Что будет, если ведьма-самоубийца попадет в Ад?

Резкий толчок в спину и я разлепила глаза, будучи уже грубо вытолкнутой из машины. Ноги противно кололо, а ощущение затуманенности и полусна витало перед глазами. — За мной пойдешь. Вздумаешь бежать, застрелю на месте. — донёсся знакомый грубый голос, как я повиновалась, ощущая приступ тошноты. Когда туман перед глазами постепенно стал разлетатся, мы уже шли внутрь большого часного коттеджа, обустроенного в японском стиле. Тут царил порядок и минимализм, граничившие с хорошо обустроенным недешёвым оформлением интерьера. За мной по пятам шли те двое звероголовых, что выловили на улице. Когда около тяжелой двери в одну из комнат мы остановились, Асура Кодзима дал знак рукой помощникам и те замерли, словно статуи. — Нам с Ами, нам надо поговорить наедине. — сказал Асура, как я едко усмехнулась. — Неужели меня удостоилась спросить, ваша драгоценнейшая персона? — я захлопнула за собой дверь, подняв голову и столкнувшись со взглядом Асуры. Сейчас на нем был черный деловой костюм с цветастым галстуком, а сам мужчина присел за стол из красного дерева, на котором лежала стопка бумаг и стояла чернильница. — Ть, ты даже когда подыхаешь, строишь из себя сучку. Впрочем, я решил смягчить твою учесть, Ами. — с какой-то подозрительной улыбкой сказал тот, доставая лист бумаги и пригласив меня сесть напротив. Я лишь смахнула поцарапанной рукой волосы с лица, намеренно раскованно подойдя к нему и сделав вид, что абсолютно спокойна, хоть давалось это с трудом. — Ну, и? Что ты решил сделать со мной? Я уже достаточно натерпелась в машине, в компании твоих извергов. — опустившись на стул, я закинула ногу на ногу и бросила на него проклинающий взгляд. — Поскольку ты всё-таки ведьма, то в отличие от других девочек сгодишься на большее. Сейчас я работаю над одним важным проектом и мне надо узнать, как мне лучше сделать и возможна ли удача в пользу мне. — сказал Асура, взяв стопку бумаг. — Ах, значит ты решил завести персонального колдуна? — рассмеялась я, как он приподнял бровь, посмотрев как на сумасшедшую. — Именно и ты мне в этом поможешь. — с уверенностью сказал тот, будто решил какой-то вселенски важный для него вопрос, как меня окончательно пробило на истерический смех. — Пха-ха… Ну тогда ты зря припер меня сюда через весь город! Я больше не могу колдовать. — сказала я, на последних словах перестав смеяться. Асура недоуменно распахнул глаза, до этого державшиеся в спокойном прищуре. — В смысле? — он даже привстал со стола, как я расплылась в злорадной ухмылке. — Вот так, мразь. А ты надеялся притащить меня силой и ещё заставить колдовать? Что же, весьма неплохой ход. Но видимо твои деревянные мозги не дали и малейшей догадки, почему я поселилась именно в «Хазбине». Впрочем, получите и распишитесь. — я направилась к двери, забросив волосы назад, как рука Асуры вцепилась в мою кисть, так резко развернув меня, что в груди подпрыгнуло сердце. — Вот значит, жабу решила мне подложить, сучка бесполезная. Значит, теперь ты лишь пустышка, корчащая из себя королеву. Что ж, придется спустить тебя на землю, а точнее… В пучины Ада, Ами. — с этими словами его ладони с силой коснулись моих ягодиц, и Асура притянул меня к себе. Упершись руками ему в грудь, я попыталась отстранится, как он вцепился своими губами в мои, надкусив мою нижнюю губу до крови. — С… Сволочь… Пусти! — взвизгнула я, как он толкнул меня в сторону стола и я оказалась сидящей на его бумажках. Чернильница со звоном полетела на пол, обрызгав ковер черной краской. Цепкие руки Асуры стали грубо распахивать на мне платье, проходясь пальцами по кружевному синему лифу, блестевшему в свете комнаты стразами. — Я никогда ещё не пробовал это с той, что была моим повелителем в материальном мире. Экзотика, Ами… Что скажешь? — с надменной усмешкой произнес он, прижав мои руки к столешнице. Я чувствовала себя снова попавшей в лапы монстра, который сейчас проходился влажным, раздвоенным языком по моей скуле, накрывая губами бледную и болезненную кожу. — Ну ты и… Сволочь… — прошептала я, как его рука стягивать с меня ажурные трусики. Ощущая по всему телу мурашки отвращения, я попыталась одернуться и перевернуться на пол, как он другой рукой больно схватил меня за подбородок, проведя первым пальцем по губе. — Ты не сможешь отказать, ведьмочка. — сказал он с упоением, как я ощутила полное негодование от этой фразы и уже приподнялась чтобы столкнуть его с себя, как на ногу с татуировкой нахлынула такая резкая боль, будто её резали огромным лезвием ножа, чуть ли не до кости. — А-а-а-а… — вскрикнула я, почувствовав что он уже сорвал мои трусы и поглаживал низ живота, проходясь похотливыми пальцами к месту роста интимных волосков. — Печати противостоять нельзя и если будешь сопротивляться, будет настолько больно, что станешь лезть на стены. Это как кнут, которым бьют строптивую суку, которая норовит удрать от своего хозяина. — Асура упивался своим положением, словно загнав меня в огненное кольцо и каждым словом, словно плетью заставляя исполнять его чертовы приказы. Я зажмурилась уперевшись обоими руками в стол и тут же почувствовала его упиравшийся член, вонзившийся кинжалом в моё влагилище. Жгучая, приятная боль прошлась из нутра, доходя до бесновавшегося сознания и ещё сильнее заставляя меня сопротивляться. Я вцепилась ему когтями в спину, сделав глубокие порезы, после чего мужчина издал довольный стон. — А ты решила коготки отрастить, забавно. — измывался тот, глубоко всасывая кожу во время поцелуя в области шеи, в то время когда я пыталась нарошно сделать ему как можно глубже царапины, во время нежеланных и мерзких мне обьятий. — Ненавижу тебя… — бессильно проговорила я, осознавая безвыходность своего положения. Увы, я не девочка-героиня, которая готова к терзаньям на смертном одре и всем видам пыток одновременно, так как элементарно боюсь боли. Не знаю, насколько меня хватит в этот раз, но обещаю себе если останусь живой больше никогда не выходить одной из отеля. Лучше тихо выплакаться в комнате, пока никто не видит или напиться и всё забыть.       Он с новой силой входил меня, разрывая мои половые губы своим возбужденным членом, когда я издавала протяжный стон и чувствовала как солёные слезы стекают мне в рот, а внизу отдаётся пронзительная, а после ноющая боль. — Потрясающе чистая, похоже до меня мало претендентов было. — увлеченно произнес Асура, проходясь языком по моему пупку и заходя его кончиком в темную ямку на моей коже. Я изогнулась, обхватив его торс ногами и поднимая руки на его мускулистые плечи. Он слишком груб, противен. Словно загрубевший мужик, дорвавшийся до женского тела после долгого перерыва. Но по его расжиженой сперме можно сказать обратное, он пользуется вниманием женщин уже долгое время.       Когда его истекающие слюной губы накрыли мои поднявшиеся соски, я почувствовала снова упор его члена, который похоже на счастье, был одет в презерватив. Но это не мешало Асуре использовать меня по полной, глубоко входя в меня до упора, пока с моих губ не срывался звенящий стон. Когда пальцы начинали потеть после долгих лобзаний и по всему телу чувствовалась усталость от напряженных движений и страстных поцелуев, оставшихся следами на моих грудях, животе и шее, Асура выйдя из меня и пройдясь рукой по моей внутренней стороне бедра, нарочно больно ущипнув меня двумя пальцами, отстранился. — Неплохо, думаю что моим ребятам тоже понравится. Да, Ами? — его голос звучал где-то далеко, словно проходя через толщу воды до моего помутневшего сознания. Но начиная понимать смысл его слов, я резко включилась обратно в реальность, дернувшись на столе. — Что ты сказал? — сорванным голосом произнесла я, как Асура натянул брюки и принялся застегивать черную рубашку. — Ты будешь развлекать их, а потом. Я подумаю, для чего можно применить тебя ещё, пустышка. — закончив эту фразу, он бросил в меня мою одежду. Дрожащими пальцами я стала расправлять платье, ощущая нарастающую холодную дрожь. Нет, это хуже пыток в десятки раз! Это уже выше моих сил…       Я одев платье, быстро направилась к окну. Открыв его, я почувствовала приятный свежий воздух и шорохи доносящиеся с улицы. Схватившись рукой за оконную раму и даже поставив одну ногу на подоконник, я хотела было прыгнуть, как за дверью послышались шаги и бедро с татуировкой настолько стало жечь, что нога невольно подкосилась и я упала на ковер, больно ударившись бедром о стул. Вошедшие бурно обсуждали предстоящий подарок от своего начальника, а затем не заметив сжавшуюся в клубок меня, вышли из комнаты. Ещё несколько минут я тупо лежала, пытаясь уговорить себя встать и унять нарастающую боль на бедре, словно тысяча ос сидела и бесконечно жалила в одно и то же место. Эта боль изматывала и заставляла елозить, щипать себя, прикусывать разбитые губы, но лишь бы затушить её чем-то. Словно разгорающийся пожар, она проникала в глубины сознания и ощущений, заставляя искать то, что может хоть на время этот пожар остановить. — Я же говорил Ами, что у тебя нет выхода. — донёсся сверху голос моего мучителя, который сейчас смотрел на меня сверху, как на жалкое ничтожество. Я преодолевая огромное желание взвыть встала, опираясь на стол и посмотрела на него полными слез глазами. — Пошли за мной, чародейка. — сказал он, предвкушая начинающийся кошмар. Приглушенный свет плыл по залу, в котором стояли полукругом несколько диванов, а я пряталась за ширмой, всё ещё борясь с постепенно таящей болью на ноге. Он уже приготовил свой капкан, а мне оставалось лишь выйти из тени и начать вести себя развязной красоткой, демонстрируя прелести которые должен был видеть лишь один значимый для меня мужчина. Увы, его сейчас не было и конечно, он даже не может помочь. Не видит…       Послышался насмешливый голос Асуры, позвавший меня и нога стала вновь жечь нарастающей болью, от которой из глаз хлынул новый поток слез. Я натянула на лицо кривую улыбку и шагнула из-за ширмы, стараясь не смотреть на сидящих здесь ублюдков. Руки, словно во сне, стали расстегивать пуговицы на платье, замерев на середине. Бедро резко ужалило режущей болью, заставив меня вздрогнуть и подпрыгнуть на месте, продолжив расстегивать непослушные пуговицы. — Снимай платье, красотка! — донесся малознакомый мне голос, как я всхлипнула и дрожащими руками стала сдергивать с себя рукава платья, высвобождая сначала одну руку, а затем вытягивая другую из поползшего вниз платья. Свет падал и искрил на моём синем лифе, оставляя томные лучи на кружевных трусиках. Он демонстрировал каждую мурашку, отдавая по ней холодным блеском. — М-м-м, сладкая штучка! Я б её… — донёсся гадкий, ехидный и снова незнакомый мне голос, как вдруг сзади послышался треск и я резко подняла голову успев разглядеть расслабленные лица сидящих. Но вдруг у одного из них сошло веселье с лица, после чего я увидела застывшие глаза и глубокую, кровоточащую дыру во лбу. Черные длинные щупальца стали змеится по полу, как я сделала несколько шагов в сторону, услышав знакомый голос. — Так-так-так, что я вижу. Как же низко и глупо развлекается стайка жалких существ, так жестоко заставивших девушку страдать. Нехорошо… — голос звучал бравурно и нескрываемой радостью, когда Асура кинувшийся на меня вдруг резко замер, схватившись за живот. По его рубашке растекалось огромное черное пятно, а щупальце уже ковырялось в его нутре, обливаясь кровью застывшего в агонии демона. Затем черное щупальце рвануло в окно, подхватив на себе тело этого урода. Я окаменев от ужаса нашла в себе силы обернуться, когда голос с помехами уже что-то говорил о том, как же низко пали эти существа. — А… Аластор. Вы? — прошептала я, как тот расплылся в фирменной острозубой улыбке, теперь выражавшей его удовольствие от издевательств над жертвами. Другую его сторону. — Зачем вы покинули отель? Неужели вами не говорили, что ночь — время полного хаоса? — вернув лицу доброжелательность, вдруг посмотрел на меня Аластор, как я нашлась только кивнуть.