. Кто они такие, если зависимы от другого человека, как от воздуха? Но ещё большую ненависть в Аластора пробуждали Шарлотты. Каждая девушка или женщина пыталась всяческим образом привлечь к себе внимание Аластора, когда замечала проклятые буквы своего имени на его руке. Их не волновало, что он не был их родственной душой, главное, что на его коже выжжено Шарлотта. «В конце концов он же мог поменять имя, верно?» — проносилась эта мысль в каждой наивной голове, очарованной харизмой и красотой радиоведущего. Стоит ли говорить, что лучше бы они так не думали и что для них было бы безопаснее искать свое счастье в другом человеке? К счастью для несчастья всех Шарлотт Нового Орлеана, ни одна из этих приставучих девушек не носила его имя на своей коже, поэтому радиоведущий представлялся так, как назвала его дорогая матушка. А попадя в ад, где все живут под масками кличек и прозвищ, Аластор решил подобрать себе что-то гораздо подходящее своей новой, более кровожадной «жизни». Освободившись от дьявольского имени на предплечье, Аластор бы так и сжёг все свои воспоминания о нем, если бы не одно но. Об одной Шарлотте говорил каждый бес в этом проклятом месте. Дочь королевской четы знали все. В кругу высших демонов, в который входил Аластор, немалое внимание уделяли наследнице престола, перемывая каждую ее косточку. Так и хотелось кого-нибудь зарезать, когда из чьих-то уст вылетало Шарлотта. Скорее по привычке, чем из-за истинной ненависти к дочке Люцифера. Напротив, ее персона вызывала у Аластора жуткий интерес. Добрая, наивная и явно лишняя в этом мире. Она не походила ни на кого в этом днище. Белое пятно в непроглядном море грязи. Верящая, что в каждом демоне есть радуга, хоть и никогда ее не видела. В ней так много оптимизма и надежды, что хотелось вытрясти из нее это все и наблюдать, как медленно гаснет огонек энергии в ее глазах. Именно поэтому Аластор сейчас стоял возле дверей отеля Счастья. Мысль о том, что он будет тем, кто сломит будущую королеву, грела его сущность. Шарлотта Магне станет его последней жертвой с этим именем, он уверен в этом. Поэтому он сделает все, чтобы ее боль была особенной и запоминающейся. Зайдя в помещение, Аластор безостановочно разговаривает и тем самым отвлекает присутствующих от своих теней, выпущенных на разведку. Ему необходима вся информация о принцессе, он найдет, как ее использовать в своих целях. Своей помощью и доброжелательной улыбкой он зарабатывает все больше и больше очков доверия Шарлотты, все внимание которой сейчас было полностью отдано Аластору. Но один короткий взгляд на руки принцессы вызвал у Аластора удивление, которое моментально было спрятано под маску улыбки. На почти белоснежной коже черными чернилами аккуратно было выведено слово, прозвучавшее в голове Аластора нежным голосом его матери. Только она произносила его имя так, словно пропевала свою любимую песню. Кто бы мог подумать, что у дочери самого первого падшего ангела может быть родственная душа? Это неожиданное известие сначала заставило Аластора слегка растеряться, а потом улыбнуться ещё шире. Милой Шарлотте никогда не узнать об истинном имени радио-демона. Она никогда не сможет изменить что-либо в нем в лучшую сторону. Бог жёстко посмеялся над ней, когда высек именно это сочетание букв на ее руке. Что ж, Аластору не остаётся ничего другого, кроме как стать самой ужасной родственной душой, которую только мог видеть мир.